Ричард Глостер, король английский (СИ) - Воронина Виктория - Страница 33

-- Любовь моя, я отдал бы все на свете, чтобы только всегда быть рядом с вами! - воскликнул обрадованный Ричард. - Мне больше ничего нужно.

-- Милорд, я тоже люблю вас, но я воспитывалась в монастыре и ничего не знаю об отношениях мужчин и женщин. Боюсь, я разочарую вас, - робко проговорила Екатерина, обнаруживая свои страхи, но Ричард стал еще ласковее и нежнее.

-- Никакого особого поведения не требуется, моя королева, лишь бы все, что ты делаешь, шло от чистого любящего сердца, оно само подскажет как нужно поступить. Когда есть любовь, не нужны никакие ухищрения соблазна, - успокаивал он ее. - Я все приму от тебя, Кэти, любое разочарование, боль и несчастье, если только буду знать, что ты любишь меня... - желание близости все больше охватывало Ричарда. Он соскочил со своего коня, и протянул руки к Екатерине со словами: - Иди ко мне, любовь моя, дай мне, наконец, обнять тебя!

Екатерина без раздумий подчинилась ему, - подавляемая долгое время ею любовь вдруг без остатка завладела ею и заставила ее забыть обо всем на свете. Она оказалась в новом совершенно незнакомом мире, где даже время остановило свой ход, подчиняясь иным сверхъестественным законам. Значение имело только присутствие рядом с нею Ричарда и его ласки. От избытка эмоций девушка даже не чувствовала его физических прикосновений, она ощущала как от рук Ричарда по ее телу все больше разливается тепло, будто рядом с нею находилось невидимое солнце, сжигающее все воспомина­ния о пережитых ею страданиях и боли. Ее душа обновлялась для счастья подобно сказочному фениксу. Ричард ощущал нечто подобное, и без раздумий отдавался потоку чистого наслаждения, которым наградила его судьба

Он опомнился только вечером, когда увидел, как солнце с угрожающей быстротой склоняется к горизонту. Нужно было срочно возвращаться в Вудсток, пока их не схватились и не начали искать. Но его королева до сих пор была пьяна первым опытом любви, и никак не могла прийти в себя, не смотря на его уговоры.

- Мой господин, вы же видите, что я не могу уехать отсюда. Давайте останемся здесь вдвоем и переночуем тут же, - умоляла она его. Ричард держался из последних сил, - остатки благоразумия боролись в нем с сильнейшим соблазном вновь изведать безграничное наслаждение.

Видя, что Екатерина не способна даже держаться на ногах, он наскоро поправил их одежду, привязал ее коня к своему, и поднял свое сокровище к себе в седло, торопясь в обратный путь.

Герцог Глостер выбрал самую неприметную дорогу к Вудстоку, и незаметно подъехал к самому поместью. Здесь ему предстояло расстаться с Екатериной, чтобы их вместе не увидели другие люди.

-- Вы покидаете меня? - удивилась Екатерина.

-- Наша честь требует этого, любовь моя, но я обязательно найду способ поскорее увидеться с вами, - с болью в голосе произнес Ричард, и Екатерина, наконец, пришла в себя.

- Тогда до новой встречи, мой Ричард, - еле слышно сказала она, и торопливо поехала к главным воротам поместья.

Ричард остался один и не мог обрести себе покой, невпопад отвечая на вопросы своих приближенных, встревоженных его долгим отсутствием. Пир, устроенный по поводу удачной охоты, для которого зажарили туши забитых оленей, тоже прошел мимо его сознания, - у него было одно только стремление снова увидеться с Екатериной. Проще всего было под каким-то предлогом прийти в ее покои и попросить свидания с нею. Но в приемной королевы всегда толпились сторонники Ланкастеров, враждебно к нему настроенные, и Ричарду не хотелось сталкиваться с ними, он решил пойти другим путем. Дождавшись полного безлюдья, Ричард быстро взобрался на, дуб, растущий возле окон комнаты королевы, и по нему перебрался в здание.

Екатерина не сразу поверила в неожиданное появление Ричарда, больше похожего на порождение ее разыгравшегося воображения. Затем она хотела броситься ему в объятия, но Ричард ограничился тем, что нежно поцеловал ее руку.

