Небесный Трон 13 (СИ) - Москаленко Юрий "Мюн" - Страница 130

«Удалось что-то выяснить?» — посерьёзнела вампирша.

«Немногое…» — покачав головой, Кай быстро пересказал всё, о чём успел узнать.

«Думаешь, она тоже погибла?»

«Не знаю. Но не хочу тешить себя ложными надеждами: шансов на выживание у неё практически не было. Крайне маловероятно, что она по какой-то причине покинула планету до катастрофы. У Улии для такого не было ни силы, ни ресурсов, ни влияния. Клан Шакса тоже про это ничего не слышал. После предательства Цзян Дао и гибели множества Мастеров Плато Поднебесья серьёзно ослабло, а Вратами Ойкумены больше никто не рисковал пользоваться. Как минимум, я не увидел ни одной новой записи в журнале башни».

«Даже входящих? Разве это не странно? А как же тогда на Сааху прибыли её разрушители, если даже ты со Вселенским Ускорителем ориентировался на её Врата Ойкумены и должен был оставить запись?»

«Это только подтверждает мою догадку о причастности Ла’Герта к катастрофе, — согласно кивнул Кай. — В теории только его слуги могли получить разрешение Системы на очистку журнала Врат».

«А что насчёт инсектоидов? Куда они отправились? Может, удалось бы их догнать и что-то разузнать? Неспроста же они вдруг покинули родную планету?»

«Я изучил воспоминания многих оставшихся в их мире смертных. Судя по всему, в один день их императрица впервые открыто проявила себя, явившись во сне каждому Истинному Мастеру. За пару месяцев все они собрались в столице, после чего бесследно исчезли. Город полностью опустел за один вечер. Запись о перемещении множества разумных я нашёл в журнале их Врат, однако координаты там не были указаны».

«Зачем стирать только координаты, но оставлять саму запись? Это не похоже на редактирование… — опустив взгляд, задумалась девушка. — Однако координаты сохраняются, даже если это не конкретный мир, а пустой участок космоса. Лишь в одном случае этого не происходит: когда место перемещения находится вне координатной системы Ойкумены. Но без координат Врата не активируются, если только…»

«Если только не использовать метку Лабиринта Бесконечных Дорог, — кивнул Кай, закончив мысль Ашциллы. — Но сторонними способами её не получить. Чтобы Лабиринт пометил душу, нужно хоть раз в него войти. А самостоятельно это сделать можно лишь в Мире Небожителей или Центральном Мире».

«Тут только два варианта. Либо сама эта императрица уже бывала в Лабиринте, что маловероятно, либо к ней прибыл кто-то из него, чтобы увести за собой».

«Записей о прибытии кого-то из внесистемных координат я не видел, — покачал Кай головой, — но это тоже не показатель. Носитель метки мог переместиться из соседних миров или даже просто прилететь из космоса. В любом случае, инсектоиды зачем-то ушли в Лабиринт, и причина, вероятно, кроется в самой императрице. Всю их историю она являлась неким скорее мифическим существом, прибывшим из далёких глубин Ойкумены и породившим целую расу. Обычные Каох’Сы её никогда не видели, а общаться могли лишь Жрецы и избранные воины. Но вдруг она появилась лично, перестав быть просто сказочной фигурой прародителя инсектоидов».

«Думаешь, это просто какая-то богиня, что затаилась на окраине Ойкумены и долго восстанавливалась от ран? Когда-то ты уже говорил, что тот инсектоид-Элементалист на Земле упоминал пятиглазую метку, которая якобы должна была быть у тебя. Он принял тебя за члена Клана Небесной Девятиглавой Гидры. Возможно, прародительница инсектоидов была одной из участниц древней войны за Небесный Трон? В таком случае неудивительно, что у неё имелась метка Лабиринта».

«Вполне вероятно, — согласился Кай. — Я бы даже рискнул предположить, что она могла связаться с Новой Армией Истины. Они ведь собирали божеств из разных уголков Ойкумены, а мотив для мести Ла’Герту у императрицы явно имеется».

«Так это оно? Единственная зацепка, что может хоть как-то пролить свет на произошедшее на Саахе? Да, Каох’Сы ушли на шесть лет раньше, чем случилась катастрофа, но ведь они могли что-то знать. Их миры рядом, так что если пытались захватить Землю, то могли и на Сааху наведаться. Это уже хоть что-то. Понимаю, что прошлого это не изменит, но хоть как-то утолит твоё желание во всём разобраться».

