Проект «Валькирия» - Трофимов Ерофей - Страница 62

– Согласен. Дай мне два часа, а потом начнем, – подумав, решительно кивнул гигант.

– А что будет через два часа? – не сдержал любопытства Дуглас.

– Профессор, думаю, вам следует вернуться к себе в жилой отсек. Пару стандартных дней на базе будет суматошно. Не хотелось бы, чтобы вы вдруг попали под горячую руку, – повернувшись к нему, ответил Расти.

Понимая, что данный совет нужно воспринимать как приказ, Дуглас испустил страдальческий вздох и, кивнув, покорно поплелся к лифту. Проводив его чуть насмешливым взглядом, новый начальник охраны не громко, но профессор успел расслышать, сказал:

– Смешной экземпляр. Типичный ученый.

– Ученый на грани гениальности, – кивнул Расти и, тряхнув головой, добавил: – Пошли. Нам в закрытую зону. Пора наводить порядок в этом свинарнике.

Слова бойцов очень гулко звучали в пустом коридоре, и профессор ясно расслышал каждое слово. Высказывание гиганта порадовало его, и Дуглас, заметно приободрившись, решительно шагнул в лифт. Нажав на кнопку своей жилой зоны, он дождался, когда лифт остановится на нужном этаже, и с легкой улыбкой направился к дверям своей каюты. Здесь, на космической базе, многие названия были взяты из сленга космического флота, но это никак не мешало ее обитателям жить своей жизнью.

Ученые, имевшие семью, пользовались возможностью не расставаться с близкими, поэтому в коридоре можно было услышать детские голоса и веселый смех. Молодежь вовсю крутила романы, и поэтому, выйдя ночью из своей каюты, профессор частенько замечал в темных углах целующиеся парочки. В общем, люди вели обычную жизнь в необычной обстановке, хотя проектировщики базы старались создать все условия для нормальной жизни.

Неожиданно из-за поворота появился Айвен и, быстрым шагом подойдя к Дугласу, тихо сказал:

– Профессор. Немедленно пройдите к себе, закройтесь и не открывайте никому, кроме меня, Салли или мистера Расти.

– Айвен, объясните, что происходит, – набравшись смелости, потребовал Дуглас, берясь за пуговицу его френча. – Нам угрожает опасность? Меня снова начнут шантажировать?

– Надеюсь, что нет, – помолчав, качнул головой парень. – Просто мы, наконец, сумели выяснить, почему на этой базе все идет не так, как должно идти.

– И что же произошло?

– Чиновники правительства решили схитрить. Воспользовавшись тем, что корпорация обычно не меняет охрану и обслуживающий персонал, они начали выдавливать нас отсюда, вынуждая оставить базу, при этом получив полную оплату за все, включая жалованье ученых.

– То есть они решили получить и деньги за базу, и все разработки? – уточнил Дуглас. – Это же рейдерский захват!

– Можно и так сказать, – грустно усмехнулся Айвен.

– Что вы собираетесь делать?

– К сожалению, нас слишком мало. Но теперь, когда мистер Расти вернулся, думаю, все уладится.

– С ним прилетел еще один человек, – помолчав, сказал Дуглас.

– И что? – поторопил его парень.

– Я видел, как он не раздумывая пристрелил двоих, когда они попытались оспорить приказ Расти.

– Серьезный мужик, – одобрительно кивнул Айвен.

– И, похоже, очень. Расти, регулярно советуется с ним.

– Расти?! – не поверил Айвен.

– Я и сам удивился, – развел Дуглас руками.

– Где они сейчас?

– Как я понял, отправились на доклад к шефу.

– Отлично. Значит, перемен ждать не долго, – хищно усмехнулся Айвен. – Все, мне надо бежать. Закройтесь у себя и ждите нашего вызова.

– Айвен, я хочу попросить у вас оружие, – решившись, выпалил Дуглас.

– Вы умеете им пользоваться? – насторожился парень.

– Немного. Больше по виртуальным обучающим программам. Так что по глупости не застрелюсь. Поймите, я устал бояться.

– Я боюсь не того, что вы застрелитесь, а того, что у вас элементарно не хватит решимости выстрелить в нужный момент.

– После пребывания на этой базе хватит, – сжав кулаки, отрезал профессор.

