Орда (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 24

Приехал Юрий Данилович в орду, очаровал хана Узбека, и тот выдал за него замуж свою сестру Кончаку. Своей кровиночке хан, как не странно, разрешил перейти в христианство. Там же в орде в, крещении получив имя Агафья, Кончака вышла замуж за Юрия, который получил высокий (второй по старшинству) монгольский титул гургана, то есть зятя Чингизидов. Всё это позволило князю заручиться поддержкой хана в борьбе за великое княжение с Михаилом Ярославичем Тверским. Узбек дал Юрию ярлык на княжение и ордынский отряд во главе с темником Кавгадыем, и они отбыли в Москву.

Тут надо чуть назад вернуться. После смерти в 1304 году предыдущего великого князя, Андрея Александровича — третьего сына Александра Невского, на великокняжеский ярлык, выдаваемый ханом Золотой Орды, претендовали Михаил Ярославич Тверской и Юрий Данилович Московский, который согласно лествичному закону (праву) престолонаследия, никаких прав на великокняжеский престол не имел, поскольку его отец умер, не заняв великокняжеского престола. Они поехали в Орду к хану Тохте, который назначил великим князем Михаила Тверского. По возвращении из Орды в 1305 году Михаил пошёл с войском на Москву, но взять её не сумел.

После этого война незатухающая с разорением десятка городов и сотен сёл и деревенек продолжалась до того самого 1317 года, когда хан Узбек принял очень странное решение. Зачем он это сделал? Очевидно, действовал по принципу — разделяй и властвуй. Нельзя давать сильно усиливаться русским князьям. Пусть они в междоусобице уничтожают профессиональных воинов — дружинников. Не будет профессионалов и некому будет учить молодёжь.

По возвращению на Русь Юрий Данилович под Костромой встретился с Михаилом Ярославичем, и тот без боя уступил великое княжение Юрию. Всё замечательно, молодая жена — красавица черкешенка, Великий престол, хан — родич, войско ордынское, живи, развивай державу, стройся. Три раза ха.

Мало этого показалось Юрию Московскому, и он убедил Кавгадыя вторгнуться в Тверскую землю. Пограбить. По приказу Кавгадыя пришло воевать с Тверью и новгородское войско. Тверь она ведь как раз между Москвою и Новгородом. С двух сторон набросились на Михаила. А тот взял и разбил их по одному. Сначала под Торжком новгородское войско было разбито Михаилом Тверским, после чего Михаил двинулся против москвичей. Встретились войска у деревни Бортенево у ручья Остраганец, впадающего в реку Шошу.

«И была битва великая и сеча злая, и помог Бог князю Михаилу Ярославичу Тверскому, и побежал князь великий Юрий Данилович Московский… А Кавгадый повелел дружные свои стяги поврещи и неволею сам побежал в станы». Михаил Тверской взял в плен «князiи много».

В ходе этого сражения тверское войско захватило в плен жену и брата московского князя. Ну, Борис, как князь должен быть на такой решающей битве, а вот зачем Юрий потащил на битву беременную жену, непонятно. Темник Кавгадый вместе с остатками войска сам на следующий день сдался Михаилу Тверскому. Кавгадый и его люди говорили Михаилу: «Мы ныне твои есть; а приходили мы на тебя с князем Юрием без повеления ханова, и в том мы виноваты, и боимся от государя опалы, что таково дело сотворили и много крови пролили».

Хан Узбек не простил тверскому князю позорного поражения своего войска, а ещё сыграло роль и то, что жена Юрия (сестра Узбека) умерла в тверском плену. По слухам отравили. Могло и правдой быть, любимое занятие на Руси было — князей травить. В следующем 1318 году Михаил Ярославич был вызван в Орду. Состоялся ханский суд, после которого князя заключили в колодки. Через месяц после мучительных пыток он был убит людьми Юрия Даниловича и Кавгадыя. Князь знал, что в Орде его ждёт смерть, и всё-таки предпочёл добровольно пойти на казнь, сохранив тем самым жизни тысячам своих подданных в Тверской земле, спасая её от ордынского нашествия.

В 1321 году новый Тверской князь Дмитрий Михайлович — сын убитого Михаила, прозванный Грозные Очи, признал власть Юрия Даниловича и передал ему ордынскую дань со всего Тверского княжества. Но Юрий, вместо того чтобы отвезти тверскую дань в Орду, отвёз её к брату Афанасию в Новгород и через купцов-посредников пустил её в оборот, желая получить ссудный навар. Действия Юрия с ордынской данью разгневали хана Узбека, и в 1322 году Дмитрий Тверской получил ярлык на великое княжение. И уселся в Москве.

