"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 415

“Ничего, Лешка, справимся” — подумал я и спустил ноги с кровати.

Когда пришел отец, я уже был умыт, сыт и полностью собран. Даже надел кулон под рубаху. Что-то мне подсказывало, что носить его открыто будет плохой идеей. В голове крутилось десятки вариантов исхода, вплоть до показательной порки и казни. Незнание выматывало и поэтому я задвинул все свои переживания в дальний угол.

Николай Александрович оглядел мое спокойное лицо и, не произнеся ни слова, кивнул в сторону коридора. За ночь он сильно сдал. Морщины стали глубже, виски засеребрились. Губы все также плотно сжаты. Он так и не принял отсутствие у меня магии.

Он вышел первым. Я поспешил за ним. Мы спустились в столовую, но не ту, где завтракали вчера, а гораздо меньше. Здесь обстановка была поскромнее и уютнее, что ли?. Простой стол с белой скатертью, сервант с посудой, накрытый ажурными салфетками, пузатый самовар на небольшом комоде. На стуле возле окна сидела Мария Федоровна. Ее глаза были красными от слез, а пальцы безостановочно комкали платок. Увидев меня, она вскочила, сделала шаг ко мне, но остановилась под суровым взглядом отца.

— Алексей, доброе утро, — хриплым голосом произнесла она. — Садись, скоро завтрак принесут.

Я глянул на Николая Александровича. Тот чуть помедлил, но все же кивнул. Мы сели за стол. С кухни выскочила вчерашняя служанка с тарелками и быстро сервировала стол. За ней показалась другая с пирогами и вазочками с вареньем. Все вокруг изо всех сил делали вид, что все в порядке, но молчание главы семейства, его немой укор в глазах разом перечеркнул все старания.

Сдоба не лезла в горло, чай был слишком горячий и сладкий, варенье — кислым. Помучавшись еще немного, я не выдержал и, глядя Николаю в глаза, спросил.

— Что вы решили?

Мария Федоровна охнула, ее чашка тревожно звякнула о блюдце.

— Алешенька, ну что ты сразу, — зашептала она, но ее остановил отец.

— Он правильно спросил, чего ты под руку лезешь. Должен знать, — он постучал пальцами по столу. — Сегодня же поедешь в дальнее имение. Там займешься обучением. За тобой будут приглядывать. Если магия все же проснется...

— Когда магия проснется, — твердо поправил его я.

— Когда магия проснется, — кивнул и повторил за мной отец, — ты сможешь вернуться. Учебники, одежда и все остальное уже собрано. Экипаж готов.

— Я готов.

Мария Федоровна побледнела, она привстала, тут же осела на стул. Николай положил руку на ее плечо.

— Матушка хочет сказать, что мы любим тебя. Но обстоятельства сейчас такие, что тебе необходимо уехать.

— Понимаю, — холодно отозвался я.

По лицу отца пробежала тень и быстро исчезла. Не ожидал такого быстрого согласия?

— Тогда доедай и пошли.

Рука дернулась, чтобы сделать еще один укус пирога, но я вернул его на место. Надо, значит, надо. В глубине души я был благодарен за такое решение. Вдали от всех я смогу спокойно привыкнуть к телу, разобраться с силой.

— Отец, могу ли я попросить несколько учебников по магии? Вряд ли в том имении обширная библиотека.

Глаза Николая свернули гордостью. Он кивнул мне и пообещал собрать нужные книги.

***

Провожать меня пошли только родители Алексея. Возле скромного тарантаса ожидали два дюжих извозчика и оба в одинаковых кепках.

— Степан поедет с тобой до имения, а потом обратно, — сказал отец. — Там под сиденьем Марфа пирожков передала.

Я кивнул и окинул взглядом сундук и с чемоданами — один я с такой поклажей явно не справлюсь.

Мария Федоровна бросила взгляд на супруга, затем подбежала и порывисто обняла.

— Алексей, будь умницей. Знай, я горжусь тобой. Напишешь, как доберешься?

Обняв ее в ответ, я подошел к отцу и пожал ему руку. И, не оборачиваясь, сел в экипаж. Через мгновение он сильно качнулся — извозчики заняли свои места — и тарантас покатился.

Во мне проснулось любопытство, куда мы, собственно, едем?

