Соленый ветер. Штурман дальнего плавания. Под парусами через океаны - Лухманов Дмитрий Афанасьевич - Страница 21

Сопротивляться пирату было бесцельно, и капитан Соулей, посоветовавшись со своими помощниками и пассажирами, приказал спустить флаг в знак сдачи и, обстенив грот-марсель, лег в дрейф.

Громким, не допускающим возражений голосом Бенито приказал в рупор капитану барка немедленно явиться к нему с судовыми документами.

Однако какой-то храбрый пассажир предложил предварительно поехать к пирату в качестве парламентера и договориться об условиях сдачи.

Ему дали четверку, и он с белой салфеткой, поднятой на носу шлюпки вместо парламентерского флага, отправился на несколько ушедшую вперед бригантину. Через четверть часа парламентер и гребцы, избитые, окровавленные, в изорванном в клочки платье, вернулись на судно, и пассажир передал капитану Соулею следующие слова пиратского атамана:

— Скажи своему капитану, что Бенито де Сото будет иметь дело только лично с ним и, если он немедленно не приедет на бригантину, де Сото сдунет его хромоногий барк и его самого с лица океана, как пушинку со шляпы.

Делать было нечего, и капитан Соулей поехал на бригантину, взяв себе вместо конвоя вдобавок к четырем гребцам второго помощника и трех вооруженных инвалидов.

Бенито де Сото стоял в картинной позе у грот-мачты с тяжелым тесаком в правой руке. Он сделал капитану указательным пальцем левой руки знак приблизиться, когда несчастный капитан беззащитного коммерческого судна подошел к нему, взмахнул тесаком и со словами: «Так поступает Бенито де Сото с теми, кто не исполняет его приказаний!» — рассек ему голову пополам до самого подбородка.

Соулей без звука упал к его ногам.

В ту же минуту Брабазон — старший помощник Сото — расправился таким же тесаком с помощником Соулея, а матросы буквально растерзали трех инвалидов и четырех гребцов с барка.

Всю эту картину ясно видели с «Утренней звезды». Крик ужаса донесся оттуда. Женщины бились в истерике на палубе. Бенито де Сото велел зарядить пушку картечью и стал наводить ее на палубу барка. Экипаж и пассажиры бросились врассыпную, спеша укрыться в каютах и унося на руках женщин. Картечь засвистела на палубе барка, и несколько человек легло на месте.

Пираты бросились к баркасу, спустили его на воду и отправились на барк. Как дикие звери, почуявшие запах и вкус крови, набросились они на команду и пассажиров «Утренней звезды».

Несколько человек из экипажа барка были мгновенно зарезаны. Больной лейтенант Джибсон был затоптан ногами. После этого майор Лобик и его инвалиды были раздеты донага и загнаны в трюм, женщины заперты в матросском кубрике. Начался грабеж.

Навигационные инструменты, судовые запасы, провизия, одежда и ценные вещи экипажа и пассажиров, несколько тюков индийского шелка и дорогих шалей, семь ящичков с драгоценными камнями, содержимое судовой кассы — все это было погружено на баркас и перевезено в несколько приемов на бригантину. Во время грабежа Сото оставался на своем посту у грот-мачты бригантины и отдавал приказания.

Когда трюм был перерыт и из него извлечено все наиболее ценное, люк закрыли и крышки забили большими гвоздями.

Майор Лобик с инвалидами и несколькими уцелевшими матросами были заживо погребены в трюме. Из всего экипажа «Утренней звезды» на свободе оставался только старший буфетчик: ему приказали приготовить угощение.

Пираты перепились так, что забыли приказ Сото — уезжая, не оставлять на судне ни одной живой души, — да им было уже и лень этим заниматься.

После попойки они заколотили двери, изрубили топорами весь стоячий такелаж, подпилили мачты, кое-как просверлили несколько дыр в корпусе ниже ватерлинии и вернулись на свою бригантину.

Бенито, не видя больше никого на палубе «Утренней звезды» и не слыша ни одного звука с медленно тонущего барка, решил, что его кровавое приказание исполнено. С помощью нескольких кое-как державшихся на ногах людей он наполнил фор-марсель, снялся с дрейфа и двинулся на юго-восток искать новых жертв.

Когда заколоченные в трюме барка, как в мышеловке, люди, не слыша голосов пиратов, догадались, что они оставили судно, а по журчанию вливавшейся сквозь просверленные дыры в судно воды поняли, что им угрожает, они разыскали в трюме несколько чурбанов и стали бить ими снизу в крышки люка. После часа напряженной работы им удалось выбить одну крышку и выбраться на палубу.

