"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 82

— Мерзавец, — с притворным добродушием вздохнул Ретвин, — просто ответь на мои вопросы, а потом судья вынесет тебе приговор, и ты пойдешь по этапу прямиком в южные каменоломни. И все будут довольны. Хорошо? — и он издевательски усмехнулся мне в лицо.

— У меня есть информация о готовящемся покушении на баронессу фан Стоуб, — я не терял надежды решить все проблемы, не прибегая ни к магии, ни к насилию, ни к прочим противозаконным безобразиям. Я же, по сути своей, человек смирный и терпеливый. Только вот, страх, как не люблю, когда мне препятствуют в достижении моих целей. Тогда я мигом теряю терпение и начинаю буянить.

— Ты будешь отвечать на мои вопросы, или тебя выпороть предварительно? — сорвался на крик почтенный следователь. Да, нервишки-то, ни к чёрту. Изношенные нервишки-то.

— Ретвин, — вдруг прошелестело из-за стола, — запроси секретаря господина Ланцо. Это действительно может быть важным. Ты же знаешь, что с нашей баронессой…

— Да знаю я всё, — зло перебил его толстяк, — но этот мерзавец, — он ткнул в меня пальцем-сосиской, — просто хочет потянуть время, я уверен. Но дело то всё равно для него каменоломней закончится.

— Ну, если он напрасно потратит наше время, и время господина Ланцо, — бесстрастно прокомментировал слова следователя писарь, — то организуем ему дополнительную порку. Так сказать, — он вдруг хихикнул, — для вящего вразумления. Но есть вероятность, что ему действительно есть что сказать. И если мы ему в этом воспрепятствуем, то, может так статься, что окажемся крайними. А господин Ланцо за баронессу любого порвёт. Так что, лучше не рисковать, коллега.

— Та да, — согласился с его доводами Ретвин, — от нас он всё равно никуда не денется. Тогда решим так, Патгер. Я сейчас прогуляюсь до приёмной, и договорюсь с секретарём о том, что бы начальник принял этого засранца.

— Хорошо, — отозвался писарь, — тогда пусть тут сидит, пока за ним не придут.

— Ну, пошёл я, — пропыхтел следователь и выкатился за дверь, — стражники за ним спустятся.

В ожидании приглашения пред начальственные очи я опять слегка задремал.

В себя я пришёл от того, что меня грубо трясут за лечо. Это стражник, пришедший за мной, приводил меня в чувство. Я открыл глаза.

— Следуй за мной, — буркнул мрачный конвоир, и мы покинули тесную комнатушку. В коридоре за мной пристроился ещё один стражник. Наверное, что бы я по пути невзначай не отстал. Преодолев лабиринт коридоров, лесенок и переходов, мы, наконец, оказались перед высокой резной дверью. Мой провожатый повернул вычурную бронзовую ручку и впихнул меня в приёмную.

— Ждите, — миловидная секретарша прошлась по мне пристальным взглядом своих, подведённых тушью, выразительных серых глаз, и, едва заметно улыбнувшись, указала мне на один из стульев, стоявших рядом, — садитесь пока.

В углу, около входа сидел ещё один стражник и сверлил меня подозрительным взглядом. Я спокойно посмотрел в его глаза, и всем своим видом постарался внушить ему, что я смирный, и вообще, белый и пушистый. Взгляд стражника не смягчился ни на йоту. Экий он недоверчивый и подозрительный, однако.

— Это ведь про вас следователь Ретвин докладывал? — похоже, я возбудил какой-то интерес у девушки. Значит надо развивать успех, хе-хе. Хорошо относящиеся ко мне сотрудники аппарата стражи мне очень даже могут пригодиться. Жизнь, она такая, затейливая.

— Ретвин? — я посмотрел в серые глаза, заинтересованно изучавшие меня, и легко улыбнулся, — да, наверное он обо мне и говорил, — и тут же резко сменил тему, — а вас, кстати, как зовут?

— Хильда, — с готовностью ответила она, и щёчки её мило зарумянились, а к вам как обращаться? — поинтересовалась красавица.

— Алейс, — представился я, и прикипел взглядом к её соблазнительной груди, плотно обтянутой тканью платья. Надо сказать, что грудь у неё, по сравнению с её прекрасными глазами, ничуть в привлекательности не проигрывала. Они, скорее, гармонично дополняли друг друга и вместе представляли зрелище, от которого было весьма непросто оторваться.

