Аргентинец поневоле 2 (СИ) - Дорнбург Александр - Страница 46

И там срабатывает закон больших чисел. Угодил в фальшборт — щепки разлетелись, поранили матросов. Попал в борт выше ватерлинии — прибавил работу корабельному плотнику. Попадешь в воду перед бортом — плотная жидкость смягчит удар. Только если умудришься угодить прямо в район ватерлинии, то в трюм начнет поступать забортная вода.

И то корабль деревянный, он не утонет. А команда просто вставит в дырки приготовленные затычки, по принципу чопика. И все дела. Конечно, если угодишь в крюйт-камеру, то взорвавшийся порох мигом превратит судно в кучу обломков. Вот только вероятность этого не больше, чем прибыв в Лос-Вегас срывать джек-поты подряд один за другим. И в итоге разорить казино.

Правда, кроме ядер имеются еще и бомбы. Но пушкари их недолюбливают. Слишком часто эти бомбы взрываются еще до того, как вылетят из ствола. Да и взрывчатая сила черного пороха не велика.

Эффективны против деревянных кораблей заранее раскаленные ядра. Там главное попасть, дальше горячее ядро начинает обугливать доски вокруг себя. Потом пожар и спасайся, кто может. Если к месту возгорания добраться трудно. Ведь корабли сделаны из хорошо высушенной древесины, плюс там смола, деготь, канаты, веревки, парусина. Не говоря уже о палубах, где хранится столько пороха, готового воспламениться в любое мгновение.

Все это добро горит как спички.

Но, к сожалению, нам каленые ядра не подходили. Если бы мы точно знали день и час прихода британской эскадры, чтобы успеть раскалить ядра в печах до этого момента… Но калить ядра каждый день, пока не придут британцы, было довольно разорительное занятие. Так как топливо в Аргентине очень дорогое.

Пришлось начинять бомбы динамитом. Это взрывчатое вещество в 17 раз мощнее пороха. Это обстоятельство в свое время произвело настоящую революцию в военном деле. Динамит и его производные убили и искалечили людей намного больше, чем атомное оружие.

И то оказалось, что при выстреле наш динамит взрывоопасен. Пришлось смешивать его с очищенной селитрой и подбирать такой состав смеси, чтобы она гарантировано пережила выстрел, но обязательно взорвалась при столкновении с целью. А после начинки бомбы, отверстие затыкали кожаной затычкой, сверху замазывали ее жидкой глиной, а поверх все закапывали свинцом. Чтобы придать ядру вид монолита.

Главное, чтобы оно хорошо бабахнуло. Если ты в детстве ничего не взрывал — значит ты девочка, а если продолжаешь взрывать до старости, значит все еще мальчик.

И вот теперь настал тот час, когда тщательная подготовка должна была принести свои плоды. Как только «Бигль» выстрелил и остался фактически безоружным, так как повернуть корабль другим бортом занятие крайне затруднительное, как упали щиты и в отверстиях прибрежных лачуг показались жерла чудовищных пушек. Осадного калибра. Двенадцать штук бронзовых трехтонок. Равных по силе залпа чугунным четырехтонкам. Стреляющих вдаль почти на два километра, и результативных на 700 метров.

Сюрприз! Велком ту Аргентина! «Си ву пле, дорошие гости! Си ву пле!» Настало время расплаты. Пусть мерзавцы захлебнутся своей кровью.

— А теперь зададим проклятым гринго! — раздался крик аргентинского командира батареи, дона Кристабаля Эсперадо.

Никаких фитилей и запальников уже не было. Открытый огонь среди мешочков с порохом иметь не слишком умно. Пушки были снабжены кремневыми замками, поэтому достаточно было дернуть за веревочку. Что артиллеристы успешно проделали.

И наши массивные орудия грянули во всю свою чудовищную мощь. Выплюнув снопы огня и дыма. Так что лачуги от сотрясения и отдачи аж подскочили.

Грохот мощных осадных орудий наполнял воздух. Пушки для начала сосредоточили свой огонь на близлежащем «Бигле». Несколько здоровенных ядер упали, подняв солидные фонтаны воды, окатив брызгами все вокруг, несколько штук сорвали паруса, рвя канаты, словно гнилые нитки. Но пара-тройка угодила по корпусу. Когда в тебя кидают камни — береги голову.

