Зима близко (СИ) - Криптонов Василий - Страница 46

— Если чертей будет в районе десятка, то у нас уже есть паук, Терминатор и Разрушитель. Не говоря о куче подготовленных охотников. Справимся. Если их будет сильно больше, то, боюсь, армия Разрушителей — не панацея, — отрезал я. — Есть возможность использовать сырьё иным образом.

Земляна и Егор поглядели на меня понимающе. Они-то знали, как ещё я могу использовать банки.

— А теперь — спать, — приказал я. — Всех касается. Юлиан Юсупович, вы когда жену последний раз видели?

— Кого⁈ А… Жену-у-у… — Некроинженер задумался.

— Иван Иваныч, ну а ты? Александра-то ещё в Поречье обратно не укатила?

— Смею надеяться… не укатила, — пробормотал Ползунов.

— Ну вот и пошли все по домам — спать! — хлопнул я в ладоши для пущей убедительности. — Давайте. Выжечь себя — это очень лёгкая штука, но нам такого не надо. Нам нужно работать долго и продуктивно, а потому нужно учиться отдыхать.

Впрочем, самому мне ещё пришлось поднапрячься. Я перенёс к себе и паука, и Терминатора, и даже Разрушителя вместе со сдерживающей цепью. Убедился, что дома всё спокойно. Неофит перенёсся со мной, а через полчасика заявились Егор и Земляна, на Знак, стоящий во дворе. Дома у себя я будку телепортаций решил не восстанавливать, идёт оно нафиг. Сам я откуда угодно могу переноситься и куда угодно возвращаться. А остальные — на улицу перенесутся, не развалятся. Хватит с меня внезапных гостей с пушками. В другой раз пусть хотя бы на улице палить начинают, услышу издали.

— У Ползунова дома уже целый отряд собрался, — доложила Земляна, сидя на моей постели и стягивая сапоги. — Думаю, за него можно не волноваться.

— Александра, полагаю, счастлива? — фыркнул я.

— На седьмом небе, — усмехнулась в ответ Земляна. — Но Ползунов — парень смекалистый. Сразу её в спальню повёл.

— Ещё бы. Мой ученик, лицом в грязь не ударит.

— Ой-ой, учитель выискался.

— Ложись уже.

— Сам ложись. Устал, небось.

— Не то чтобы прям настолько, но… идея мне нравится.

Я лёг. Земляна затушила свет и заползла на меня сверху.

— Поскорей бы, — услышал я её выдох.

— А разве не уже?..

— Я про чертей.

— О…

— Дождаться не могу, чтоб увидеть, как вытянутся их морды, когда мы начнём их убивать. Даже не сражаться с ними, а просто — убивать! — Земляна двигалась всё быстрее и жёстче.

— Знаешь, подруга — ты реально на всю голову отбитая.

— Тебя… это… расстраивает?

— Меня⁈ Пф!

Я поднял корпус и, обхватив рукой пискнувшую от неожиданности Земляну, положил её на спину. После чего задал свой ритм, тот, который виделся мне более комфортным.

Утром после завтрака я первым делом обошёл все посты (свой Оплот, дом Ползунова, оплот Падающей Звезды) и убедился, что, во-первых, все охотники в теме и настороже, если кто и продолжает бухать — так только такие, от кого вообще толку нет. Затем я занялся теми, кто был готов работать.

Конечно, разумно ждать нападения либо на Питер, либо на меня — учитывая то, что Министра прищучили в Питере, а чертям ненавистен я лично. Однако бережёного бог бережёт. И мне бы очень не хотелось, чтобы из-за моей небрежности погибли невинные люди.

В Смоленске я без труда отыскал в кабаке Харисима. От моих новостей он мигом протрезвел и засобирался. Пообещал предупредить всех своих. Напуганным Харисим не выглядел, скорее радостно возбуждённым. Складывалось впечатление, что все запасы на зиму он уже просадил и как раз думал, как дальше жить, когда нарисовался я. Я пообещал, в случае чего, забрать Харисима биться с чертями. Хороший мужик, надо помогать.

Дальше рванул в Полоцк.

— Черти? — задумчиво произнёс Глеб. — Невидаль, однако…

Мы с ним стояли на стене — был черёд Глеба нести вахту.

— Никогда толпой не налетали?

— В старые времена всякое бывало, но сам я не видал. Не любят черти так делать.

— Почему?

— Ну, почему… Есть там какая-то сложность. Вроде как, если слишком много чертей оттуда в наш мир выйдет — что-то где-то как-то сломается.

