Аргентинец поневоле 2 (СИ) - Дорнбург Александр - Страница 15

Вот удивляюсь я здешним Штирлицам. Ходят по фашистскому Берлину в буденовках, советской форме, с парашютом за плечами и думают, что их никто не разоблачит. Кажется, чего уж проще? Уж если ты решил работать подпольщиком, то ты первым должен быть в костюме с красным знаменем цвета одного. И больше всех драть глотку на митингах. Хотя, я бы как раз именно к таким людям и присмотрелся в первую очередь. Мне именно они больше всех подозрительны.

Но и тут я мог только подивиться какой мелкой и крепкой паутиной окутан весь Буэнос-Айрес. Какая огромная работа проделана, и как донья Эскурра, словно огромный паук, широко раскинула свои тенета.

В результате проведенной работы было поймано трое непосредственных исполнителей ( двое умерли от ран), несколько человек, из тех кто им помогал. А так же в клейкие сети Масорки угодило еще с полсотни разного народа. Как я и думал, ниточки вели на самый верх. В горние сферы.

Умный не спрашивает в лоб. Умный сам постигает суть и природу вещей. Но по крупицам из намеков я сложил полную картину происходящего.

Для своей операции по моему изъятию хитрый английский посол, сэр Гамильтон, нашел лоха. «Юношу бледного со взором горящим». Сына легенды аргентинской революции Мануэля Бельграно. 16 летнего Педро Бельграно. Но поскольку по матери тот принадлежал к клану Эскурра и немного Рохасов, то донья Эскурра не могла выйти в своем расследовании на саму себя. Если хорошенько тряхнуть дерево, то на голову свалится серьезный кризис, который совсем запросто может перерасти в кровопролитие между влиятельными аргентинскими кланами.

Так что то, нити ведут к Педро, я понял только из темных нюансов повествования. Мол, юный мальчик оступился, по глупости. Но все исполнители, которые могли на него показать, уже зачищены. Так что ничего ему не предъявишь. Что делать? Понять и простить…

Так же следует поступить и с сэром Гамильтоном. Он сразу открестился от всякого участие в этом деле. И ничего ему не пришьешь. А учитывая сколько денег Аргентина сейчас должна Британской империи, то лучше не рыпаться.

Вот так: нападение было? Было. А виноваты — стрелочники. Они наказаны? Наказаны. Так чего тебе милый друг еще надо? Занимайся своими делами и не отвлекай занятых людей.

Я понял намек и поспешил раскланяться и удалиться. Ругаясь в душе. Насколько же мерзкая семейка эти Бельграно! Проклятые итальяшки! Грязные макаронники! Вечно они по уши в переворотах и в интригах. Для них любая власть плохая, если они не у руля. Папаша бузил при испанцах. Но там еще его как-то можно оправдать. Независимость — дело святое.

Но я знал, что яблоко от яблони далеко не падает. И от осинки не родятся апельсинки. И этот сыночек в будущем себя еще покажет. Отъявленным мерзавцем. Так что все сразу ахнут. Так как сынок Мануэля Бельграно, наш Педро, станет активно сотрудничать с французскими оккупантами.

И начинает-то как рано! Вляпается в любой заговор, лишь бы свою выгоду поиметь!

Больше в столице меня ничего не задерживало, так что я срочно выехал в одну из асиенд Рохаса, где работал управляющим.

Глава 6

Заканчивается февраль. А это значит, что пора познать мудрость народной пословицы «цыплят по осени считают». А с марта как раз начинается календарная осень, а заодно и первый год моего попадания в 19 век.

А плоды моего пребывания уже видны невооруженным глазом. Уже второй год южная часть Южной Америки страдает от жестокой засухи. А у нас даже некоторый рост валовой продукции наблюдаются. Животноводству засуха не такая уж помеха. Это же вам не обледенелый наст копытами пробивать.

Да, на определенных участках пришлось уменьшить поголовье. Вместо 700 животных оставить триста. Но все засолили впрок. Ничего не пропало. Если животное развивается слабо, его держать не выгодно, и оно подлежит уничтожению. Только так следует производить отбор, по принципу: лучшее из лучших.

