Вальхалла (СИ) - "Swfan" - Страница 30

Михаил выбрал режим карты, который отображал известность героя, и увидел, что на данный момент про Маргариту знали только на самых больших островах Серого Архипелага и в Аль-руке, причём в пределах последнего её слава имела красный, злодейский оттенок…

Следовало немного подождать, прежде чем она станет золотистой, и девушка сделается героиней Мирового ранга, позволяя ему выполнить своё задание. Благо, у Михаила были рычажки, которые позволят ему значительно ускорить данный процесс…

Глава 39

И обратно

Согласно критериям книжки, герой Мирового масштаба это тот, подвиги которого известны по меньше мере 20% всего мирового населения. Некоторое время Михаил размышлял о том, чтобы попробовать обмануть эту систему и приписать Маргарите выдуманные достижения, но, к сожалению, книжка учитывала только настоящие.

Следовательно, перед ним возникла небольшая проблема.

Маргарита определённо заслужила того, чтобы про неё узнал весь мир, но прямо сейчас Альтария была предельно разобщённой. Некогда плодородные равнины в сердце континента представляли собой обширную, испещрённую каньонами пустошь, по которой были разбросаны редкие и примитивные города-государства. Большая часть шестисотмиллионного населения проживала на Западном побережье. В свой золотой век Восток тоже приближался к сотне миллионов, но после нашествия монстров осталось не больше двадцати.

Даже если прибавить жителей Серого архипелага и рыболюдей с острова Маргариты, этого было немного недостаточно.

В свою очередь единственную связь между Восточным и Западным побережьем представлял собой продолжительный и чрезвычайно опасный морской путь, ходить по которому смели только самые храбрые (и жадные) торговцы. На западе слышали о проклятии, но пройдёт время, прежде чем там узнают про героиню, которая его разрушила. И даже тогда данному известию едва ли станут уделять особое внимание: и потому что Восток был чрезвычайно далеко, и потому что прямо сейчас у жителей Запада были свои заботы.

Почему никто не удивился прибытию М. Х.? Последний был далеко не первым богатым западным аристократом, который искал убежище на Сером архипелаге. В последние годы беженцев становилось всё больше и больше по мере того, как на западе разгоралась великая война. Могущественный Доминион Таргор стремился подчинить себе всё побережье. Альянс, который собрался против него, терпел поражение за поражением, теряя столицы составляющих его королевств и республик под натиском чёрного воинства.

Едва ли в такое неспокойное время людей заботили «герои» и подвиги на другом конце земли.

Впрочем, подумал Михаил, это можно было использовать. Прямо сейчас многие жители Запада искали убежище, и если он начнёт распространять новости о том, что Восток теперь свободен от проклятия, если использует свои «бесконечные» денежные ресурсы для создания путей снабжения, нескольких дюжин кораблей, которые будут курсировать между побережьями, а затем устроит нечто вроде полномасштабной лотереи, на которой разыграет биллеты, тогда…

Михаил уверенно кивнул.

На это потребуется некоторое время, но за пару месяцев он сделает из Маргариты героиню Мирового ранга.

Перед этим, однако, следовало поставить решительную точку в истории Безумной Императрицы. Последняя глава уже закончилась, но всё ещё оставался эпилог, краткий, но важный для судьбы всего Востока…

После победы над проклятием Маргарита вернулась в свою армию, которая встретила её с почестями, достойными великого героя. Даже Гермес опустился перед ней на колено и обещал глубоким голосом, что до тех пор, пока существует царский род Астерии, подвиг её не будет забыт.

При этом он понимал, что всё ещё только начинается, и когда их армия вернётся в Аль-рук, последует ещё один кризис. Маргарита обещала вернуть престол священного царства, однако делать это теперь было совсем необязательно. Когда среди жителей города распространилось принесённое гонцами известие, что девушка действительно остановила проклятие, и когда они сами приподнялись на стены и увидели трупы чудовищ, которые простирались до горизонта, мнение о ней совершенно переменилось.

С рождения души горожан Аль-рука отягощал страх, что в город нахлынут чудовища.

