Дар Миррен - Макинтош Фиона - Страница 112

Видя его уверенность, Валентина пала духом. Она уже жалела о том, что послушалась Ромена и прибегла к этой уловке. Селимус был не тем человеком, с которым можно шутить, – после ее слов глаза короля вспыхнули хищным огнем.

Уил как будто окунулся в атмосферу прошлого. Турнир, к которому готовились в Верриле, напоминал состязания, проходившие ежегодно в Моргравии. Правда, празднику в Бриавеле не хватало моргравийской пышности и великолепия. Уил чувствовал, что день будет для него судьбоносным, и сильно нервничал.

– Не давайте воли чувствам, – предупредила его Валентина и, заметив на его лице выражение мрачной решимости, добавила: – Мы обо всем договорились. Главное для нас сейчас – выиграть время. Вы сами это говорили. Король должен уехать домой целым и невредимым.

Уил промолчал. Они встретились в надворной постройке, куда редко заглядывали слуги. Финч с озабоченным видом наблюдал за ними. Ему не нравилось то, как развивались события. Королева, вернувшись с конной прогулки, сразу же пришла сюда и сообщила друзьям о разговоре с Селимусом.

Уил был угрюм и молчалив. На скулах ходили желваки. Валентина видела, что он сам не свой, и кляла Селимуса за то, что тот посмел заговорить с ней о браке. Впрочем, они предвидели это и придумали на удивление простой план. Почему же Ромен так подавлен?

– Я хочу взять с вас слово, Ромен, – промолвила Валентина.

– Какое обещание я должен дать вам, моя королева?

Валентина внимательно посмотрела на него. Похоже, мысли Ромена блуждали где-то далеко.

– Во-первых, дайте мне слово, что вы не будете делать глупости… что вы не погибнете сегодня.

– Я не могу обещать вам это, ваше величество.

– Нет, можете! Я запрещу участникам состязаний биться насмерть.

Финч задрожал и крепче прижался к теплому боку Нейва.

– В таком случае, обещаю, что не погибну сегодня, – сказал Уил.

– Я почему-то не верю вам!

Уил так печально посмотрел на свою возлюбленную, что она, не выдержав его взгляд, отвела глаза в сторону.

– Что еще я должен пообещать вам, ваше величество?

– Я требую, чтобы с головы Селимуса не упал ни один волос. Никакой крови, Ромен! Умерьте свой пыл. Вы поняли меня?

– Понял. Даю вам слово, что я не причиню королю Моргравии никакого вреда.

И снова Валентина не поверила ему. Но что он задумал?

– В таком случае, до встречи на турнире. Поклонившись королеве, Уил уже хотел отвернуться, чтобы заняться своими делами, но Валентина решительным шагом подошла к нему и, не обращая внимания на Финча, поцеловала в губы.

– Через несколько часов, любовь моя, он уедет, – прошептала она.

Выражение его глаз свидетельствовало о том, что он сильно сомневается в благополучном исходе турнира. Разомкнув обвившие его шею руки Валентины, Уил снова поклонился ей, и королева Бриавеля удалилась.

ГЛАВА 40

Количество бриавельцев, приехавших в Веррил, чтобы увидеть на турнире красавца-короля, сватающегося к их королеве, поразило Лайрика. Толпы возбужденных людей создавали праздничную атмосферу. Торжества обещали значительно пополнить казну. Генерал был спокоен за безопасность Селимуса и Валентины, так как принял все необходимые меры предосторожности. Каждого пришедшего на турнир зрителя, в том числе и моргравийских солдат, входивших в свиту короля, тщательно обыскивали, но никто не жаловался.

Программу состязаний составила сама королева, включив в нее забавные конкурсы. Так, например, бриавельские гвардейцы и солдаты моргравийской армии соревновались друг с другом на политом маслом бревне, стараясь столкнуть противника на землю.

Повсюду царило веселье. Зрителям разносили жареное мясо и лучшее бриавельское пиво на больших подносах. Центром всеобщего внимания был король Селимус. Бриавельцы, забыв о кознях короля Моргравии, желали ему удачи в состязаниях. Они хотели, чтобы он завоевал сердце их королевы. Брак Селимуса и Валентины обещал укрепить мир на их земле.

