Дар Миррен - Макинтош Фиона - Страница 79

– Можете не продолжать, – промолвила Элспит, осторожно коснувшись руки горца.

Однако Лотрин, казалось, не слышал ее.

– Несколько смельчаков попытались добраться до нашего берега, но не смогли из-за шторма. Однако Ромен не успокаивался. Наверно, он постоянно подначивал сестру, упрекая ее в трусости, что было несправедливо, поскольку девушка отличалась отвагой и старалась ни в чем не уступать брату. В конце концов, Лилия – так звали сестру Ромена – приняла вызов. Восхищенный ее дерзостью, брат решил отправиться вместе с ней. Погода в этот день благоприятствовала их планам, и они переправились на веслах через пролив. Узнав, на какое безумие решились эти двое, старший брат пришел в ярость и отправился за ними. – Лотрин обхватил голову руками. – Эта дерзкая девчонка успела сорвать гроздь винограда, прежде чем мы заметили ее. Старший брат захватил с собой меч, зная, что ему придется выручать из беды Ромена и Лилию. Пытаясь спасти младших, он сражался как лев. Я видел это своими глазами.

– А как вел себя Ромен?

– О, с Роменом произошло что-то необъяснимое. По-видимому, у него сдали нервы. Он спрятался в роще у виноградников и молча наблюдал за тем, как мы схватили его брата и сестру.

Кайлсх приказал немедленно казнить их. Наш король, конечно, принял правильное решение и по-другому в тех обстоятельствах поступить не мог, но в тот день я понял, что нас заслуженно называют варварами. Мы распяли обоих на крестах в Ракларионе, неподалеку от побережья. Они погибли из-за сорванной грозди винограда. День был ясным, и гренадинцы наверняка могли видеть кресты с их телами в подзорные трубы. Старший брат умер почти сразу, а Лилия еще мучилась остаток дня и всю ночь, изводя всех нас. Она звала Ромена, молила его спасти ее. Бедная девушка… цеплялась за жизнь из последних сил, не желая умирать. Ромен слышал каждое ее слово, каждый стон, видел все ее страдания.

Рассказ Лотрина производил на Элспит гнетущее впечатление, но она решила дослушать до конца.

– И что дальше?

– На следующее утро мы сняли тела с креста, сожгли их и развеяли пепел по ветру. Все это происходило на глазах Ромена. И когда все было кончено, Ромен, похоже, пришел в себя, к нему вернулся боевой дух.

– И что же он сделал?

– Он попытался убить Кайлеха.

– Что?!

– Вы знаете о том, что он бросает ножи в цель без промаха?

Элспит покачала головой.

– Кайлех явился в Ракларион, чтобы посмотреть, как будут сжигать тела казненных. Во всяком случае, все думали, что это был Кайлех. Два ножа вонзились в грудь человека, которого принимали за Кайлеха, и он замертво упал на землю.

– Ничего не понимаю, – призналась Элспит. – Так это был Кайлех или кто-то другой?

– Ночью накануне сожжения тел Кайлех узнал предсказание Камней, которые сказали, что завтра на его жизнь будет совершено покушение. Король прислушивается к советам и предостережениям Камней, и поэтому на следующий день принял меры предосторожности. Человек, плохо знавший Кайлеха, издали мог принять за него любого рослого мужчину с длинными светлыми волосами. Ромен попался на эту уловку, он убил одного из наших воинов и был тут же схвачен.

– Но как ему удалось остаться в живых после того, что он сделал? – удивилась Элспит.

– Да, произошло настоящее чудо. Не знаю, почему Кайлех не тронул его. Может быть, решил положить конец череде бессмысленных смертей? Наш король умеет быть безжалостным, но в тот раз он пощадил Ромена. Возможно, его тронуло то, что молодой человек все-таки нашел в себе силы выйти из укрытия и сразиться с теми, кто убил его близких. Они были ровесниками, и Кайлех оставил Ромена в крепости, надеясь, что тот окончательно придет в себя и смирится со своей судьбой. Но Ромен так и не смирился. Через некоторое время Кайлех вернул пленнику оружие и приказал отряду воинов сопроводить его к южной границе. Ромен поклялся больше никогда не возвращаться в Гренадин.

– Сколько времени прошло с тех пор? – задумчиво спросила Элспит.

– Лет десять.