- Мы не вправе позволить себе большего, любовь моя, пока не состоим в законном браке, - сокрушенно произнес он. - Кэти, я пришел, чтобы просить тебя выйти за меня замуж, и сделать это как можно скорее. Не хочу в своей любви к вам уподобляться вору, тайком крадущего драгоценное достояние и прячущегося от людей. В своем отношении к вам я должен быть предельно честен.

-- Но разве наш брак возможен? - испугалась Екатерина.

-- Не бойтесь нашего союза, любовь моя, - ласково произнес Ричард. - Обещаю вам, что ваши интересы я всегда буду ставить выше собственных интересов.

-- Но многие люди, особенно сторонники наших семей, воспримут наш брак как кощунство, как поругание памяти погибших в воине Алой и Белой роз, - осторожно проговорила Екатерина, не желая затрагивать эту тему. - Подумайте о своих родных, Ричард. Разве вы сможете доставить им столь большое огорчение как вашу женитьбу на мне?

-- Один день любви к вам перевесил во мне всю тридцатилетнюю ненависть Ланкастеров и Йорков, Кэти, и я добьюсь, чтобы моя семья признала вас, - ответил Ричард. - Ты беспокоишься о людях, но забываешь, что наша первейшая обязанность жить в мире и в согласии с богом, а не с людьми. Мы оскорбили нашего Господа тем, что предались своей любви прежде, чем преподнесли ее Ему, и нам нужно поскорее исправить эту ошибку. Фактически, Кэти, мы уже стали мужем и женой, и это нельзя изменить, нужно только освятить наш союз в церкви. Узы между супругами самые крепкие и нерасторжимые, перед ними отступают все иные родственные связи. Я буду уговаривать тебя, Кэти, пока ты не согласишься на мое предложение.

- Но я уже согласна, - улыбнулась Екатерина. - Только сперва сделайте кое-что для меня.

- Все, что угодно, - радостно воскликнул Ричард.

- Поклянитесь, что решение судьбы сторонников Ланкастеров будет зависеть от меня, а судьбу союзников вашей семьи я предоставляю вам, - попросила Екатерина. - Только при этом обещании я выйду за вас замуж.

Ричард тут же дал необходимую клятву. Екатерина обговорила с ним подробности их будущего венчания, после чего окрыленный герцог Глостер вышел из покоев королевы, от радости даже не замечая дежурную даму леди Блаунт, словно она была бесплотным духом. Другие мысли занимали его - он торопился найти священника, который завтра бы смог совершить его венча­ние с Екатериной Ланкастер. Пораженная его уходом, леди Блаунт кинулась к королеве.

-- Ваше величество, что делал лорд Йорк в ваших покоях? - возмущенно спросила она.

-- Мы с герцогом Глостером обсуждали важные дела, и наше решение он объявит завтра за обедом, - ответила Екатерина, опуская глаза, чтобы не смущаться еще больше в присутствии этой верной сторонницы Ланкастеров. Она предчувствовала, что для леди Блаунт ее решение выйти замуж за Ричарда Глостера станет страшным ударом, но теперь она не могла отказаться от него. То, что герцог Глостер дороже ей всех людей на свете, Екатерина поняла в первый раз на рождественском балу, когда Ричард неожиданно потерял сознание. С тех пор юная королева пыталась подавить в себе нежные чувства к представителю рода Йорков, считая всякое влечение к нему предосудительным для себя. Некоторое время ей помогали выстоять в поединке разума и чувств перипетии междоусобной борьбы, но сила любви ее избранника необратимо увлекла ее на путь исполнения сокровенного желания.

-- Неспроста в Англию приехал бургундский советник Жан де Флавиньи, он вместе с Йорками что-то замышляет против вас. Берегитесь, госпожа, вы в последнее время слишком прислушиваетесь к коварному герцогу Глостеру. Не доверяйте Йорку, моя королева, он спит и видит, как снова завладеет английским престолом, - предостерегающе произнесла леди Блаунт, и в сердцах воскликнула:

- И вообще, все при нашем дворе происходит так как того пожелает милорд Глостер!

- Но его желания совпадают с моими! - простодушно воскликнула Екатерина, и спохватилась, что чуть не выдала суровой наперснице своего счастья. Видя, что юную королеву не удастся настроить против ненавистного ей Ричарда Йорка, леди Блаунт ушла, сердито пожелав Екатерине спокойной ночи.