Вилы надежды (СИ) - Деев Денис - Страница 39

— Боргосский экпресс, Боргосский экпресс, — покатал я на языке придуманного девушкой название. Вообще я хотел использовать слово «почта», но экспресс звучало бодрее, — оставляем! Надо еще пару телег закупить.

— Пару? Ты меня разочаровываешь! Два десятка, сделаем Боргос своей вотчиной! Опутаем паутиной торговых путей! — глаза у девушки горели. Видимо она представляла себе бесчисленные караваны, везущие товары, которые накупили себе люди по «меню».

В том, насколько «Боргосский экпрес» оказался привлекателен для населения, мы смогли убедиться тут же.

— На сеновале провалялся, да⁈ — мы с Астрис оглянулись на крик.

И увидели интересную картину — тетка, в платье с яркой вышивкой, вытаскивала из толпы за шкирку тщедушного мужика в заляпанной рубахе.

— Мике вон муж сапожки купил, кожаные, красные! Ситоме платок брат взял! И бусы! А ты⁈

— А что я? — пискнул мужичок. И тут же получил в глаз!

— А ты, дерьмо гвенячье, ни одного лунта домой не принес! Спишь днем, а по вечерам бражку со своими дураками-друзьями пьешь! Быстро на поле!

— Но… — попробовал возразить мужик. И зря, два подбитых глаза никого не красят.

— Похоже мы решили проблему с тунеядцами.

— Какую проблему? — не поняла, о чем я веду речь Астрис.

— Забудь. Я думаю, женский коллектив за нас с ней разберется.

Так и получилось, за ужином Микаль сообщил, что практически все лентяи собираются выйти завтра на работу в полях. В общем и целом, жизнь в поместье налаживалась. Однако и неприятные сюрпризы нас стороной не обходили. По сложившейся традиции утром меня подняла Астрис.

— Отец должен был сегодня поля с кортутом полить, — не поздоровавшись со мной с порога объявила она.

— Слушай, я знаю, что я Валдару должен по гроб жизни…

— Я не про это! Водяные пузыри не прилетели!

— Как? — хоть я с долленом Ратбата был знаком шапочно, он производил впечатление человека долга. Обещал — значит сделает, — наверное дела возникли…

— Нет! Что-то случилось, — Астрис начала нервно расхаживать по коридору, — я поехала в замок.

— Ну хорошо, — тут я вспомнил про мои обязательства перед Валдаром, — погоди — я с тобой поеду.

Девушка сначала мотнула головой, потом кивнула.

— Спасибо!

Собрались мы наскоро, я раздал распоряжения своим помощникам и уже через минут пятнадцать мы с Астрис неслись по пыльной дороге. Скакали во весь опор, поэтому поговорить и предположить, что же могло случится в Ратбате не было возможности. Я оценил способности Булата — «конь» держал высокий темп, в то время как улак Астрис хрипел и шатался. До ворот замка он едва дотянул.

Ворота были отворены настежь, нас в отличии от прошлого раза заметили издали. Мы залетели во внутренний двор, Астрис спрыгнула с улака чуть ли не на скаку. К ней подошел седовласый стражник.

— У меня для вас печальные новости, госпожа, — поклонился он.

— Где он⁈ — Астрис мгновенно догадалась о ком идет речь.

— В своих покоях, госпожа.

Девушка бежала так, что я едва поспевал за ней. Мы влетели на третий этаж замка, Астрис неслась по коридору, не обращая внимания на слуг, прожимавшихся к стенам. Она толкнула створки большой двери и вошла внутрь.

Валдар лежал на кровати, укрытый по подбородок. Глаза его были закрыты. Возле изголовья кровати стоял старик в белой мантии. Увидев Астрис он произнес:

— Отравление. Алым льдом. Я сожалею, госпожа. Мы нашли доллена слишком поздно.

— Все. Вон, — ледяным тоном произнесла Астрис.

Старик поспешил к выходу. За ним отправился и я — девушке нужно было попрощаться с отцом. И делать это лучше без свидетелей.

— Алый лед? — спросил я, выйдя в коридор и закрывая за собой дверь.

— Крайне опасное вещество. Доллен использовал его в своих опытах. Если пары вырвутся из колбы, то один-два вздоха и все… сердце останавливается. Я говорил ему, я сто раз ему говорил…

— Погоди-погоди, — я-то думал, что Валдар погиб в результате покушения, которое устроил кваллен, — он экспериментировал с опасными веществами… зачем?