Валентина настояла на своем участии в конских скачках. Лайрик и Крелл не смогли отговорить ее. Публика неистовыми криками приветствовала королеву, когда та появилась в костюме наездницы.

– Она просто великолепна, – прошептал Лайрик, обращаясь к мрачноватому Креллу.

– Вы правы, друг мой, нам повезло с королевой. Она из тех, кто гладко стелет, да жестко спать. У нее крепкий стержень. Женщина у руля власти – лучше, чем мужчина, она обладает особой хитростью и на многое способна.

Лайрик задумчиво кивнул.

Победа королевы в конских скачках вызвала на трибуне бурю восторгов. Бриавельцы гордились Валентиной, обошедшей на своем резвом скакуне моргравийских солдат. Селимус отказался участвовать в этих состязаниях, заявив во всеуслышание, что Валентина – несравненная наездница, тягаться с которой ему не по силам. Сей галантный поступок вызвал одобрение бриавельцев.

– Она великолепна, – шептал Селимус стоявшему рядом с ним Джессому. – Эта женщина будет моей.

Король Моргравии показал свое мастерство в стрельбе из лука, борьбе и других видах состязаний. Он был на голову выше своих соперников и каждый раз выходил победителем к восторгу публики, приветствовавшей его бурными овациями. С желчного лица Джессома не сходила улыбка – он имел все основания быть довольным ходом турнира.

После каждой одержанной победы Селимус получал ленту победителя и целовал руку поздравлявшей его королевы.

И вот наконец на площадку перед трибунами вышел церемониймейстер и жестом попросил тишины. Вскоре шум смолк.

– Бриавельцы, – начал он, – давайте поздравим себя с тем, что мы нашли общий язык с моргравийцами и теперь встречаемся не на поле брани, а на турнирах. Мы приветствуем наших друзей из Моргравии, которые явились к нам с миром, и выражаем особую радость по поводу приезда в Бриавель короля Моргравии. Его величество оказал нам большую честь. Мы надеемся, что славный король Селимус получит сегодня не только лепты победителя. – Публика одобрительно загудела, поняв тонкий намек церемониймейстера. – Позвольте от вашего имени пожелать его величеству успехов. Мы хотим, чтобы он завоевал сердце и руку нашей прекрасной королевы. Пусть в наших королевствах царят мир и процветание!

Раздались бурные рукоплескания, и церемониймейстер долго не мог успокоить зрителей. Взглянув на королеву, он понял по выражению ее лица, что его речь воспринята благожелательно.

– Как того требует наш обычай, – продолжал церемониймейстер, когда публика наконец успокоилась, – король Селимус должен заслужить право назвать невестой свою избранницу. Даже для такого могущественного монарха, как он, мы не можем сделать исключение. – На трибунах раздался добродушный смех. – Перед древним обычаем все равны – и король, и деревенский парень, сватающийся к дочери соседа. Тем более, что его величество хочет заполучить первую красавицу Бриавеля.

Услышав эти слова, Валентина покраснела. Она не одобряла фамильярный тон церемониймейстера, который был явно навеселе, но народу его речь нравилась. Видя улыбки и счастливые лица людей, Валентина испытывала радость.

– Селимус, доблестный король Моргравии, согласился вступить в единоборство за право назвать нашу королеву своей, – объявил церемониймейстер, и публика ахнула. – Его соперником будет Рыцарь Королевы. Прошу участников поединка выйти на площадку!

Слушая цветистую речь церемониймейстера, Уил чувствовал, как в нем закипает гнев. Он люто ненавидел Селимуса, человека, который отнял у него все. И вот теперь король вознамерился отобрать еще и Валентину, женщину, которую Уил полюбил всем сердцем. Перед его мысленным взором промелькнули лица Илены, Элида, Герина, Лотрина, Элспит, Валора, Магнуса и Фергюса Тирска. Все они требовали, чтобы Уил отомстил злодею.

– Мне это не нравится, – вздохнул Финч, прислушиваясь к неистовым крикам толпы.

– У тебя больше не было видений? – спросил Уил.