Кольцо времени - Тараканов Борис - Страница 21

Юра молчал. Рассказанное Тамарой добавило новой пищи для размышлений.

— Вовку жалко... — тихо сказала Тамара после затянувшейся паузы.

— Не то слово, — грустно отозвался Юра.

— Представь, у него семь лет назад мать погибла. Совершенно по-глупому. Стас рассказывал... А теперь вот еще и с отцом непонятно что.

Юра замедлил шаг.

— Я не знал про мать...

— Пьяный водитель на грузовике сбил. Прямо на переходе на Минском шоссе. Они к друзьям на дачу приехали. Вовкина мама пошла вперед, а Виктор замешкался — увидел, что у Вовки развязался шнурок на ботинке. Ну и... — Тамара вздохнула. — Вовке тогда только пять исполнилось. Он потом целый год всех спрашивал: «А когда мама придет?».

— Может, отец еще отыщется? — спросил Юра. А про себя подумал: «Вот так иногда какой-то шнурок может спасти человеческую жизнь».

Тамара грустно усмехнулась.

— Надежда, конечно, умирает последней... Но, знаешь, я совершенно не понимаю и не признаю такого легкомыслия — рисковать своей жизнью и судьбой своего ребенка ради какого-то полунаучного интереса...

Юра не нашел, что ответить.

Тамара остановилась под фонарем напротив подъезда девятиэтажного кирпичного дома.

— Спасибо, что проводил, — она протянула руку.

— Пожалуйста, — ответил Юра. — Мы можем когда-нибудь увидеться?

— Конечно, — ответила Тамара. — Стас поехал за какими-то бумагами. Завтра обещал все рассказать.

— Нет, я имел в виду сходить куда-нибудь. Вдвоем.

Тамара улыбнулась недоступной улыбкой.

— Об этом пока говорить рано. Но все может быть.

От этих слов Юре стало очень нехорошо. Он почувствовал себя собачонкой, стоящей на задних лапках и выпрашивающей кусочек сахара.

— До свидания, — сказал Юра.

— До свидания, — ответила Тамара.

Подъездная дверь хлопнула, и Юра побрел домой. Он долго шел пешком. За этот день столько всего произошло. Много и разного. И все это нужно было обдумать.

Юра закрыл дверь в квартиру, придерживая «собачку» замка, чтобы тот не щелкнул. Он снял ботинки и на цыпочках прошел на кухню. В холодильнике оказалась сковорода с жареной картошкой и двумя котлетами. Юра положил одну из них на кусок черного хлеба и включил электрический чайник. Только он откусил от холодной котлеты, как раздался телефонный звонок. Юра метнулся телефонному аппарату, пытаясь успеть снять трубку раньше, чем тот разбудит маму.

— Алло?

— Юра? — почему-то шепотом сказал Стас. — Через полчаса я жду тебя у метро «Новогиреево». Нужна твоя помощь, только будь осторожен. Слышишь? Будь осторожен!

Положив трубку, Юра на несколько секунд задумался, что имел в виду Стас, говоря об осторожности, и почему он говорил шепотом. Затем посмотрел на часы. Половина первого. Дожевывая котлету, Юра надел только что снятые ботинки.

В назначенный час Юра подъехал к станции метро. Кроме двух поздних пассажиров на остановке автобуса и только что отошедшего троллейбуса, на улице никого и ничего не было. Юра шел к вестибюлю станции метро, косясь то влево, то вправо. Ничего подозрительного он не замечал. Вдруг неизвестно откуда за спиной Юры вырос Стас и положил ему на плечо руку. Юра вздрогнул и резко обернулся.

— Привет, — сказал Стас все так же, полушепотом, как и по телефону.

— Привет. Что случилось?

— У меня есть кое-что, что поможет нам в поисках «Летучего Итальянца».

— Манускрипт?

— Нет, это не манускрипт. Но там есть кое-какие сведения. Они нам могут помочь. Домой сегодня не ходи. Бумаги, по возможности, не читай. Не суетись! Успеешь еще прочесть. Не обижайся, — добавил Стас, чувствуя, как в Юре закипает обида. — Я боюсь, ты увлечешься и не заметишь ИХ. Они где-то рядом. Они теперь всегда рядом.

— Кто они? — Юра посмотрел Стасу в глаза.

— Кто они... Они! — вспылил Стас. — «Меченных» не видел, но кто-то рядом есть. Тебе лучше уходить. Встретимся в одиннадцать в Кунцево, в пятиэтажках. Заберешь Тамару — она знает, где это. И, Юра... будь осторожен.