– И тем не менее вы узнали Ромена?

– Такого человека трудно забыть.

Элспит кивнула, соглашаясь с собеседником.

– Думаете, Кайлех убьет его?

– Мне трудно ответить на этот вопрос, – сказал Лотрин, вставая. – Нам пора возвращаться. Король хочет встретиться с вами.

– Неужели ты думал, что я поверю тебе? Твой рассказ звучит слишком неправдоподобно.

– Тем не менее я говорю правду, – заявил Уил. – Вы поверили бы мне, если бы я сказал, что хочу объединить Бриавель и Горное Королевство для борьбы с Моргравией?

– Нет, – ответил Кайлех.

– Скажите, что смущает вас в моем рассказе? Что кажется невероятным?

Кайлех, держа в руке бокал с вином, откинулся на спинку стула.

– Ты утверждаешь, что Селимус нанял тебя убить Уила Тирска. И, по твоим словам, ты выполнил его поручение. Потом ты доставил тело генерала в Перлис, чтобы помешать королю очернить его имя. Ты якобы опасался, что Селимус обвинит Тирска в измене. Во все это трудно поверить, Ромен. Далее. Ты присутствовал на похоронах генерала… Впрочем, нет, подожди! Сначала ты спас сестру Уила Тирска, вызволив ее из темницы, куда несчастную бросил Селимус.

Уил мрачно кивнул. Он вынужден был признать, что история действительно выглядит довольно странно.

– Потом ты бежал из Стоунхарта, поскольку знал, что Селимус не держит слова и может снова попытаться убить тебя. Как оказалось, ты был прав. Тебя начали преследовать опытные наемные убийцы. Ты расправился с одним из них и послал его голову Селимусу, так? Но возникает вопрос: зачем ты это сделал? Зачем тебе понадобилось извещать таким образом короля Моргравии о том, что ты избежал гибели? А теперь перейдем к еще более удивительным местам твоего повествования. – Кайлех упивался собственным красноречием, Уил видел это. – Оказывается, ты приехал на север, чтобы встретиться с ясновидящей. От нее ты надеялся получить ответы на мучившие тебя вопросы.

– Верно, так оно и было, – подтвердил Уил.

Тревога нарастала. Только теперь он понял, что на взгляд постороннего в его поведении не было никакой логики.

Кайлех расхохотался и, встав со своего места, подошел к каминной полке.

– Ты неподражаем! Но боюсь, что твоя попытка выкрутиться не приведет к успеху, Ромен. Если хочешь спасти жизнь, придумай что-нибудь более правдоподобное.

В комнату, бесшумно ступая, вошел слуга и, подойдя к королю, что-то шепнул ему.

– Приведите ее, – распорядился Кайлех.

Слуга, поклонившись, удалился, и через несколько мгновений Лотрин ввел в покои короля трепещущую от страха Элспит.

Девушка почтительно опустилась перед Кайлехом на одно колено и потупила взор. Уил заметил, что Кайлех и Лотрин переглянулись, и последний кивнул.

– Ты дочь ясновидящей? – задал вопрос Кайлех.

– Нет, мой господин, я ее племянница, меня зовут Элспит, – пролепетала девушка, не поднимая головы.

– Ах да, верно! Встань, Элспит. Я хочу знать, что сказала твоя тетушка Ромену во время их первой встречи?

Элспит поднялась с колена и робко взглянула на стоявшего перед ней исполина, который был выше даже казавшегося ей огромным Лотрина.

– Простите, мой господин, я не поняла вопрос, – промолвила Элспит.

– Хочешь, чтобы я повторил его?

Холодок пробежал по спине Уила. Надо действовать. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Кайлех жестом приказал ему молчать.

Элспит с недоумением смотрела на них, переводя взгляд с одного на другого.

– Нет, сир, не утруждайте себя… – наконец промолвила она. – Я просто хочу сказать, что моя тетушка и Ромен виделись всего один раз.

Кайлех бросил торжествующий взгляд на Уила, продолжая разговаривать с Элспит:

– Их встреча, наверное, произошла в вашем домике в предгорье?

– Совершенно верно, сир. Это было несколько дней назад.

– И, насколько тебе известно, твоя тетушка виделась с ним всего один раз.

– Да, это чистая правда. Она сказала мне, что не знает этого человека и впервые слышит его имя.