Завод-3: назад в СССР (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 34

Валя покивал, он хоть и успел выпить пару стаканов пива, но соображал трезво.

— Идем дальше. Есть детали, которые переоценены, — я объяснил технологу обратную сторону этой медали.

— Нужно убрать этот перекос, да? — сообразил Валентин.

— Да, перекос нужно убрать. Детали должны стоить плюс-минус столько времени, сколько тратит на них рабочий. Иного нам никто не пропустит, если мы начнём везде расценки повышать.

— Да, это так, никто не допустит этого, по крайней мере, комиссию будут точно собирать, — абсолютно серьёзно подтвердил Валентин.

— Комиссия прямо сейчас нам не нужна, — заверил я. — Время потеряем, а детали нужно делать здесь и сейчас. Иначе план не выполнить.

— Уверен, что это понравится рабочим? — с сомнением спросила Аня.

Я пояснил свою логику — работаешь 8 часов и получаешь минимум за восемь. Никаких перекосов в ту или иную сторону. Знаешь, как сделать деталь быстрее — делай, но даже самые паршивые и дешевые детали должны целиком и полностью закрывать потраченное на них реальное время. Точно так же не должно складываться такой абсурдной ситуации, когда достаточно сделать дорогую деталь за условный час, а по документам закрыть все восемь.

— Я думаю, мы сможем с этим разобраться, — подумав, ответил Валентин.

— Следующий момент, — продолжил я. — Рабочий не должен тратить время на изобретение велосипеда. Вот эти все приблуды бесконечные… Весь инструмент должен быть внесен в операцию. Рабочий должен пойти в инструменталку, материальную кладовую и получить все, что необходимо для работы.

— Как быть с тем, что мужики делают какие-то свои приспособы? — спросила Аня.

— Так они же с умом сделаны. Внедрять такие в производственный процесс. А чтобы мужикам не обидно было, надо платить им премии за принятые рацпредложения. Тогда все будут довольны и все будут работать с охотой.

— Рома-то в курсе твоих инициатив? — уточнил Валя на всякий случай, ведь дружба дружбой, но портить отношения с начальником соседу явно не хотелось.

— Он меня поддерживает, — сказал я. — Аня, следующий вопрос к тебе.

— Слушаю! — воспряла девчонка.

— У нас есть позиция, которые по документам давно сделаны, но по факту — даже не начинали, воз, как говорится, и ныне там, — объяснил я.

— Я знаю, Егор, как я могу помочь?

— Надо, чтобы ты такие позиции закрывала задним числом. Документы должны биться.

— Ну, если детали хорошие, без брака, то можно это сделать, — согласилась девчонка. — Вот только кто их делать будет из рабочих? За них же не заплатят.

Вопрос был в точку, но как его решить, я понимал. Поэтому заверил контролёра, что мы завтра обсудим, как платить за эти детали рабочим.

Мы ещё долго разговаривали, обсуждая те или иные нюансы, но главное, что на завтрашнее собрание у меня появились предложения по решению тех или иных проблем.

Договорив, Валек потопал обратно на кухню, а Аня пригласила меня остаться с ней наедине в комнате.

— Давай побудем чуть-чуть вдвоем, я по тебе соскучилась, — улыбнулась девчонка, тотчас вешаясь на мою шею.

Я, естественно, отказываться не стал, обнял Аню за талию и уже думал переместиться на кровать… Вот только у судьбы в этот вечер на меня были другие планы.

— Егор! Тебя к телефону! — в комнату снова заглянул Валентин, предварительно постучав. — Там теть Клава говорит, что тебе кто-то звонит!

— Срочно? — недовольно пробурчал я.

— Говорит, что третий раз звонок поступает.

Валек, естественно, заметил, что мы с Аней держим друг друга за руки, и подмигнул мне, прежде чем удалиться.

— Сейчас вернусь, — я нехотя отпустил руку контролёрши и пошел на первый этаж.

Гадать, кому я срочно-обморочно понадобился, не стал. Сейчас узнаем.

— Тебе какой-то мужик третий раз звонит, — испуганно прошептала тетя Клава, когда я спустился к телефону.

Я взял трубку и услышал из динамика голос главного редактора:

— Егор, как хорошо, что я дозвонился! Я уже думал идти к тебе в общагу! — заохал Лютикович таким голосом, будто случилось непоправимое.