— Доллен хотел создать средство, которое позволит добывать теневую сталь, не жертвуя при этом шахтерами.

Хоть я господ терпеть не мог, Валдар был достоин восхищения. Рисковал своей собственной жизнью, чтобы спасти чужие. Нереально благородный человек!

— И… ему это удалось?

Старик мне ответить не успел. Открылась дверь спальни.

— В лабораторию, — бросила на ходу Астрис.

Мне ничего не оставалось как последовать за ней.

— Сказали, что это был несчастный случай…

— Отец всю свою жизнь работает с ядами и кислотами! Он знает… знал, как с ними обращаться!

Сколько веревочке не виться, а конец всегда один. Вслух я этот тезис, естественно, не произнес.

— Все мы люди, все делаем ошибки…

— Папа никогда не ошибался! — Астрис повернулась ко мне, — это — убийство! Мы должны осмотреть лабораторию и найти улики!

Если девушке так проще будет пережить смерть отца, то бог с ним, я помогу ей поискать улики и доказательства.

— Хорошо, давай попробуем.

Мы дошли до фонтана, располагавшегося внутри башни. Астрис создала «лифт» из воды и вознесла нас на вершину башни так, что у меня дух захватило.

— Подожди, — я схватил Астрис за руку, не дав открыть дверь, — там же отрава!

— Лед испаряется и выветривается быстро. Внутри безопасно.

— Ты уверена?

— Слуги уже заходили. Никто не умер, — ответила девушка и распахнула створку.

Запах в лаборатории был интересный, цветочный. На лабораторном столе я сразу увидел разбитый стеклянный сосуд, поросший красными кристаллами.

— Оно? — кивнул я на колбу.

— Да, — кусая губы ответила Астрис, — оно больше не опасно.

В лаборатории мы не нашли ничего подозрительного. Ни следов борьбы, ни кровавых брызг. Меня заинтересовала только повязка из ткани, пропитанная какой-то маслянистой субстанцией. Она однозначно предназначалась для лица и служила защитой дыхания. Не противогаз, но хоть кое-что.

— Это, наверное, для рудников, — взял я повязку в руки.

— Угу, — отрешенно ответила Астрис.

Девушка продолжала миллиметр за миллиметром осматривать комнату. Не обнаружив ни одной зацепки, она начала вызывать стражу и слуг и по очереди их допрашивать. Кто заходил, когда выходил и странно себя вел. Ничего необычного в процессе допроса мы не нашли.

Астрис не сдавалась, продолжая выбивать из слуг информацию, которую они дать не могли. Мне это надоело, и чтобы ей не мешать, я ходил и разглядывал всякие интересные вещи.

— Это же лух? — я остановился возле куполообразной клетки, в которой сидела птаха, сработанная из серебряных и золотых пластинок. Ее головку венчал хохолок из серебряных нитей и небольшой кристаллик кобажа.

— Да-да, — рассеяно ответила девушка.

Я постучал пальцами по решетки. Птичка ожила, раскрыла клювик и захлопала крыльями. И зачирикала.

— Абсолютно бесполезный лух. Отец подарил, когда я была маленькой, после смерти мамы.

— Почему бесполезный, занятная…

— Мы погибнем оба! — чириканье пташки вдруг превратилось в нечто осмысленное, — личина! Ты натянул личину!

— Чтооо⁈ — вскочила со своего места Астрис, — повтори!

Птичка особым умом не отличалась и команды не поняла. Она продолжила беззаботно чирикать. Пришлось мне за нее работу делать.

— Она сказала, что мы оба погибнем. И что-то про личину.

— Личина-личина-личина, — повторяла, как заведенная, Астрис, — Калон вернулся! Он коснулся одного из слуг, а потом вернулся!

Смысла в словах девушки я не увидел. Мне потребовалось объяснение.

— Калон? Коснулся?

— Ну да! — девушка говорила так, будто я самый тупой человек в Боргосе, — чтобы подчинить человека и натягивать на него личину, Калону надо его коснуться! Он коснулся слуги, потом перекинулся в него, зашел к отцу и разбил колбу!

Я прокрутил в голове ее слова. Вроде бы все логично, но есть и одна несостыковка.

— Если бы слуга разбил колбу он здесь бы и полег. Тело где?