Щеки Хильды горели. Очень похоже, что моё пристальное визуальное исследование достоинств её фигуры она воспринимала, почти, как тактильное. Да, застоялась девонька в окружении возрастных мужиков, обременённых службой, растолстевшими, сварливыми жёнами и многочисленными детьми, а потому к ней повышенного интереса не проявляющих.

Я уже обдумывал галантную фразу, с помощью которой намеревался закрепить успех в деле завоевания симпатий прекрасной Хильды, но тут мелодично звякнул серебряный колокольчик. Девушка, поднимаясь из-за стола, ещё раз с загадочной улыбкой посмотрела мне в глаза и, призывно покачивая бёдрами, пошла к двери кабинета начальника. Я проводил её взглядом, оценив общие пропорции её фигуры, длину ног и подтянутые ягодицы. Она действительно была красива. Ей, конечно, не хватало нежного магнетизма Ануэн и ауры лёгкой блудливости, как у Зайки, но она была по своему очень хороша.

Вот она вышла от начальника, и кивнула мне:

— Проходите, мастер Ланцо ждёт вас.

Кабинет был большим. Свет Зонне щедро струился сквозь стёкла больших окон. Вдоль дальней стены кабинета, как лев в клетке, нервно расхаживал мастер Ланцо. Услышав, что я вошел в кабинет, он быстро обернулся и пристально осмотрел меня с головы до ног. На лице его отразилось глубокое недоумение и он спросил:

— Так это про тебя говорил Ретвин?

Я решил зайти с козырей, а потому, вместо того, что бы что-то отвечать, просто деактивировал амулет, генерировавший личину. Брови начальника стражи плавно ползли вверх.

— Эйнион? — скептически спросил он.

— Да, — ответил я, — может быть вам и трудно в это поверить, но я и есть Эйнион.

— Поверить в это действительно трудно, — задумчиво проговорил он, — и сейчас я склонен, скорее, считать, что ты — просто ловкий самозванец, использующий личину.

— Вы почти правы, — слабо улыбнулся я, — я действительно использовал личину, для того, чтобы не быть узнанным раньше времени.

— Ну, откуда я могу знать, не используешь ли ты личину и сейчас? — он вопросительно посмотрел на меня.

— Узнать, Эйнион я или нет, достаточно просто, ведь так? — я, в свою очередь, адресовал ему вопросительный взгляд.

— Это как же? — он наверняка понимал, о чём я говорю, но почему-то ждал, что я сам предложу проверку родовым артефактом.

— Достаточно воспользоваться нашим родовым артефактом, и он совершенно безошибочно укажет, принадлежу ли я вообще к роду Киу, и если да, то к какой ветви рода я принадлежу. Основной или побочной, — и я опять вопросительно посмотрел на мастера Ланцо, который, явно, серьёзно задумался и ушёл в себя. Он застыл, не мигая глядя мимо меня.

Прошло около минуты, и, когда взгляд его ожил он сказал:

— Хорошо, но тогда тебе придётся подождать меня здесь, пока я сам схожу за ним.

— Я готов ждать, тем более, что я вас ни капельки не обманул. Маме действительно угрожает смертельная опасность. Я знаю, кто эту опасность на неё навлёк, и как её от этой угрозы избавить. И я вас прошу, — я посмотрел на него максимально серьёзно, и даже немного нахмурился, — никому, даже маме, не говорите о том, что я вернулся. Это важно.

Мастер Ланцо как-то странно на меня посмотрел, и вышел из кабинета. Почти сразу в дверях появилась ладная фигурка его секретаря. Я еле успел снова активировать личину. Очень не хотелось, чтобы начала распространяться информация о возвращении наследника. Это могло преждевременно насторожить оппонентов. В руках у девушки был поднос, на котором стояла бутылка вина, два бокала и ваза с фруктами.

— Ага, — подумал я, — ожидание обещает быть весьма приятным. Вино, лёгкий флирт с красивой девушкой, это далеко не худший вариант… — и улыбнулся своим мыслям.

Полчаса пролетели незаметно. Мы флиртовали от души. Хильда оказалась весьма активной дамой, и, если бы я был уверен, что у меня есть часа полтора-два, то, может быть, я, пожалуй, смог бы склонить её, гммм, к гораздо более близкому знакомству, скажем так. Многочисленные невербальные сигналы, которые подавало её тело, ясно говорили о том, что она совсем не против, а вовсе даже и очень за. Хотя, с другой стороны, заниматься любовью в чужом кабинете, это мелкое хулиганство. А раскладывать секретаршу на письменном столе её начальника, это, вообще, согласитесь, верх цинизма.