Завод-3: назад в СССР (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 48

— Так, тут на мешок сахара делов, — объявил он.

— Идёт!

Про себя я быстро посчитал, во сколько обойдётся мешок — килограмм сахара сейчас стоил девяносто четыре копейки, мешок на пятьдесят килограмм выходил на пятьдесят рублей. Если быть точнее — сорок семь. Одна деталь шла по цене килограмма сахара. Сделка виделась отличной.

— Купишь, принесёшь, в квартиру поднимешь — и в расчёте, — сообщил токарь.

— Договорились, сколько тебе времени на всё про всё надо?

Саныч поскреб макушку.

— В среду приходи!

Мы пожали руки, Саныч не стал просить металл, либо он у него был в закромах, либо знал, где задарма его достать. Я обратил внимание, как у токаря, стоило ему взять деталь в руки и включить станок, руки удивительным образом переставали дрожать. Удивительный всё-таки мужик…

Пристроив таким образом заказ от начальника милиции и забыв о нём до среды, я вышел с проходной. Следующая задача была — навестить второго вора, которого слил мне его подельник — того, что слинял в окошко Кириной квартиры. Мне виделось два варианта развития событий. Первый — вор мог запросто сбежать и больше не появляться дома. Второй — проведя где-нибудь ночь, он, поняв, что его не ищут, вернулся обратно. Никакой из вариантов нельзя было исключать, но склонялся я всё-таки ко второму.

Дом по названному адресу находился достаточно далеко от завода, поэтому я пошёл к остановке. Уже там у людей, ожидавших транспорта, уточнил, на какой автобус мне нужно сесть.

— Туда на пятом автобусе, остановка Котельная, — подсказала мне общительная старушка.

Я поблагодарил женщину и минут десять ждал автобуса с нужным номером. Пришло несколько других автобусов и троллейбусов, забитых людьми, как селедкой в бочке. Был у советского транспорта один крупный недостаток — на всех его явно не хватало, и как бы ни старались все ожидавшие поместиться внутрь, теснясь и впихивая на площадку хотя бы одну ногу, кто-то да оставался на остановке.

Наконец из-за поворота вынырнул Лиаз, в народе называемый скотовозкой, с нужным мне номером. К моему удивлению, автобус был полупустой — видимо, район, в который он отправлялся, был ещё не особо заселен. Тем лучше, не придётся толкаться в салоне.

Я зашёл внутрь, оплатил проезд. Прокатился с ветерком, правда, по ходу поездки хорошо почувствовал, как мне отдавливают ногу, пихаются локтями. На такие мелочи никто особо не реагировал, в советских автобусах это было дело привычное. Люди, когда попадали в общественный транспорт, сразу преображались, и даже интеллигент мог в любой момент превратиться в активно работающего локтями транспортного хама. За оттоптанную ногу никто извинений не приносил. Зато поездка в таком антураже заставила меня вспомнить молодость. Эх, сколько километров я намотал в таких скотовозках! Но вот бабуля, вроде бы, вида божьего одуванчика, у которой я в начале поездки спросил, когда будет Радиаторный, вовремя сообщила:.

— Тебе на следующей выходить!

К тому моменту, как мы подъехали к Радиаторному, автобус окончательно опустел. Неудивительно, ведь следующей остановкой была конечная. Я вышел на остановку, оглядываясь. Район действительно был новый и только строился — вокруг как грибы выросли панельные девятиэтажки с гостинками. Некоторые были уже построены и сданы, и в окнах таких домов горел свет. Другие только строились. Пришлось немножечко побродить по району, прежде чем мне подсказали дом, который я искал. У подъезда этой девятиэтажки сидели бабули, в советское время выполнявшие роль домофонов и видеокамер с оповещением одновременно. Бабули в косынках и кто-то с палочками отдыхали, по своему обыкновению, на скамейке у подъезда. Одна из них присоединилась к коллективу, высунувшись из окна первого этажа. Я уловил приятный запах свежих булок, которым тянуло из открытого окна. Начал искать подъезд с нужной квартирой, и бабули тотчас обратили на меня внимание.

— Шо ты тут в трех подъездах заблудился? — строго спросила одна из них, держа на коленях свою палочку.

— Меня седьмая квартира интересует, — отозвался я.

Бабки как-то странно переглянулись. Ответ последовал неожиданный.

