Мифология русских войн. Том I - Кураев Андрей (протодиакон) - Страница 14

Он помнит, что в 1251 году представитель князя Александра «рыцарь Микьял» (Михаил) прибыл в норвежскую столицу Тронхейм и подписал с конунгом Хаконом IV Старым соглашение об урегулировании пограничных споров и разграничений в сборе дани в Финляндии. Этот договор дозволил новгородцам сбор дани с саамов по всему Кольскому полуострову и во всем Финмарке вплоть до норвежского Галогаланда (нынешний округ Тромсе). Есть предположение, что за этих характерным именем скрывается Миша (не называемый по отчеству) — герой Невской битвы

[97]

В 1318 г. новгородцы сожгли город Або. В 1323 году новгородский отряд, проникнув на судах в Халогаланд, сжёг Бьаркэй, поместье правителя Норвегии Эрлинга сына Видкуна

[98]

. Набег был повторен в 1326 году

[99]

. Результатом было то, что римский папа Иоанн Третий уступил королю Магнусу Смеку часть своих церковных доходов с Норвегии для укрепления ее границ.

В 1412 году «ходиша из Заволочья войною на Мурмане новгородским повелением, а воевода Яков Степанович, посадник Двинский. И повоеваши их»

[100]

Послание, направленное жителями Галогаланда

[101]

Итак, экономику, торговлю и тяжкую социальную пирамиду власти Северной Руси держали на плаву не земледельцы, а воины, идущие вместе со сборщиками пушной подати с северных колоний. Заодно они пригоняли и рабов.

В этом нет ничего уникального. Захват рабов и их экспорт были основой экономики некоторых кавказских народов даже в конце 19 века.

И совсем «мирных» народов на свете не было никогда. Например, в 13 веке эстонские пираты изрядно терроризировали датское побережье. «Эсты могли заниматься и пиратством. Рабов обычно захватывали во время пиратских рейдов на Швецию, Данию, Финляндию. Их называли Orja (индоевропейское *ori), и они выполняли функции похожие на те, которые в Руси выполняла челядь… Общество эстов многое заимствовало у скандинавов эпохи викингов и было милитаризованным… Осилия (термин встречался у Генриха Латвийского и обозначал Моонзундский архипелаг) известны у скандинавов как Ey-sysla. Остров Сааремаа на древнескандинавском назывался Adalsysla, что соответствовало эстонскому Suurmaa — Главная земля. Sysla или Syslir должно было перейти в древнерусском в сосоли. Эстонцы называли эту землю Сааремаа — Островная земля; финское название переводилось аналогично. В славянских летописях эта территория называлась Островьская земля (вместе с тем существовал этноним сосолы). Население Осилии занималось пиратством, и тамошние воины были одними из лучших в Эстонии. Моонзундский архипелаг был удобным пунктом для пиратских нападений на Швецию. Нужно сказать, что флот осилийцев насчитывал около 300 кораблей. Войско, которое могли выставить осилийцы, насчитывало 9 тыс. (30 человек на корабль, каждые 10 хозяйств выставляли по кораблю). В своих набегах на соседей эсты Осилии объединили свои усилия с куршами. Генрих Латвийский под 1206 г. написал, что осилийцы часто опустошают земли и сжигают церкви, убивают часть жителей, а остальных берут в плен. В записи под 1227 г. сказано, что на Моонзундских островах был рынок работорговли, где продавали женщин и юношей. В 1226 г. они совершили нападение на Швецию. Осилийцы были одними из наиболее фанатичных язычников, и поэтому от их рук принял мученическую смерть ливонский священник Фредерик во время похода эстов на ливов в 1215 г. На Моонзундских островах были большие залежи железа, и благодаря этому местное население не зависело ни от кого и могло самостоятельно изготовлять оружие и хозяйственные инструменты.

В «Ливонской рифмованной хронике» эзельцы описаны как люди, которых не страшит многочисленность врагов. Нужно сказать, что эсты-осилийцы нападали морем на датчан и шведов, а эсты-виронцы нападали на финнов и карел. Прибрежные городища должны были быть центрами работорговли. Для войн между народами Прибалтики была характерна жестокость. Мужское население захваченных поселений уничтожалось, опустошались борти и поля, сжигались села, женщин и детей уводили в рабство… Эстонцы на Балтийском море прославились как пираты. Генрих Латвийский отмечал, что эсты нападали на южное побережье Швеции. Датский король Кнут Свенссон в 80-х гг. XI в. охранял Данию от морских набегов куршей, пруссов-сембов и эстов. В 1170 г. эсты и курши опустошили шведский остров Эланд. Под 1203 г. Генрих Латвийский сообщает о нападении эстов на суднах (pyratici) из Осилии на датское поселение Лейре (Листрия) в Сконе. На обратном пути часть эстов была перехвачена и побеждена немцами около Висбю на Готланде. Генрих Латвийский пишет, что осилийцы продавали пленных шведов куршам и другим язычникам. Нападения эстов, куршей, пруссов-сембов стало удобным поводом для крестовых походов на эстов. Вальдемар II осуществлял кампании в Эстонии в 1194, 1196, 1219–1222 гг. В 1218 г. римский папа Гонорий III признал право датского короля на территории, которые он завоюет. Папа Иннокентий III еще в 1209 г. одобрил планы датского короля завоевать страны Балтии. Прибалтийские финны оставались проблемой еще в XIII в. Вероятно, тактика эстов и карел во время морских походов не отличалась оригинальностью и была похожа на походы викингов: ставка делалась на неожиданность нападения… В «Ливонской рифмованной хронике» анонимный хронист особо выделяет эзельцев, то есть эстов Осилии. Они названы соседями куршей и мужественными людьми. Летом они обычно совершали пиратские набеги на кораблях морем на всех соседей: указано, что от них страдали язычники и христиане. Отмечено, что они сильны на море и что живут на островах… Для того, чтобы умерший враг не мог отомстить, ему отрезали голову и вырезали сердце. Так, датскому правителю земли Гервии (Ярвамаа) Хеббе воины из Саккалы в 1223 г. вырезали сердце и кинули этот орган в огонь… Эстония эпохи Крестовых походов вовсе не была «землей незнаемой», скандинавы и немцы знали о богатстве и населении Эстонии. Эсты эпохи крестовых походов были умелыми воинами, а эсты Моонзундского архипелага пиратами — грозой стран у Балтийского моря. Набеги осилийцев были одним из предлогов для крестовых походов против эстов Сведения Генриха Латвийского указывают на взаимную ненависть между латгалами и эстами. Ливы сражались в войсках немцев против эстов. Литовцы осуществляли дальние походы на эстов и появлялись в Эстонии эпизодически. Русины в ХІ в. были настроены покорить эстов, однако после первоначальных успехов Ярослава Владимировича и Изяслава Ярослава это привело к восстанию эстов и к изгнанию русинов из Юго-Восточной Эстонии. Дальнейшие походы русинов и новгородцев не привели к серьезным последствиям для эстов — славяне в худшем случае брали с них дань и обращали в православие немногих

[103]

Но предмет данной книги — это разбор тезиса о том, что русские и их государство были исключением из общемировых правил и нравов и в силу своей несравненной духовности никогда ни на кого не нападали…

И, конечно, не только северные земли еми были целями грабительских походов русских дружин. Вот как Симеоновская летопись говорит о походе войск Галицко-волынских князей на далекий Кавказ зимой 1277–1278 гг. на Кавказ: