Навязанная Королю, или отбор на выживание (СИ) - Сафир Юлианна - Страница 30

Ничего не оставалось, два раза сжала руку этого… командира.

А вот следующие слова драха меня удивили:

— С этого момента главная здесь ты Лилиан. Я рассчитываю на тебя. Веди!

Я не могла поверить, что слышу такие слова от этого гордеца. От драха, что привык только раздавать приказы. От того, кто, кажется, привык слышать только себя.

Но это было правдой. Даниэль доверился мне!

… Мы стояли так, изолированные от привычных способов восприятия мира, в зале, где зеркала многократно отражали наши измененные силуэты. С каждым мгновением мое сердце билось все сильнее, а ум панически искал выход из этой ловушки.

Я сжала руки Даниэля крепче, перенося через прикосновение всю свою поддержку и решимость.

Мои глаза теперь служили нам двоим.

Внезапно меня осенило.

Это было просто истинное испытание зеркалом — не раскрывать наши слабости и лишить чувств, но помочь нам преодолеть свои ограничения вместе. Зеркала отражали не только наши физические образы, но и нашу душу, обнажая страхи и сомнения, которые мы так долго скрывали друг от друга.

Мы больше не были двумя отдельными людьми, борясь с собственными демонами. Мы стали единым целым, дополняя друг друга, компенсируя слабость и увеличивая достоинство.

Истинная сила заключается не в способности видеть или говорить, а в умении доверять и поддерживать друг друга даже в самые темные времена.

* * *

Я огляделась вокруг.

Прежде чем отправляться в неизвестность, нужно научиться понимать друг друга.

Я начала водить по ладони драха различные символы и формы, рисуя их прямо на его коже.

Круг означал «остановка», прямая линия — «идти вперед», волна — «опасность». Простые знаки, которые Даниэль мог легко понять, и к которым он мог быстро приспособиться.

Мы тренировались, стоя на одном месте. Я чувствовала, как напряжение постепенно отпускает.

Но не до конца.

— Круг — остановка, — пробормотал он, и я едва не подпрыгнула от радости, услышав его голос.

— Линия — вперед. Волна — опасность.

Я дважды сжала его ладонь — наш знак согласия.

— Ты — молодец, Лилиан. Но больше нет времени, нужно искать выход.

Двойное сжатие от меня. И мы начали путь.

Сердце забилось чаще, когда я осознала, что теперь от меня зависела наша безопасность.

Я глубоко вздохнула, собираясь с духом, и медленно повела Даниэля вперед.

Каждый шаг был испытанием. Я сделал небольшую остановку, сжимая ему руку. Если нужно было повернуть, я легонько тянула его за руку в нужную сторону, при этом касаясь плеча с той стороны, куда продолжался поворот.

Практика дала свои плоды, и вскоре я почувствовала перемены. Шаги Даниэля стали увереннее, он начал самостоятельно ощущать изменения в окружающем пространстве. Его рука в моей стала твердой и заботливой.

Это придало мне силы и уверенности.

Этот процесс преподавал нам доверие на совершенно новом уровне. Без поддержки друг друга нам не выжить.

Пока мы осторожно продвигались сквозь зеркала в зале, я чувствовала, как вокруг начались странные изменения.

Воздух стал густым и легким, как будто полный невидимой опасности.

Я крепче сжала руку Даниэля, готовясь к новым испытаниям.

— Что бы ни случилось, — неожиданно отозвался драх, — Мы справимся. Вместе.

И новое испытание для нас началось…

Глава 34. Мост веры

Пока мы осторожно продвигались сквозь зал зеркал, вокруг начали происходить странные изменения…

Зеркала вдруг начали мерцать, как свет в конце тоннеля, и казалось, что они поочередно затухают и снова вспыхивают, создавая иллюзию дыхания древней пещеры. Под нашими ногами земля слегка затряслась, и я почувствовала, как Даниэль вцепился в мои руки крепче.

Каждое зеркало, отражающее наши лица — мое испуганное, Даниэля сосредоточенное — начало искажаться, словно вода при касании камня, и одно за другим они исчезали, как если бы их стирал невидимый ластик.