— Хорошо.

— По этой улице выйдешь к железке. Доедешь до Курского вокзала. Последняя электричка, — он посмотрел на часы, — через семь минут, так что поторопись.

— Договорились.

Юра убежал. Стас пошел по улице в обратную сторону. Он шел быстро, почти не оборачиваясь. Свернув переулок, он заметил в другом его конце темный силуэт. Стас отпрянул и двинулся было обратно, но следом за ним шел другой силуэт. Стас побежал дальше по улице и вбежал в подъезд углового дома. Это был проходной подъезд, Стас его давно приметил. В соседнем квартале жил Роман. Стас проскочил через подъезд и вышел с тыльной стороны дома, проскользнул под окнами, пригибаясь за кустарником. В доме Романа Стас вошел в крайний подъезд, взбежал на последний этаж и по металлической лестнице, с лязгом отодвинув тяжелый люк, поднялся на крышу. Осторожно пройдя по листам грохочущей кровли, он спустился в подъезде с другой стороны дома. На звонок в дверь Роман вышел в трусах в синий и зеленый цветочек.

С Тамарой Юра условился встретиться возле метро «Кунцевская». Все было в этой женщине удивительно. И на встречу она не опоздала. Приветливо улыбнувшись, Тамара поздоровалась и повела Юру к дому, где их должен был ждать Стас с Романом.

В пустом пятиэтажном доме, из тех, что именуют в народе «хрущобами», не было ни одной входной двери. Даже решетки с нижних окон на лестничных клетках (в этих домах они были и у пола и под потолком) кому-то понадобились. Оконные проемы в доме наполовину зияли пустотой, а там, где еще оставались рамы, почти все стекла были расколоты. Битая кафельная плитка и обрывки обоев валялись под ногами. Обычный строительный мусор. Дома были давно расселены и предназначались под снос. Живущие поблизости граждане не могли дать добру пропасть даром. Старые входные и балконные двери, оконные рамы, паркет — все шло в дело. Их снимали, развозили по дачам, гаражам и балконам.

Квартира номер десять находилась в углу дома. В ней не было половины окон, но чудом сохранилась железная дверь. Покореженная, но все еще способная выполнить свое предназначение. Археологи частенько собирались в этой квартире и обсуждали достижения в поисках. Именно здесь Стас и должен был ждать Тамару, Юру и Романа.

Тамара постучала в дверь условным стуком. Два коротких и два длинных. Дверь открылась. На пороге стоял Роман.

— Привет честной компании, — сказал Роман.

— Привет, — ответила Тамара и сдержанно улыбнулась.

Юра знал, что у Романа с Тамарой «нечто вроде романа», но все равно видеть это было не очень просто.

— Проходите, — сказал Роман и пошел в большую комнату.

Комнат всего было две. Маленькая находилась в конце короткого коридора, большая — налево от маленькой. Стас сидел на табурете возле окна. Роман вошел в комнату и сделал два шага в сторону, пропуская товарищей. Юра шел первым, следом за ним Тамара. Картонную папку, которую ночью передал ему Стас, Юра нес в руках, сцепив их перед собой. Глаза Стаса были не такими, как раньше. Тамара остановилась возле двери.

— Бумаги у тебя? — спросил Роман.

— Да, — ответил Юра и развернулся.

— Ну, покажи, что там Стас нашел, — сказал Роман и протянул руку.

Юра почувствовал неладное. Он повернулся к Стасу, еще раз посмотрел на его странные глаза.

— Зачем? — спросил Юра.

— Как это зачем? — удивленно усмехнулся Роман. — Хочу посмотреть.

— Да ну? — Юра поднял брови домиком.

Роман неожиданно схватил Тамару за руку и дернул ее на себя. Тамара вскрикнула. Роман завернул ей руку за спину и приставил к горлу стилет. Точно под подбородком.

— Бумаги! — прорычал он.

Стилет надколол нежную женскую кожу. По шее вниз устремилась тонкая струйка алой крови.

— Отдай их, — сказал Стас.

Юра обернулся и то ли в нерешительности, то ли вопрошая, посмотрел на Стаса.

— Отдай, — смиренно повторил Стас и кивнул головой, прикрыв глаза.

Интересно, подумал Юра, как это выглядит со стороны? Отдавать папку, от которой, возможно, зависит судьба мира. Он смотрел в испуганные глаза Тамары.