— Я щас как в милицию позвоню! — бабуля, выглядывавшая из окна, демонстративно сняла трубку телефона, стоявшего у неё на кухне, прямо на подоконнике.

— А ну шуруй отсюда! — подключилась и бабуля с палочкой.

— Опять к Митьке… — зашушукались они.

Судя по всему, товарищ вор был, скажем так, известной личностью во дворе, раз при одном только упоминании его адреса соседи хотели звонить в милицию. Пришлось выкручиваться.

— Будет вам милиция, я почтальон!

Бабушки засомневались, но всё-таки решили указать мне подъезд.

— Раз почтальон, тебе сюда!

Конечно, никакой посылки у меня не было, и даже сумки на ремне, но я уверенно зашёл в подъезд, поднялся на второй этаж и скоро стоял у обшарпанной двери.

От автора

Законченный цикл в жанре АИ про попаданца в прошлое. Я погиб и очутился в девяностых. Я снова молод и полон сил, и готов взять от жизни все, чего когда-то лишился! СКИДКИ на весь цикл! Первый том тут: https://author.today/work/289565

Глава 24

Я смотрел на дверь с оборванной обивкой — такое впечатление, что дермантин резали специально, а если приглядеться, то на двери даже можно рассмотреть какие-то витиеватые узоры из торчавшего наружу паралона. В который раз убеждаюсь, что по внешним признакам можно многое узнать о жителе квартиры. Кстати, вспомнилось, что именно у этой квартиры на втором этаже были облезшие некрашеные окна — и когда только успели дойти до такого состояния в новом доме.

Впрочем, к делу это сейчас не имело никакого отношения. Я подошел ближе, прислонил ухо к замочной скважине и отчётливо услышал звуки классической музыки. Интересно девки пляшут — вор, живёт в каком-то притоне, а слушает классику.

Не знаю, чем он тут занимался и жил ли он один, но зрелище было крайне печальным. Впрочем, сейчас и узнаю — я постучал в дверь и тут же отошел от неё на несколько шагов на случай всяких неожиданных сюрпризов. У человека, который доводит свое жильё до такого состояния, в голове могут быть разные мысли. Нехорошие в том числе. Я думал для надёжности даже закрыть подушечкой пальца глазок, но тогда пришлось бы снова подойти, да к тому же тот и так был разбит. Чтобы увидеть, кто пришел в гости, вор должен был открыть дверь.

Время шло, но на мой стук никто не отзывался, хотя я всё так же слышал музыку, и та шла именно из-за обшарпанной двери. Значит, дома кто-то был, иначе бобина в магнитофоне давно бы закончилась. Просто товарищ напуган и открывать не хочет…

Я постучал ещё раз, с меня не убудет, подождал порядка минуты, но результат не изменился. Никто не подошёл к двери с той стороны. Тогда я попробовал потянуть эту самую дверь на себя, аккуратно, так, чтобы моих действий не было слышно внутри квартиры. Не исключаю, что стук просто не слышно из-за играющей там музыки, всё-таки кто-то громко включил магнитофон. А может, товарищ вор вовсе в ванной.

Как бы там ни было, я легонько потянул дверь на себя. К удивлению, дверь поддалась и открылась, но не до конца — её фиксировала цепочка. Причём в получившаяся щель была едва-едва можно было просунуть руку. Правда, это уже было не столь важно, потому что стоило мне открыть дверь, как я увидел притаившегося по ту сторону двери вора. Он, трясясь как осиновый лист, стоял у тумбочки с домашним телефоном и держал трубку у уха. Вор явно не ожидал моего здесь появления и вылупился на меня выпученными глазами.

— К-кто там? — заикаясь, спросил он.

— Сто грамм! Дверь открой, поговорить надо! — ответил я, нажимая на дверь и натягивая цепочку.

Сначала я хотел использовать ту же легенду про почтальона, что у подъезда, но тут же понял, что вор меня сразу узнал, поэтому театрализованного представления не получилось. Всё-таки я ему закатил хорошую взбучку в квартире Киры — такое быстро не забывается при всём желании. Оцепенение с него спало, и он, бросив трубку, кинулся к двери, чтобы попытаться её закрыть. А вот хрен тебе, а не дверь. Я вставил ботинок в щель. Вор всё тянул ручку двери на себя, но у него ничего не выходило.