— Что такое? — насторожился я.

Глава 18

— Кира так и не дала о себе знать? — взволнованно спросил главред.

— Нет, мне она не звонила, — ответил я.

— Я ей звоню, она не берет трубку!

— Она дома? — уточнил я.

— Соседи говорят, что у неё горит свет, но она никому не открывает! — пояснил тогда главный редактор.

Интересно, вон как Лютикович переживал за Киру, даже успел связаться с её соседями. Хотя сейчас в этом никто не увидит ничего сложного, спросить у соседей — это нормально. Да и в справочниках были указаны не только телефоны, но и адреса.

Что касается Киры, мне было нечего сказать. Возможно, девчонка просто-напросто пребывала не в настроении. Может, она не хотела никого видеть и ни с кем общаться. Имеет человек право? Имеет. Вот только главный редактор был уж очень взволнован, как будто знал больше, чем я, но не говорил мне всё.

— Может, она уже уехала — и просто забыла выключить свет? — предположил я.

Журналист меня как будто не услышал.

— Егор, может, сходишь к ней, а? — выпалил он.

— А сам?

Последовала пауза, а затем и объяснения.

— У меня давление скакнуло, скорую только вызывал, увы, не получится! Надо обязательно сходить и проверить, не произошло ли чего дурного!

— Откуда у тебя такие мысли? — прямо спросил я. — Я чего-то не знаю?

— Что ты, что ты! — запротестовал Лютикович. — Просто у меня на душе неспокойно, мало ли чего могло произойти!

Я задумался, как отвечать — прямо сейчас я отлично проводил время в компании друзей и не то чтобы горел желанием заниматься чем-то другим. Мне совсем не хотелось срываться… но по-хорошему надо было проведать Киру и удостовериться, что с девчонкой всё в порядке.

— Ладно, схожу, — согласился я.

— Егор, только обязательно мне потом позвони, как сходишь. Можно сразу от неё, но в любом случае я не буду ложиться, пока не дождусь твоего звонка.

— Позвоню, — согласился я и повесил трубку.

— Ну шо там такого стряслось? — заинтересовалась вахтёрша, естественно, подслушивавшая весь наш разговор с главным редактором.

— Да, — отмахнулся я и на ходу сочинил легенду. — У одного знакомого давление поднялось из-за того, что жена к тёще пошла и до сих пор не вернулась. Просит слезно сходить до тещи и посмотреть, всё ли в порядке.

— Кошмар какой, — запричитала тетя Клава. — Ну ты сходи, если друзья просят о помощи, то нужно обязательно помогать.

— В общагу-то потом пустите? — подмигнул я вахтёрше.

— Конечно, тут же особый случай! — пообещала тётя Клава. — Только ты же мне потом расскажи, чем это все закончится!

Я пообещал в ответ, что обязательно все расскажу, чтобы у вахтёршы были новые истории для обсуждения по телефону. В семидесятые года женщины, в отсутствии мыльных опер, подчас придумывали во время телефонных разговоров такие сюжеты, что отдыхала бы и «Санта-барбара». А история про мужа, который не дождался жены, якобы ушедшей к маме, определённо давала целый клубок сюжетных линий.

Я вернулся в свою комнату, где меня дожидалась Аня.

— Ну что там? Что звонил, что хотел? — она с порога засыпала меня вопросами, но одернула сама себя. — Хотя — неважно, Егор! Нам с тобой есть чем сейчас заняться!

Контролёрша подалась вперёд, чтобы снова раствориться в моих объятиях. Я же её немножечко придержал, положив руку на плечо.

— Ань, нет, всё-таки важно, — сказал я. — Мне надо ненадолго отлучиться.

— А что случилось?

— Мне звонил наш главный редактор, Вениамин.

— Так поздно? — искренне удивилась Аня. — А что он хотел?

Я в двух словах рассказал конролерше содержание нашего разговора с Вениамином. Девчонка внимательно выслушала, её лицо сделалось озадаченным.

— Узнаю главного редактора. Вот любит Вениамин из ничего бурю поднять. Переживает, что Кира забыла о снимках, и без них в Москве у неё ничего не получится, — сделала она свой вывод.