Мгновение спустя зал зеркал полностью растворился в воздухе, оставив после себя лишь пустоту и мерцающие осколки света, которые постепенно угасли.

Взамен исчезнувшего зала перед нами предстал мост.

Это была узкая, казалось, висящая в воздухе конструкция, ведущая в никуда. С той стороны моста — только тьма, полная и абсолютная, глотающая всякий свет. Ни неба, ни земли — только этот узкий путь, колышущийся над бездной неизвестности.

«Мост веры. Пройдет лишь тот, кто верит.»

Я встала на начало моста, ощущая под ногами холодный камень. Мост был покрыт инеем или чем-то похожим на тонкий слой мороза, что делало его поверхность скользкой и ненадежной.

Даниэль стоял рядом, его рука все еще сжимала мою.

«Мы должны перейти» — прошептала я, хотя знала, что мой голос он не услышит. Однако мои слова были больше для себя, для собственного утешения.

Я передала знаки драху «вперед» и «осторожно».

— Веди, девочка, — уверенно проговорил мужчина, а я вспыхнула от его обращения ко мне. Но не время и не место было спорить.

Да, и как поспоришь, когда голоса у меня и нет.

И внимательно, с каждым шагом тщательно проверяя устойчивость досок под ногами, я повела Даниэля за собой.

Он полагался на меня полностью, делая шаг за шагом в пустоту перед собой. Каждое его движение было медленным и осторожным, ведь каждый шаг мог быть последним.

Тьма вокруг нас казалась всеобъемлющей, а звуки наших шагов по деревянному мосту эхом отдавались в бездонной пустоте под нами. Это было испытание нашего доверия, нашей способности работать вместе, нашей веры друг в друга.

Доски под ногами слегка прогибались и скрипели, будто стонали под тяжестью наших тел.

Я остановилась, вглядываясь в мрак перед нами, наш путь будет какой угодно, но не простым.

Первое испытание не заставило себя ждать.

Под ногами Даниэля внезапно одна из плит задрожала и начала опускаться. С сердцем, готовым выскочить из груди, я резко потянула его назад, спасая от падения. Мои пальцы судорожно сжали его руку. Он покачнулся и на мгновение замер, пытаясь понять, что произошло.

«Внимание… Опасность…» — хотела бы я крикнуть, но вместо этого мои руки действовали.

Я начала выводить знаки на его ладони, которые мы согласовали для таких случаев: стоп и медленное проведение пальца влево или вправо — направление движения.

— Лилиан, — позвал меня Даниэль и крепко обхватил мою ладонь, — все хорошо, успокойся.

И только тут я поняла, что мои руки мелко дрожат от волнения.

— Идем дальше, у нас нет времени на тревогу.

Я вздохнула-выдохнула.

Два раза сжала ладонь Даниэля в знак согласия.

Сконцентрировавшись, я вновь повела его вперед. На этот раз я осторожно тестировала каждую следующую плиту ногой, прежде чем позволить Даниэлю ступить.

Каждый наш шаг был медленным и взвешенным.

Мост внезапно ожил: плиты колебались и исчезали, заставляя нас постоянно менять маршрут.

Даниэль напрягся, но доверял моему ведению.

Я почувствовала, как хватка на его руке слегка крепнет в моей руке — не от страха, а от осторожности и напряжения.

Перед каждым шагом я прикасалась к его руке, указывая, где именно следует ступить, чтобы не провалиться в невидимую пропасть.

Несколько раз, когда одна из плит снова начинала опускаться, я резко тянула драха назад, в последний момент уводя от провала.

Я сильно волновалась.

На мне была безумная ответственность за свою жизнь и за жизнь мужчины, что доверился мне сейчас.

Но я упорно шла вперед, не давая страху овладеть мною.

Моё сердце колотилось. Каждый удачный шаг приносил облегчение, но страх оставался, темнел в глубине души, напоминая о том, что каждое наше движение могло быть последним.

В такие моменты я ощущала, как важно не просто видеть или слышать опасность, но чувствовать и доверять своему партнеру. Этот мост стал испытанием не столько физическим, сколько моральным и психологическим.