Сам Юрий Данилович был вызван в Сарай-Берке для нагоняя, а Дмитрий попытался поймать Юрия на пути в Орду, но тот уехал к брату Афанасию в Новгородскую землю: в Псков, а потом в Новгород, где был принят на княжение.

Так сейчас в Новгороде и княжит.

Глава 12

Событие тридцать первое

В скандинавских сказаниях вы найдем бога с именем Мейли. Бог-странник, покровитель путешественников, хранитель всех дорог и перекрёстков. Считается, что Мейли придумал и нарисовал на Земле все тропы и дороги, а значит, в его власти не только вывести человека на правильную дорогу, но и спутать ему все пути.

Армия — это тысяч сорок? Тут не больно великим специалистом был профессор Виноградов. Нет, он военную кафедру в УПИ закончил и лейтенанта танковых получил вместе с дипломом. А потом, после прохождения курсов, и старшего лейтенанта. Но это в таких-далёких далях было, да и изучали ли там состав и количество военнослужащих и танков в армии. Вот в танковом взводе три танка, а в роте десять, считая командирский. В батальоне тридцать один, а в полку — девяносто четыре… кажется. Что там с дивизиями, корпусами, и тем более армиями, в мозгах у студента Виноградова не застряло, если и вкладывалось.

Дивизия — пехотная? Тысяч десять — двенадцать? Что-то такое читал. А вот бригада — это должно быть как раз в районе пяти тысяч.

Так что, «бригада» князя Владимирского, не сильно поспешая, двигалась в сторону окраин Киевского княжества, а значит и Золотой орды. Вассалом Золотой орды Андрей Юрьевич себя не ощущал. Дань заплатил? Ну, та ещё была дань. И больше платить не собирался. Так что точно шествовали к границе.

Сперва двигалась разведка широким фронтам по обеим сторонам дороги. Это были легковооружённые диверсанты количеством в сто всадников. Все диверсанты вооружены луками и саблями из обычной харалужной стали, без всякого украшения цветами побежалости или чернением. Это боевое оружие, а не парадное.

Если честно, то выслал их вперёд Андрей Юрьевич больше для порядка, чем по необходимости. Эту дорогу с середины зимы контролировали разведчики под видом купцов, туда-сюда ездивших с эксклюзивным товаром, в виде кувшинов с жидким мылом, свечами коричневыми и чугунными котелками. Так что Андрею Юрьевичу было точно известно, что встретить неприятеля до самого Житомеля в этих лесах невозможно. Но… посеешь привычку — пожнёшь характер. Вот и пусть впереди всегда едут мобильные разведчики — пусть это станет привычкой, а потом войдёт в уставы, когда они появятся.

Следом двигалась княжеская дружина из Владимира. Это самая дисциплинированная часть войска. Потом тащились рысью как-нибудь боярские дружины, замыкал шествие, пусть будет полк, тяжеловооруженной конницы — второй отряд княжеской дружины. Эти были из Галича. Вои, что достались от брата Льва и пополненные за год молодёжью. Тоже вполне боеспособная единица. Всего одетых в кольчуги воев со щитами, копьями и мечами было чуть больше трёх тысяч человек. В принципе то же количество, что хаживало венгров вразумлять. Могли бы и все четыре тысячи набрать, но часть Андрей Юрьевич оставил в юго-восточных приграничных городах, а войска набранное зятем Дмитрием в том числе и двести пятьдесят его тяжеловооруженных всадников князь Владимирский сам отделил от основного войска, и Гедимин с радостью им другую цель нарисовал.

За всадниками тащились в смешанном строю стрельцы. Их полторы тысячи человек, и из них около тысячи на конях. Можно и ополчением назвать, но это ни разу не крестьяне, оторванные от сохи и ничего не умеющие, и кое-как или совсем никак вооружённые. У этих есть мощный, хороший, надёжный лук, и они умеют им пользоваться. Этих выбирали и отбирали на сотнях соревнований по всему Галицко-Волынскому княжеству, во всех его восьмидесяти двух городах. И стрелы у них не самодельные, кривые ветки с кое-как притороченным гвоздём вместо наконечника, а специально изготовленные лучшими мастерами всего бывшего Русского королевства. При этом в некоторых городах, в том числе и во Владимире с использованием токарного станка. На каждого стрельца изготовлено две сотни стрел. С собой один колчан на двадцать стрел, а остальные двигаются в обозе с табличками, чьи они.