Но здесь, если фигурально выражаться, были не камни, а боевые гранаты. Они, куда не попадут, результат все равно будет фатальный. Грянул сильнейший взрыв. Горящие обломки британского флагмана разлетелись сотни метров. Накрыв и повредив рядом стоящие суда. Добрые пожелания матросов с этих судов достигли Фицроя на небесах. Настолько ядреных матюков ему насовали.

Еще пару британских суденышек горели. Матросы рубили топорами горящие снасти и паруса и, стремясь избавится от них, сталкивали в воду. По аргентинским позициям раздалось три ответных выстрела. Но небольшого калибра фальконет со шхуны даже не сумел добить до берега. Англичане убедились, что ядро, размером с апельсин, не долетело и смирились. Охладели к битве.

А с транспортников сумели закинуть свои ядра на пляж, чья полоска показывала разницу в этом месте между линиями прилива и отлива. То есть все ядра, величиной с головку новорожденного младенца, улетели «за молоком». Слишком далеко для этих небольших калибров, снаряды потеряли силу еще до того, как упали на землю.

Между тем полуголые и потные аргентинские канониры лихорадочно перезаряжались. И подкатывали отскочивших своих бронзовых монстров снова на позиции. Работа была адская, несмотря на зимнее время. Пот с пушкарей стекал ручьями. Люди еще перетопчатся, а вот пушки, если их не охлаждать, могли перегреться, что приведет к преждевременному взрыву пороховых зарядов.

Снова прицел, по крашенным бакенам, возле которых расположились англичане, поправка по ходу дела и новый залп. Аргентинцы продолжили вершить свою кровавую расправу.

Теперь досталось всем. Никто не ушел обиженным.

Стреляли по готовности, так что наши пушки не выстрелили одновременно. Кто-то поспешил и вырвался вперед, кто-то опоздал. В результате залп крупных аргентинских орудий превратился в какой-то грандиозный гул, закладывающий уши. Продолжительный и более сильный в середине.

Этот гул сменялся пронзительным свистом ядер, переходящий в шипение и после следовали хлесткие взрывы. А потом разверзлись ворота преисподней.

Море за бортами английских кораблей закипело и запенилось. В пороховом дыму падали мачты. Пушки на орудийных палубах срывало с лафетов, канониров разносило на куски. Упавшие мачты и паруса пропитывались кровью, а люди просто исчезали, унесенные ураганом огня.

Одно ядро мимоходом на шхуне сбило оба паруса и они улетели за борт вместе с реями. Взрывчатка не взорвалась и ядро пролетело дальше в море. Но рухнувшая мачта завалила наружу дальний борт, из-за чего суденышко начало стремительно тонуть.

Остальным досталось хорошо. Поскольку жертва получала врыв у борта, то обзаводилась большими, часто гибельными повреждениями. Тяжелое дерево крушилось под смертоносными разрывами бомб. Плюс куча обломков, разлетаясь вокруг, поражала все живое и срывала с мачт паруса, словно размахивающий руками пьяный паутину.

После этого залпа все британские корабли пребывали в фатальном состоянии. Просто одни должны были утонуть чуть раньше, а другие чуть позже.

Уцелевшие британские моряки пытались спастись на шлюпках. Другие, барахтающиеся в воде, либо хватались за плавающие обломки, либо стремились к шлюпкам.

Но у аргентинцев на этот счет были другие планы. Не допустить высадки британцев на берег. Любой ценой. Замполиты им все объяснили. Кто служит в британском военном флоте? Воры и убийцы. Сами британцы говорят, что «если человек подходит для виселицы, то он годится и для флота его величества».

Так как служба на военном флоте Великобритании не сахар, то вербовка моряков ведется в тюрьмах, или же потенциальным висельникам заменяют смертную казнь на пожизненное пребывание в матросах. Такой вот у них контингент. Можно любого сразу расстреливать. Не ошибешься, так как он уже приговорен.

Чем отличается цивилизованная страна от нецивилизованной? В цивилизованной стране при заходе британского судна в порт, если моряки сходят на берег, то их тут же под конвоем провожают в городскую тюрьму. Судно собирается отходить от пирса — моряков под конвоем доставляют из тюрьмы, обратно на корабль. А в нецивилизованной стране царит полная анархия. В том числе, там британские моряки вольно бродят, где им вздумается. Никакого порядка! Бардак!