Теперь их сердца захватила необыкновенная лёгкость — и благодарность. Из безумного тирана Белая Фурия немедленно превратилась в сиятельную героиню. Изначально армию рабов (разбитую после неудачной экспедиции) собирались встречать огнём и мечом — теперь для них готовили сушёные грибы, и по всему городу стоял запах грибной настойки. Даже самые верные солдаты Леонида не смели поднять меч на победителей. Многие вспоминали, что в то время как «прежний царь» Ахнимид не смог остановить даже восстание, девушка одолела целую армию монстров. У Маргариты стали плодиться сторонники среди свободных горожан, даже патрициев. Когда она вернётся во дворец, её собирались встретить как настоящую императрицу…

Ахнимид всё понимал и видел, что если Маргарита устроит своё триумфальное возвращение, то вполне может занять престол. Мальчик оказался перед выбором: уступить ей трон? Прервать великую династию? Или же сопротивляться, даже если это было бессмысленным? В итоге он выбрал именно второй вариант, и в последнюю ночь перед возвращением, когда на горизонте уже замаячили великие стены, он, набравшись храбрости, вызвал Маргариту на дуэль:

— Победитель станет царём, — сказал Ахнимид твёрдым голосом.

Немногим ранее он написал письмо для генерала Леонида и скрепил его своей тайной печатью, чтобы последний верно служил девушке, если он сам не вернётся. Мальчик прекрасно понимал свои шансы на победу, однако этого требовал его долг. Его предки.

Более того, если он будет жив, когда Маргарита станет законной императрицей, другие могут использовать его в борьбе за власть. Многие увидят в нём полезную марионетку, даже если сам он отвергнет свои притязания, начнутся конфликты, может быть даже гражданская война. А потому, ради Аль-рука и его жителей — о благе которых он впервые задумался только недавно, — мальчик вызвал девушку на смертный бой…

Глава 40

Новый уровень управляющего

Маргарита победила.

Что, впрочем, было ожидаемо. У Ахнимида изначально не было ни единого шанса. Чувствуя остриё клинка прямо у своего горла, мальчик потребовал, чтобы она закончила начатое, ибо лучше умереть, нежели быть царём, который потерял царство своих предков. Маргарита не стала этого делать. Напротив, её последующие действия показались Ахнимиду предельно странными.

Не говоря ни слова, она придвинула своё лицо прямо к нему, так что носы их едва не соприкоснулись. После этого она добрые тридцать секунд разглядывала его своими большими голубыми глазами. Когда же Ахнимид зарделся и почувствовал, как застучало его сердце, девушка ярко улыбнулась, отпрянула и заявила, что править царством самостоятельно — страшная морока, а потому она совсем не против, чтобы он, Ахни, стал её вассалом.

Придя в себя, мальчик воскликнул, что это безумие, и если она не явится в город и не сядет на престол прямо сейчас, то сделать это потом будет намного сложнее, но Маргарита заявила, что совершенно об этом не волнуется, ведь у неё было нечто намного более ценное, чем этот каменный стул.

— Что? — удивился Ахнимид.

Маргарита хитро улыбнулась и тыкнула пальцем ему в грудь.

Мальчик опешил… а затем залился краской.

Поистине, владея сердцем царя, ты владеешь его царством…

На следующий день, незадолго до триумфального возвращения армии за городские стены, Маргарита исчезла. Начались волнения, люди стали строить теории заговора, едва не вспыхнуло очередное восстание, но затем её доверенные лица рассеянно поведали всем остальным, что девушка оставила их по собственному разумению.

Она обещала им писать — если не забудет.

Восточное побережье находилось на пороге великих потрясений. Порабощённые народы поднимали старинные знамёна и возвращались на земли своих предков, а на западе постепенно снаряжались первые корабли для длительного странствия. Создавались альянсы, впервые за многие годы о себе заявили многочисленные тайные общества, влиятельные люди стремились урвать себе кусочек грядущего пирога, и именно в этот момент, когда человечеству особенно нужен был предводитель, который направит их к свету, та единственная, кто мог претендовать на верховную власть, исчезла.