– Хорошо. Держите, – подумав, кивнул парень, протягивая ему на ладони игольник. – Заряжен иглами с летальным ядом. Хватит разводить церемонии. Пора показать, кто здесь хозяин.

– Вот тут я с вами полностью согласен, – обрадованно кивнул профессор, с удовольствием взвешивая на руке оружие.

Только теперь он по-настоящему понял, что действительно устал вздрагивать от каждого шороха и всматриваться в каждую тень за каждым углом. Сунув игольник за пояс, профессор прикрыл его полой лабораторного халата и, достав из кармана ключ-карту, решительно направился к своей двери.

Оказавшись в самом закрытом отсеке базы, Миша с интересом огляделся, попутно отмечая все, что только мог заметить в плане, касавшемся личной безопасности своего нового нанимателя. Охраняли его действительно крепко. Здесь нашлось всё. От банальных камер слежения с автономным источником питания и бронированным корпусом до автоматических лучеметов с кривоугольным способом ведения огня. Для этого на углах трех поворотов подряд были закреплены металлические зеркала. Луч, отразившийся от такого зеркала, перенаправлялся за поворот, и у атакующих тут же возникали серьезные проблемы со здоровьем.

Центр управления всем этим хозяйством находился здесь же, в соседних с апартаментами помещениях. А судя по массивным тумбам огромного письменного стола, вся система управления была продублирована на прямое управление самим шефом. Умное решение, подумал Миша, попутно рассматривая роскошную, но не бросающуюся в глаза обстановку. Особо он отметил самый настоящий камин, выложенный из крупных валунов.

Для системы жизнеобеспечения базы такая нагрузка могла в любой момент оказаться фатальной, но, присмотревшись, бывший сержант понял, что к дымоходу камина подведен свой отвод. Это давало понять, что система регенерации воздуха здесь тоже автономная. Похоже, новый хозяин планировал провести в отрыве от цивилизации много времени, раз решил вложить огромные деньги в реконструкцию базы и устройство такой роскоши.

– Похоже, вы удивлены, – послышался тихий голос, и Миша, быстро развернувшись, сделал шаг в сторону, уходя с линии возможной атаки.

– Не ожидал увидеть на космической базе такую роскошь, – ответил он.

При этом Миша очень внимательно рассматривал человека, задавшего вопрос.

– Вы правы, такая система стоит очень дорого и требует специального обслуживания, но это то не многое, что доставляет мне истинное удовольствие, – ответил сидевший в инвалидном кресле мужчина.

– Понимаю, – осторожно кивнул Михаил. – Живое пламя имеет магнетическое свойство. На него не устаешь смотреть.

– Именно, – улыбнулся инвалид. – Я рад, что у нас нашлась точка соприкосновения. А что нравится вам?

– У меня много увлечений, – пожал плечами бывший сержант.

– Я не спрашивал вас об увлечениях, – укоризненно покачал головой мужчина.

– Мне нравится читать старинные книги. Настоящие. Бумажные, – помолчав, ответил Миша.

– Вы чего-то недоговариваете, – неожиданно насторожился инвалид. – А я не люблю недосказанности.

– Я не хотел говорить о вещах… – Миша запнулся, пытаясь правильно подобрать слова, но инвалид продолжил сам:

– …которые мне недоступны. Не хотите меня обидеть напоминанием о моем уродстве?

– Можно сказать и так, – после секундного колебания кивнул Миша.

– Не беспокойтесь, – улыбнулся мужчина. – Об этом мне не дает забыть сама болезнь. Так что можете говорить смело. Больше того, я очень ценю прямоту и откровенность, даже если они указывают на мою собственную глупость или некомпетентность в каком-то вопросе. Но, прежде чем вы ответите на предыдущий вопрос, я хотел бы узнать: ваша попытка умолчать – это нежелание обидеть или попытка показать себя с лучшей стороны?

– Я такой, какой есть, – помолчав, пожал плечами Миша, которого удивлял этот разговор. – Думаю, для работы вам нужен профессионал, а не очередной лизоблюд. А профессионалы далеко не всегда обладают приятным характером. Я не хотел напоминать вам о болезни. Мой опыт подсказывает, что люди с такими ограничениями не очень хорошо относятся к подобным темам для разговоров.