Глава 4

Один черт знает, сколько у Николая Александровича недвижимости. Вряд ли “дальнее имение” располагалось в нескольких часах езды на экипаже. Скорее всего, мы пересядем на паровоз. Или на корабль. Или на чем тут могут передвигаться?

Пока меня мягко раскачивало в транспорте, я жадно рассматривал проносящиеся мимо пейзажи. На вид — все то же самое. Те же березы, дубы и кусты рябины. Дорога была хорошо раскатана, экипаж почти не подскакивал на ямах. Сквозь шум я иногда слышал разговоры извозчиков, они обсуждали цены на лошадей и зерно.

Спустя пару часов, окончательно устав от безделья, я вспомнил про пирожки под сиденьем, про которые говорил отец. Никак нянька постаралась.

Наскоро перекусив, я стукнул в переднюю стенку, требуя внимания своих сопровождающих. Экипаж остановился, ко мне заглянул Степан.

— Хотел попросить достать из багажа книги, — изображая скромного ребенка, сказал я.

По лицу извозчика было видно, где он видал мои просьбы, но лишь страх перед Николаем Александровичем, мешал высказать это вслух.

— Я пирожками поделюсь! — быстро затараторил я.

Это изменило настроение, и книги были принесены тот же час. Остальную часть поездки я посвятил чтению.

Отец не подвел — передо мной лежала стопка учебников по магии с подробным описанием истории изучения и классификации. Она-то мне и была нужна.

Если отбросить те страницы, на которых автор дает практические задания — прислушаться к силе и потянуть ее изнутри — то теория занимала меньше четверти всего объема.

В этом мире существует два типа магии — светлая и темная. Внутри себя они разделяются на еще десяток подвидов, в том числе и стихийную, и магию крови, и даже ментальную. Не совсем понятно, почему последнюю не выделили в отдельный тип, но, думаю, авторам виднее.

Основное население владеет светлыми силами. Распределение внутри этого типа идет неравномерно — больше всего тех, кто владеет стихиями, потом менталисты, маги жизни, и самые редкие работают со Светом.

А вот про темную толком ничего нет. Упоминается только Смерть, Тьма, Некромантия, Хаос и магия крови.

Создается впечатление, что печатать такое в книгах неприлично и даже опасно. Видимо, сами темные не желают особо про себя рассказывать.

Я пролистал еще несколько страниц с описанием появления магии при первом ритуале, погрустнел, разозлился и в итоге захлопнул учебник.

И как раз вовремя. За окном экипажа показалась железнодорожная станция. Мы остановились, Степан и его помощник покинули козлы и начали стаскивать мои вещи. Из неприметного домика к нам навстречу выскочил грузный мужчина с кустистыми бакенбардами и в запыленной форме смотрителя.

— Вашблагородие, рады приветствовать вас на нашей станции! — скороговоркой выдал он. — Поезд отбывает по расписанию через двадцать минут. Прошу, пожалуйста, за мной.

Он говорил так быстро, что я половины не понял. Но важно кивнул и двинулся следом за ним. Конечно, Николай Александрович всех предупредил, кто и куда едет. Небось и паровоз только ради меня на рельсы поставили. Я невесело усмехнулся.

— Вашблагородие! Извольте принять подарок на начальника станции, — снова обратился ко мне смотритель.

Я снова кивнул. К нам подбежал служка с двумя небольшими коробками и протянул их Степану. Тот шумно вздохнул — у него за спиной уже болтались две объемные чемоданы. Не успел он освободить руки, как я сам забрал их первый. Тяжелые. Надеюсь, тут не конфеты.

У служки немного вытянулось лицо, но не обратил на это внимание и сказал смотрителю:

— Ведите!

Сама станция на меня не произвела впечатление. Я с таких же в свое время наездился. Одна неширокая платформа, небольшая билетная касса, домик охраны, длинный козырек над перроном для удобства пассажиров. А вот паровоз... Паровоз был произведением искусства.

Блестящий, черный, идеально чистый, с красными и золотыми узорами по корпусу. Помыли его, что ли? Или он совсем новый?

Из трубы вовсю вырывался голубоватый пар, внутри сидел машинист. В дверях первого вагона застыл проводник — усталый худой мужчина в мешковатой форме на размер больше, чем он сам. Проводник изо всех сил пытался выглядеть соответствующе паровозу, но получалось так себе.