Синергия (СИ) - Куликов Даниил - Страница 15

— Ты упустил кое-что из вида — да, ты чувствуешь нити, которыми я пытался атаковать тебя, но даже у такой чувствительности есть предел — всё это время я атаковал тебя нитями различной толщины и различного количества. Настолько тонкую нить ты не способен почувствовать. Это конец — шах, и мат, господин проректор — разряд!

Тонкий едва видимый разряд синергии побежал по нити и вошёл в руку проректора. Рука того чуть дёрнулась.

— Ты думаешь, что сможешь победить меня таким жалким разрядом и одной нитью?

— Нет. Не одной.

Вслед за первой нитью, прямо по ней скользнула вторая, за ней третья, подключаясь к кисти проректора, за ней ещё одна и ещё одна — весь поток нитей пришёл в движение. Проректор попытался уйти гладом, но это было бесполезно — нити невозможно было оторвать, а новые тянулись прямо по старым.

— Ах ты, сукин сын! — проректор взмахнул собственным мечом ударяя по собственной руке.

Бам! — меч со звоном отскочил от ментального доспеха.

Ментальный доспех, который защищал проректора от случайных игл, и других атак теперь просто не давал ему отрубить себе руку.

— Ааааа! — Проректор деактивировал ментальный доспех, и взмахнул ещё раз, отсекая себе кисть вместе с прицепившимися к ней нитями.

Его лицо дёрнулось от боли, а вместе с тем пропала и концентрация — он не мог поддерживать её с такой раной. Фантазм прекратил своё действие, и я сразу ощутил, как снова начал двигаться быстрее, а затем исчез и Катарсис проректора — огромный металлический каркас, который до этого висел в воздухе снова пришёл в движение и полетел в проректора, который оказался прямо под ним.

— Чёрт, — выругался проректор, зажимая обрубок, и применил глайд уходя с траектории падения.

Иглы, до этого висевшие в воздухе тоже пришли в движение и рванули с прежней скоростью и уже были рядом с ним, как раз, когда он вышел из глайда.

Тык! Тык! Тык! — очередь из игл вошла ему прямо в плечо и область ключицы — теперь, когда он был без ментального доспеха иглы легко входили в его тело.

Проректор снова применил глайд, но игл кругом было слишком много — несколько он отбил мечом, ещё часть вошли в бедро и область рёбер.

БАХ! — упала рядом здоровенная металлоконструкция, поднимая тонны пыли. Удар по полу был такой силы, что проректор не устоял на ногах и отлетел на несколько метров.

Проректор поднялся, выглядел он страшно — одной руки не хватало, кровь залила всю одежду, из тела торчали толстые металлические иглы, но его взгляд стал бешенным. Лицо превратилось в безумный оскал. Он выглядел, как лев с разорванной модой, в шрамах, с тяжёлой раной, но всё ещё такой же опасный, и смертоносный.

— Я недооценил тебя, — прорычал он. — Не стоило играть с тобой!

Он взмахнул мечом пытаясь применить какую-то форму Катарсиса, но ничего не произошло.

— Вот теперь, точно — шах, и мат — иглы были смазаны специальным ядом, который блокирует синергию. Теперь ты беспомощен — так же, как простой человек. За мою мать — Катарсис, первая форма!

Толстый скрученный жгут рванул к проректору и ударил точно в грудь. Удар был такой силы, что его оторвало от пола, и отправило в полёт.

Тело проректора впечаталось в стену с такой силой, что треснула штукатурка, и во все стороны зазмеились трещины, уходя глубоко в кирпичную стену. Тут же тело сползло по стене и рухнула на пол замерев без движения.

Мёртв? Ни один человек не выдержал бы такого. Я медленно двинулся к Нилу Конари — нужно удостовериться в его смерти, и добить, если он ещё жив.

— Бу! — поднял голову проректор, когда я был уже рядом, и поднялся на ноги.

Меч свистнул рядом с моим лицом. Я почувствовал, как прочный, ментальный доспех затрещал, а затем прогнулся и лопнул, как яичная скорлупа!