Солнце уже садилось. Черной бригантины нигде не было видно.

Целую ночь случайно спасшиеся люди приводили в чувство и успокаивали женщин. Часть уцелевших мужчин занялась заделкой просверленных в корпусе дыр вытесанными из обломков рангоута пробками и откачкой воды из трюма.

Самым скверным в их положении было теперь то, что пираты не оставили на судне ни крошки провизии и выпустили всю пресную воду из бочек.

Но судьба все же благоприятствовала им. На рассвете их заметил один из хорошо вооруженных кораблей Ост-Индской компании и взял на буксир.

Приход «Утренней звезды» в Лондон и рассказы спасшихся вызвали бурю негодования. На поиски Бенито де Сото были посланы два военных брига.

Пират успел за это время напасть еще на один корабль Ост-Индской компании, но неожиданно налетевший во время его сближения жестокий шквал с дождем, перешедший в шторм и разведший крупное волнение, помешал ему сцепиться на абордаж, и корабль ушел от пирата.

Имея повреждения в рангоуте и нуждаясь в сбыте награбленного добра, заполнившего весь трюм бригантины, Бенито решил идти на север, в малоизвестный испанский порт Корунья, где никто не знал его в лицо и не видал его бригантины. Кроме того, он рассчитывал, что любовь к взяткам испанских чиновников и его щедрость помогут ему обделать в Корунье какие угодно дела.

Идя вдоль берегов Испании, приблизительно на широте Виго, он сошелся с испанским каботажным бригом. Ограбив его и утопив по своему обычаю вместе со всем экипажем, он оставил в живых лишь одного уроженца Коруньи и взял его на свою бригантину в качестве лоцмана, так как сам никогда не был там и не знал входа в гавань. Подойдя к самому входу с пленным испанцем на руле, Сото спросил его:

— Это и есть вход?

— Да, теперь уже совсем прямо, вон и суда в порту виднеются.

— Ладно, парень, спасибо, я вижу, ты хорошо знаешь свое дело, я очень обязан тебе за услугу. — И тут же, выхватив из-за пояса пистолет, Сото застрелил несчастного лоцмана. Труп его был немедленно выброшен за борт.

В Корунье все вышло как по писаному. «Мрачная шутка» была зарегистрирована под чужим именем, по бумагам одного из утопленных Бенито судов; добыча выгодно распродана, не возбуждая ничьих подозрений; рангоут, такелаж и паруса приведены в порядок; корпус перекрашен в белую краску, а на корме золотыми буквами написано новое название; судовые запасы, провизия и пресная вода пополнены, и в таком виде пиратская бригантина снялась в Кадис.

Пройдя мыс Сан-Висенте и следуя вплотную вдоль юго-западного берега Испании, который де Сото знал как свои пять пальцев, он неожиданно попал в жестокий шторм от зюйд-веста, начавший прижимать судно к берегу. Была темная ночь. Желая отойти от берега, Сото дал поворот, но маневр не удался, и «Мрачную шутку» выкинуло на прибрежную песчаную отмель.

Однако всем удалось благополучно спастись на шлюпках.

Бенито де Сото был мало удручен гибелью своего корабля, который был уже порядочно стар, рассчитывая заказать в Кадисе новый.

Пираты решили идти в Кадис пешком, зарегистрироваться там как потерпевшие кораблекрушение под чужими именами, а брошенное судно продать за что придется на слом.

Однако портовые власти Кадиса были не так просты и более бдительны, чем власти Коруньи. Им сразу показалось, что явившиеся к ним люди не те, за кого они себя выдают. Шесть человек из команды Сото были задержаны для выяснения личности, остальные и сам Сото успели удрать.

Сото бежал в Гибралтар, но там, несмотря на то что он изменил свою наружность и был одет, как лондонский денди, в великолепную модную тогда белую шляпу, шелковые чулки, белые лосины до колен и синий фрак, он был узнан на улице одним из спасшихся инвалидов с «Утренней звезды» и арестован. При обыске в номере гостиницы, в которой он остановился, у него были найдены золотые часы с монограммой и другие вещи, принадлежавшие капитану Соулею, а под подушкой — дневник убитого капитана, который Сото читал для развлечения по ночам. Эти вещи решили судьбу пирата. Губернатор Гибралтара судил его военным судом и приговорил к смертной казни. Гибралтарские власти препроводили Сото в Кадис для совместной казни с пойманными там остальными членами его шайки.