Мораль ментального мага (СИ) - Кузнецова Дарья Андреевна - Страница 38

— Перепугались вчера, надо думать? — понимающе хмыкнул мужчина. — Этот может впечатлить с непривычки.

— Погодите. Это что, та самая особа? — нахмурился незнакомец. Голос у него оказался очень неподходящим к такой внешности — приятным, глубоким.

— Которая? — не понял целитель.

— Которая довела моего сына до срыва, — едва не выплюнул он.

— Я не… — начала Исса ошарашенно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Не смей больше к нему приближаться! — резко велел мужчина, шагнув ближе. Не отступила змея в первый момент от растерянности, а потом уже проснулось упрямство, и она прямо встретила тяжёлый взгляд незнакомца. — Знаю я таких. Лишь бы хвостом повертеть. Лицо кукольное и мозги тоже. О последствиях думать? Зачем! Можно же прийти, извиниться, похлопать глазами — и всё простят! Посмеешь — я до императора дойду, и ноги твоей в этом университете не будет!

— А вы уверены, что господин Книжник — вообще ваш сын? — не сдержалась Исса. — Воспитывал его явно кто-то другой, он на незнакомых людей с обвинениями не бросается не разобравшись.

— Ты…

— Так, ну хватит, — оборвал перепалку целитель, крепко сжал локоть мужчины. — Ступайте, госпожа студентка. Всё, что хотели, вы узнали, а посещения в любом случае запрещены.

— Хорошего вечера, господин целитель, — проигнорировала скандалиста змея. На всякий случай, чтобы не провоцировать себя на новый виток ссоры.

— Ты чего? — Ло без труда заметила взвинченное состояние подруги, выскочившей из лазарета. — Послали, будем штурмовать?

— А? Нет, — глубоко вздохнув, Исса встряхнулась. — Целитель сказал, поправляется. Просто я с отцом Цитрина познакомилась, и мне теперь интересно, где он вообще такой вырос, — мрачно проговорила она, подхватила русалку под локоть и сама потянула прочь от лазарета. — Нет, я всё понимаю, он за сына переживает, но бросаться вот так на людей и сразу императором грозить… Какая гадость!

— Надо же, какой полезный у менталиста отец, — вдруг захихикала Ло.

— Чем? — возмутилась Исса.

— Ты наконец взбодрилась! Сидела, сопли на кулак наматывала. Ой, что он скажет, ой, что они подумают! — тонким кривляющимся голоском передразнила русалка. — А теперь вот узнаю наше Солнышко! Ну что, ты согласна на аферу?

— Пусть сначала Цитрин выпишется, я расскажу про наши подозрения, — не повелась она. — А там видно будет. Ты куда сейчас?

— Да пока не думала. А что, есть идея? — улыбнулась русалка.

— Я думала в библиотеке посидеть…

— Тебе заняться больше нечем в начале семестра? — изумилась Ло.

Правда, получив подробные объяснения, смягчилась и даже вызвалась помочь, логично предположив, что отдельной литературы на нужную тему может и не быть, поэтому придётся шерстить всё от магии до медицины. Отказываться от помощи Исса не стала.

Змея собиралась узнать больше про ментальные срывы. В ознакомительном курсе до этой темы ещё не дошли, если она вообще планировалась, а разобраться хотелось.

Маги других направлений порой теряли контроль над стихией, и принцип, наверное, был похожий: сила бесконтрольно выплёскивается вовне, а дальше спасайся кто может. Но если кто-то или что-то рядом способно эту силу сдержать, поглотить или безопасно развеять, для мага это закончится только потерей сил, а для окружающих — лёгким испугом.

Встречалась и другая похожая травма, с выгоранием энергетической структуры и надрывом её, но любой организм умеет защищаться, и «изнутри» устроить её себе — это надо здорово постараться. Естественный выброс к такому не приводил. Обычно она возникала из-за внешнего воздействия, изредка — при очень жёстком перерасходе энергии, например, когда человек брался за что-то слишком сложное и безжалостное вроде большого и неправильно составленного ритуала без предохраняющих контуров.