Острый меч скользнул по лицу, разрезая кожу на лбу. Сразу резануло болью, и потекла кровь.

— Это только начало, Ян — я разделаю тебя медленно.

— Как?

— Ты забыл, что я отрубил себе руку. Даже если в моём организме было полно твоего яда, то он быстро вытек вместе с кровью. Уже в полёте я успел частично восстановить ментальный доспех и поэтому пережил этот удар в стену. А сейчас осталось только остановить кровь, и добить тебя.

Он снова посмотрел на меня — это был взгляд матёрого и очень опасного хищника.

БАМ! — дверь с хлопком открылась и внутрь влетели Йон и Андрей Никанорович.

Оба не прятали своей синергии. Давление в воздухе стало настолько сильным, что захотелось мигом упасть на колени.

— А мы вовремя.

— Ян, это ты его так отделал?

Я сделал глайд, назад уходя подальше от проректора.

— Долго вы. Если бы мне не повезло, то он бы разделал меня на филе.

— Извини, он знал куда тебя вести — стены спорт зала экранированы и мы просто не чувствовали тех бешенных выплесков синергии, которые тут происходили. Данные, которые ты дал про меч, тебя спасли — мы достали информацию по всем известным мечам в стране, и нам повезло — меч Нила подошёл под описание.

— Хо-хо-хо, — Андрей Никанорович медленно двинулся вперёд, чуть дирижируя тростью. — Кто бы мог подумать, что Нил Конари, проректор Вознесенки — участник Генезиса. И кто бы мог подумать, что его так отделает простой ученик. Пора тебе ответить за то, что ты убил мою сестру.

— Это ещё не конец, — прорычал проректор. — Вы умрёте здесь, все трое.

Я не видел, что он сделал, но сначала стены содрогнулись, а затем начали рушиться.

Я очнулся в палате. Я жив? Судя по свету за окном, был полдень.

— Вы проснулись? — вошёл в помещение врач. — Как быстро — я думал, вы будете без сознания несколько дней.

— Сколько я уже здесь?

— Ровно сутки. У вас было несколько переломов, глубоких порезов, несколько колотых ран и очень серьёзные ушибы — если бы Андрей Никанорович не выдернул вас из-под рушащегося, здания вы были бы мертвы.

Сутки⁈ Неплохо он так меня отделал. Надо будет сказать спасибо моим спасителям — без них я был бы мёртв — или Конари бы меня зарезал, или падающими обломками раздавило бы как букашку. Человек-молния спас меня. Точнее человек-звук. Его нужно поблагодарить отдельно.

— Чудо, что вы так быстро пришли в себя.

— Сам удивляюсь.

Наверное, всё это благодаря мечу — я почти победил проректора.

— Отдыхайте, к вам уже несколько раз порывались прийти друзья, но я их не пустил.

— Ян, привет! — в мою палату ввалилась толпа народа — Слава и Дима, а вместе с ними девочки, и даже Лиза, которая несколько смущалась нашей слишком юной компании тоже пришла.

— Ты жив?

— Как ты себя чувствуешь?

— Ты можешь ходить?

— Ян, знаешь, что мы принесли? Твою приставку! Давай опробуем!

Как оказалось уже начались финальные бои соревнований один на один, и я пропустил всё самое интересное, включая бои парней и девчонок, с гостями из — за границы. Но моё участие ещё было впереди. Оставалось только выздороветь.

Отдельно мне пришло письмо от отца, который говорил, что благодаря шпиону напал на след Генезиса и расправился с несколькими из них, но немного недооценил их силы, поэтому сейчас не может двигаться.

Я нахмурился — только бы он выжил. В этом мире это один из немногих людей, который искренне обо мне заботился.

Так же, в письме отец писал, что ко мне может прийти делегация из Нихона, и говорил, что я могу принять их предложение, или наоборот отказаться — ничего страшного не будет, а этим ребятам можно доверять.