— Очень понятно, спасибо.

— Да брось, этого никто толком не понимает. Знаем лишь, что Кощей чертей почему-то не выпускает. Если прознает, что кто-то вылез, сильно наказывает. Поэтому они — тишком, тишком сюда ползут. Собаки.

Я записал информацию на всякий случай в ячейку памяти и попрощался с Глебом.

Следующим пунктом была Сибирь. Я перенёсся в тайгу, на знакомый участок, где валил деревья железный человек. Там уже кастанул Путеводное Яблочко и наказал ему вести к Гравию. Яблочко повело, вообще без разговоров. Картинку я не вызывал — не видел смысла. Знаком я по картинке всё равно не перенесусь… Хотя… Быть может, если прокачать Яблочко…

Через сотню метров пешего хода по колено в снегу идея прокачать Яблочко показалась мне вполне здравой. Ещё через сотню — вообще гениальной. Я остановился. Заставил Яблочко показать картинку — вдруг узнаю местность? Может, Гравий у себя в Оплоте откисает? Увы. Гравий бодро пёр куда-то на лыжах. Местность, навскидку, ничем не отличалась от той, что я видел вокруг себя, но это ничего не значило. Гравий мог и в ста километрах от меня находиться.

Я посмотрел на висящее передо мной Яблочко, сосредоточился… Не-а.

Причём, чувствую ведь, что есть куда расти! Но открыть следующий уровень не получается. Видимо, не по рангу пока.

Кстати, о рангах. На счету у меня четыреста шестнадцать родий, до Гридя рукой подать. С учётом богатства, хранящегося в сарае, в буквальном смысле слова — только руку протяни, даже охотиться не надо. Как перестану гонять по пресеченной местности, надо будет озаботиться этим вопросом. Посмотреть, что смогу открыть на новом ранге и принять решение. А пока… Я вздохнул и перенёсся в Давыдово.

— Сибирь⁈ — Тварь от возмущения взвилась так, что чуть крышу головой не проломила. — Сибирь большая! Жрать нечего, снег кругом! И этот ещё лазит, как его…

— «Этот» сейчас лазит в другом месте, за него не переживай.

— А снег⁈ Тоже в другом месте?

— Снег и у нас уже выпал.

— У нас снег — это вообще не снег! А там снег — вот это снег!

— Ладно, понял. Так Гравию и скажу, что он прав.

— Чего это он прав? — Тварь уставилась на меня с подозрением.

— Да сказал, что слабо тебе будет его догнать. На лыжах, говорит, ездит быстрее, чем ты скачешь.

Сокол на насесте насмешливо заклокотал.

— Тебе вообще слова не давали! — рявкнула на него Тварь. — Это Гравий твой ездит быстрее меня? Да я не знаю, где он лыжи-то такие нашёл, чтобы тушу его выдерживали!

— Где-то нашёл, спрошу. Мне тоже пригодятся.

— Это зачем ещё?

— Да он меня тоже научить обещал. Сказал, как научишься на лыжах, так лошадь больше вообще не нужна будет.

— Это я-то не нужна? — глаза Твари наполнились слезами. — Хозяин! Ты что такое говоришь?

— А ты что говоришь?

— А что я говорю?

— Что не повезёшь меня в Сибирь. Что там снег, жрать нечего…

— Пф-ф! Снег! Можно подумать, у нас снега нету. Тоже мне, диковина… Садись, поехали! Где там твой Гравий?

Глава 24

Чтобы сократить путь, я перенёсся Знаком вместе с Тварью туда, где только что был. Тварь зажала в зубах амулет, и перенос прошёл гладко. Я призвал Путеводное Яблочко. Тварь поскакала за ним.

Через полчаса мы увидели свежую лыжню. Ещё через десять минут показался Гравий.

— Лыжи твои — отстой! — объявила Тварь, остановившись рядом с ним.

Гравий посмотрел на лыжи и пожал плечами.

— Что⁈ — воинственно рявкнула Тварь.

— Что? — удивился Гравий.

— Нечего сказать⁈

— Нечего. Это ж не я к тебе прискакал, а ты ко мне. Стало быть, ты и говори.

— Логично, — вклинился я, воспользовавшись тем, что Тварь от возмущения потеряла дар речи.

Спешился, поздоровался с Гравием и в нескольких словах обрисовал суть вопроса.

— Черти? — переспросил Гравий. — А чего им неймётся-то?