«Я не спешил бы так радоваться. Сомнительно, чтобы они что-то знали. Да и не факт, что мы вообще когда-либо встретимся. Версия с Новой Армией Истины может быть ошибочной».

«Ты прав… Но, так или иначе, тебе не стоит винить себя. Понимаю же, что просто гибель сестры не задела бы тебя настолько».

«Легко сказать…» — хмыкнул мужчина.

«Разве ты мог что-то изменить? Ты ведь не выбирал, где переродиться».

«Но я мог бы предугадать такой вариант развития событий. Мог бы задуматься над могуществом пятиглазых, что дотянулись даже до Земли. Мог бы придумать план для Улии на случай…»

«Прекращай обманывать себя! — ущипнула Кая вампирша. — Даже будь ты столь же умным и опытным, как сейчас, всё равно ничего не смог бы сделать с теми обрывками информации, что имел тогда. А одни лишь домыслы и предположения никак не помогли бы. Невозможно быть готовым ко всему».

«Вот только меня предупреждали о возможном конце света после открытия Врат Ойкумены».

«Даже если бы ты поверил, то что смог бы сделать? Каким-то образом взять с собой Улию в Нерушимую Башню, хотя только в последний момент узнал, что это на самом деле Врата Ойкумены? Допустим, ты бы как-то догадался через рассказы Рун’Тана, чаще расспрашивая его обо всём. Допустим, смог бы договориться и протащить с собой обычную смертную, а затем защитить её от ловушки Цзян Дао. А что потом? В какой момент Улия погибла бы на Земле, Никриме или в Мирах Испытаний? Как долго она продержалась бы в твоих странствиях, где сгинул не один талантливый воин? — надавила Ашцилла. — Конечно, ты мог бы действовать иначе: запланировал бы исход, зная о конце света, и сделал бы всё так, чтобы Улия даже без тебя смогла бы его провернуть. Даже нашёл бы где-нибудь ресурсы для этого. Но куда отправил бы её? На захваченную Системой Землю? Обрёк бы её на постоянную борьбу за жизнь в чужом мире, наполненном демонидами, погрузившимися в хаос людьми и захватчиками-инсектоидами? На мой взгляд, оба варианта абсолютно бредовые и вообще практически нереализуемы, а наилучший — это уже случившийся. Ты оставил сестре деньги, верных слуг, ценное имущество и полезные знакомства. Даже если они умерла при катаклизме, тебе не в чем себя винить: ты подарил ей наиболее счастливую жизнь из тех, что она могла бы прожить. В конце концов, двадцать девять лет — это внушительный срок для смертных».

Кай поморщился от неприязни к самому себе. Как он сейчас выглядел в глазах Ашциллы? Всё озвученное ею и так ведь было прекрасно понятно, но он всё равно вынудил возлюбленную забеспокоиться. Зачем-то погрузился в бесполезное и абсолютно нерациональное чувство вины, вместо того чтобы подавить его ещё в зародыше…

Со времён смерти Лилии Кай стал куда более жестким и прагматичным, научившись идеально управлять своими эмоциями. Притом не за счёт их банального подавления, а с помощью самоанализа, осознанности и рационального восприятия действительности. День ото дня он совершенствовал свою личность, уничтожая любые изъяны, и всё же допустил столь глупую ошибку…

«Неужели после рождения близнецов я настолько размяк? — подумал Кай про себя. — Или же эта слабость таилась во мне изначально, ожидая момента?..»

Так или иначе, но разговор с вампиршей помог ему окончательно решить проблему и очистить разум. Лишние мысли и эмоции растворились, а все прочие — вернулись под абсолютный контроль. Кай сознательно принял случившееся, перестав бессмысленно терзать себя.

Притянув к себе Ашциллу, мужчина нежно приобнял её.

«Ты чего?» — удивилась девушка.

«Ничего, — тепло улыбнулся он. — Просто рад, что у меня есть такая крепкая опора».

Тем временем группа, в которой также находились Лилит, Виола и Шака, наконец подлетела к межсекторному массиву переносов. Божества планировали переместиться в подгорное гномье царство далеко на севере, где и обитал Властитель Творец Барьеров.