Всё это рассказывали ещё в школе, а в университете закрепляли на курсе первой помощи — во всяком случае, у боевых магов. Про менталистов ни там ни там не говорили ни слова.

Ло оказалась права, а вопрос — весьма сложным. Тоненькое пособие по менталистике для студентов других специальностей не помогло, несколько ненамного более объёмных учебников для ментальных магов — тоже. Большой справочник по энергетическим травмам также не касался проблем менталистов. В литературе по психиатрии, куда сунулись от безысходности, вопрос затронули настолько вскользь, что лучше бы вообще не упоминали.

Девушки в итоге просидели пару часов, дольше выбирая книги по каталогам и гоняя библиотекаря, чем читая, а потом русалка решительно потребовала перерыва, ужина и оставить в покое местного работника, который уже посматривал на девушек с гастрономическим интересом. Не успел тот облегчённо перевести дух, как последовало новое предложение: вернуться завтра с новыми идеями.

Помимо идей, на следующий день Исса прихватила с собой и соседок, которые вызвались поучаствовать, потому что любопытно и как не помочь.

Айнур и Велица близко с Ло не общались, но общий язык находили легко и относились друг к другу неплохо, так что «сводный межрасовый отряд», как их компанию весело окрестила русалка, за дело взялся дружно и с огоньком. Главное было шептаться потише и не хихикать, чтобы не выгнали из читального зала.

Исса оценила точность и меткость вчерашнего наблюдения подруги: её действительно отпустило. Да что там говорить, если она наконец нормально выспалась! А утром даже смогла сообразить, в чём причина такой резкой перемены: появилась определённость. Да, с Цитрином пока неясно, но зато нашлась чёткая «боевая задача», которая не заставляла мучиться моральным выбором.

Есть совершенно определённый мерзавец, который сделал подлость — и ей, и особенно Цитрину. Гадость не того масштаба, чтобы за неё мог покарать закон, но всё равно опасную и злую. Вычислить негодяя и наказать самостоятельно — лучшее решение, и никто не помешает девушкам воплотить его в жизнь.

Вчетвером по разным источникам удалось наскрести весьма связную концепцию.

Ментальный срыв у магов соответствующего направления плохо освещался в отдельных сборниках потому, что лежал ровно посередине между двумя областями целительства. Основная информация попалась Велице в монографии, которая так и называлась «Сочетанные травмы магического генезиса», а там уже и другие источники подтянулись из списка литературы.

Срыв всегда имел психическую природу. Спусковым крючком и причиной служили слишком сильные негативные эмоции, чаще всего страх. Обычного человека в такой ситуации накрывала паника или истерика, а у ментальных магов срывало самоконтроль, что влекло всплеск энергии сродни обычному стихийному.

Именно в этой психической природе и связи её с даром крылась опасность для менталиста. Девушки нашли кучу характеристик и деталей механизма возникновения и развития травмы, но целителей среди них не было, и разобраться в специфических терминах не удалось, они общее-то представление составляли всей командой.

Испугалась Исса за Цитрина совсем не на ровном месте, потому что возможные последствия травмы были очень мрачными. Тут и нарушение энергетических каналов, и нарушение психики, и даже органическое поражение вплоть до инсульта. Не исключено, что своим своевременным вмешательством Топаз Бант спас не только психику инспектора, но ещё и жизнь менталиста вместе с его здоровьем.

— А я всегда говорила, — вставила Ло, — что своевременный удар по голове отлично вправляет на место мозги!

Спорить с ней после такого наглядного примера, конечно, не стали.

Согласно найденным источникам даже после благополучно миновавшего кризиса, не имевшего необратимых последствий, ментальному магу светила долгая реабилитация и восстановление — от десятка дней до нескольких месяцев. Этот вопрос тоже подробно освещался, но малопонятно и опять в сложных терминах. Для себя девушки определили, что мага ждут проблемы с использованием дара и эмоциями, а уж гиперэмоциональность или наоборот — как повезёт.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— А всё-таки интересно, на что именно он так бурно отреагировал? — задумчиво проговорила Велица, когда все вчетвером устроились на военный совет в их комнате общежития.