Мораль ментального мага (СИ) - Кузнецова Дарья Андреевна - Страница 19

— Ябедничать?! — возмутилась Веля. — Да это же преступление! Как можно это игнорировать?

— Ну это ты так думаешь, — возразила кентаврида. — А некоторые покупатели могут и тёмную устроить, если узнают, кто поставщиков сдал. Я кое-кого из парней знаю, кто грозился убить стукача.

— Придурки, — проворчала Велица. — Но я всё равно не понимаю, зачем на преступление идти. Ради чего?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Незачем, если родители помогают, — заметила Нефрит Птица, единственная в их блоке драконица. — А если хочется денег, да побольше, да побыстрее, — и не в такое влезают. У меня с одной родственницей похожая история была.

— Это какая такая? — заинтересовались все.

— Похожая, — усмехнулась драконица. — У неё отец очень суровый, считал, девушке незачем в университет идти, настаивал на замужестве, а она хотела алхимией заниматься. Ну и сбежала, и поступила, и даже неплохо отучилась первый семестр.

— А потом? — жадно подбодрила Чичек.

— А потом надоело, — сообщила Птица. — Отец хоть и суровый, но денег на её капризы не жалел. Ну она и соскучилась по красивой жизни, экономить не хотела, нашла способ. Скандал разразился ужасный! На все острова. Отец-то у неё приближённый императора, не просто так. Не помню, какую он тогда должность занимал, но солидную, это сейчас от дел отошёл.

— И чем всё кончилось?

— Отчислением и замужеством с тем, на кого указал отец, — пожала она плечами. — Хорошо ещё, никто не умер, её быстро вычислили, а то бы так просто не отделалась даже с отцовским влиянием.

— Как-то это грустно, — заметила Айнур и даже поёжилась. — Что так сразу замуж? Да ещё по указке…

— Я подробностей не знаю, — развела руками Нефрит. — Но выглядит она сейчас счастливой и довольной жизнью. При дворе блистает, муж с неё пылинки сдувает. Исса! Слушай, а ты же к менталисту ходишь на факультатив, спроси у него!

— О чём? — растерялась змея.

— Чем история кончилась. Они же в одно время учились, и вроде как именно Цитрин тогда всю эту компанию сдал. Я с её семьёй плохо знакома, хоть и один клан, но отец вспомнил менталиста, когда я про него рассказала, и ту историю. Может, кстати, сейчас тоже без него не обошлось!

— Да уж проще куратора спросить, наш Топаз в то же время учился, — отмахнулась змея. Разговаривать с Книжником не хотелось, тем более о личном.

— Понимаю, ваш рыжий хорош! — мечтательно прищурилась Нефрит.

— А мне Цитрин больше понравился, он такой милашка, — заметила ещё одна из девушек.

На этом разговор съехал с вопросов текущих на вечные: мужчин. Сравнили и преподавателей, и старшекурсников, и даже кого-то из младших помянули. Заболтались обо всём этом за полночь, успели два раза выпить чаю, но зато спать разошлись в куда лучшем настроении, чем были перед посиделками.

Куратор отловил Иссу после завтрака сам, не пришлось разыскивать. Расспросил о новостях, всё ли в порядке, рассказал о восстановлении Коскуна, который уже близился к выписке и должен был вернуться на этой неделе, посетовал, что Исса отказалась от участия в стихийной практике: всё прошло отлично.

— Если бы я участвовала, всё прошло бы куда менее отлично, — возразила она. — Пришлось бы спасать меня от холода. — Преподаватель только рассмеялся, а Исса посчитала это хорошим моментом, чтобы задать интересующий вопрос. — Скажите, Топаз, а что это за история с наркотиками? Всё серьёзно? А то слухи такие ходят!

— Да какие наркотики, кого ты слушаешь! Пара балбесов из алхимиков решила подзаработать, — вздохнул он. — Истурум, который среднее зелье памяти. На нём чуть ли не каждый год кто-то попадается, давно бы уже разрешили легально, а не устраивали эти скандалы.

— Но истурум ядовитый с кучей побочек, — возразила девушка. — Да и привыкание вызывает...

— Даже витамины с кучей побочек и ядовитые в большом количестве, — отмахнулся дракон. — Тут как всегда: в капле лекарство, в ложке — яд. Если бы оно не было запрещённым, гораздо реже случались бы передозировки и прочие нарушения.