А оставшийся скот мясных пород выглядит отлично.

Низкорослые, приземистые, хорошо упитанные животные более напоминали приплюснутые покрытые шерстью шары на четырех опорах, наполненные до отказа мясом, жиром и костями. Для обзора мне вывели рекордсмена этой мясной породы. Бычок набирал вес до 700 г в сутки. Животное, видимо, уже привыкло к подобным презентациям и стояло спокойно, безразлично посматривая на собравшихся.

С точки зрения промышленного подхода, корова и прочая скотина — это своего рода живая фабрика по переработке растительных жиров, белков и углеводов в животные (мясо, молоко).

Из небольшого количества привозной железа и стали, а так же дерева твердых пород, вплоть до железного, у нас работает разнообразное оборудование на конной или воловьей тяге, которое активно применяется при выращивании кукурузы и для ухода за крупным рогатым скотом. Жатки, сеялки, сноповязалки, комбайны. Бросаются в глаза простота и надежность таких машин. Подобные механизмы в комплексе сводили ручной труд гаучо к минимуму.

Многие приемы организации нашего сельскохозяйственного производства буквально повторяют промышленные. В свое время старина Генри Форд I справедливо заметил, что «мы у себя на ферме не фермеры, а промышленники». Главный результат всего этого заключается, конечно, в повышении урожайности сельскохозяйственных культур и продуктивности скота, в снижении затрат труда на единицу продукции. Никакой, понимаешь, теперь тебе поэзии сенокоса!

Возле рек, ручьев и рукотворных прудов, раскинулись массивы кукурузных полей. Всюду царит порядок, типичный для процветающих ферм. В качестве насосов подают воду на поля водяные колеса, что крутятся течением воды. Эти колеса сделаны из индейского бамбука, который привезли к нам с северных регионов, а вместо труб используются стебли из местного камыша. Раскаленным железным прутом, там прожжены коленца, так что они теперь полые по всей своей длине. Изобретательность в этом направлении не знает предела.

При этом можно вспомнить слова Марка Твена: «Люди очень много говорят о плохой погоде, но мало делают для того, чтобы ее улучшить». Вот мы и делаем. В конце концов, во Франции еще при Людовике Четырнадцатом, «короле Солнце», 14 колесами Марне снабжался водой весь Версаль. А это на минуточку, миллионы литров воды, переброшенные на десять километров от Сены, да еще и поднятые на высоту 126 метров. То есть четырех десятиэтажек, поставленных друг на друга.

А что подобная хрень ломается постоянно, так ее и починить несложно. Не бином Ньютона. Справиться любой пентюх.

При выращивании кукурузы отсутствует ручная прополка, так как при нормальном развитии кукурузы сорняки развиваются медленно и не приносят ощутимого вреда, тем более что их вообще-то мало.

Вопреки установившимся традициям, потому,что мы вносим в почву удобрения, как органические, так и химические, на нашей асиенде смогли увеличить частоту кукурузных рядов. Снизив промежутки на междурядья.

Для других же аргентинских фермеров «попытка заставить людей изменить расстояния между рядами — это все равно, что пытаться изменить ширину колеи железных дорог». Совокупность воздействия химических продуктов и более густой посев кукурузы дали нам возможность увеличить урожай с того же участка в условиях лютой засухи более чем в 1,5 раза.

Посевная площадь сокращается, а валовой сбор зерна растет. Это говорит о довольно высокой интенсификации сельскохозяйственного производства. Разве умение и навыки выращивания высоких урожаев при наименьших затратах это не богатство?

Наша асиенда производит впечатление отлично организованного хозяйства.

Нигде комар носа не подточит. Все было на своем месте. Рационально расположенные постройки, инвентарь, машины, материалы создают картину подтянутости.

Однако странное дело: чем дальше отъезжаешь от центральной части нашей асиенды, тем чаще на глаза попадаются участки, на которых находятся различные полуразрушенные строения. Не приходилось видеть каких-либо сторожей. Не видно глухих заборов. Люди, производящие работу, почти не попадаются на глаза. Печальный вид заброшенных построек не увязывался с отличным состоянием всего хозяйства и особенно самих посевов. Это был явный диссонанс.