Исса не стала спорить — всё же ни целителем, ни алхимиком она не была, зато задала самый интересный вопрос:

— А правда, что их Цитрин Книжник опять разоблачил?

— А что, он уже похвастался? — Топаза как-то странно перекосило на этих словах.

— Да просто слухи ходят, что он уже кого-то вычислял во время учёбы.

— Вычислил, ага, — скривился он. — Девчонке отомстил.

— За что? — опешила Исса.

— За отказ, за что ещё… Тьфу. Отстань, рыжая, что ты меня на сплетни провоцируешь? И без него хватает желающих заложить ближнего своего, тут другие отличились.

Сдаваться так просто змея не собиралась, но задать следующий вопрос не успела: окликнул лёгкий на помине менталист.

— Исса, доброе утро, — подошёл он. С коллегой они обменялись скупыми кивками, и Топаз немедленно удрал, оставив змею без ответов. — Вы не пришли вчера на факультатив, что-то случилось?

— Я неважно себя чувствовала, — неловко проговорила она. Почти правду, а что имелось в виду не физическое состояние — так это уже детали.

— В следующий раз предупредите, пожалуйста, чтобы я не ждал. — Смотрел он не тем жутким, пробирающим взглядом, от которого хотелось спрятаться, просто — холодно и внимательно, как будто точно знал, что она врёт, и не одобрял. С него бы сталось, несмотря на блокирующий артефакт, который — Исса обратила внимание — находился на своём месте.

Или змея всё это придумала и ей безо всяких взглядов стало стыдно за собственный поступок?

— Простите. Я совсем не подумала, что одна на этом факультативе, — искренне повинилась она, чувствуя, как горят щёки, и от этого ощущая себя ещё более глупо. Краснела Исса нечасто, но зато — в худших рыжих традициях, так ярко, что не захочешь — заметишь. — Это больше не повторится.

— Верю, — улыбнулся мужчина, явно оценивший искреннее раскаяние. — Хорошего дня.

Пожелание неожиданно сбылось. Занятия прошли спокойно и увлекательно, время промчалось быстро, а вечер Исса, к взаимному удовольствию, провела вдвоём с Яманом, соседи которого где-то задержались. Среди прочего он в подробностях и в лицах рассказал о минувшей практике. Выходило весьма забавно, но девушка ни на секунду не пожалела о том, что не пошла с ними, даже несмотря на сложности с Цитрином. Выставка и тот вечер стоили не одного десятка пропущенных выездов, тем более зимних.

Шанс разминуться с неприятностями тоже был, но Исса задержалась у дверей блока, до которых её проводил Яман. Прощание затянулось.

— Эй, влюблённые! — окликнул незнакомый голос, и пришлось прерываться. — А вы не из восемнадцать — сорок один?

— Тебе-то чего? — недружелюбно обернулся Яман, не спеша выпускать девушку из объятий.

— У меня работа, — жизнерадостно откликнулся вихрастый высокий и нескладный парень в потёртых штанах и рубашке навыпуск из грубой ткани — так и не поймёшь, то ли спецодежда, то ли какое-то очередное модное молодёжное течение. В руках он держал небольшую, но увесистую корзинку, обёрнутую пергаментной бумагой, из которой торчала только высокая гнутая ручка с печально поникшим рыжим бантом. — Посылка вот. Исса ас-Брусла в этой комнате проживает?

— Проживает, это я. — Змея с тревожным предчувствием выскользнула из объятий парня.

— Чудненько! — Обрадованный курьер сунул подарок Яману. — Подержи. Доставка лично в руки — это отлично. Вот сюда слепок ауры, пожалуйста!

Он выудил из тряпичной сумки, висевшей через плечо и сливавшейся с рубашкой, артефактный планшет, к которому Исса приложила руку.

— А от кого это? — поинтересовался Яман.

— Понятия не имею, если внутри нет карточки — не скажу. А её наверняка нет! — с прежним воодушевлением сообщил курьер. — Вот же, стандартная открытка. Обычно такие к анонимным посланиям прилагают, иначе всё внутрь вкладывают. Скажу только, что доставка внутренняя, университетская.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Он выудил и вручил Иссе небольшой кусок картона — открытку с цветами и типографской надписью «На здоровье!».

— Обычно в лазарет такие шлют.