Чары любви - Уэйд Пегги - Страница 30

– Может быть, внутри все совсем по-другому, – предположила Фиби, стараясь не выдать своего разочарования.

– Будем надеяться, что крыша не протекает. – Держа Элизабет на руках, Уинстон остановился рядом со Стивеном.

– Пошли, – скомандовала Ди, – иначе мы все промокнем насквозь. Лучше войти и самим узнать, что там внутри.

– Ради Бога, отпусти меня, – взмолилась Элизабет. – У меня, болит живот, а не ноги.

Стивен взял Фиби под руку, и они направились вверх но ступеням вслед за Уинстоном и Элизабет, как голубки, на ходу обмениваясь легкими поцелуями.

На массивных двустворчатых дверях были прибиты заплаты из досок, а у бронзовой горгульи, служившей дверным молотком, не хватало правого крыла. Стивен постучал и, не получив ответа, повернул ручку и шагнул через порог.

У Фиби засосало под ложечкой, а ноги налились свинцом – вид, открывшийся внутри, был нисколько не лучше, чем снаружи. Голые стены были испещрены трещинами, как рука старика жилами, на деревянном полу лежал вытертый ковер, а у лесенки с шаткими перилами, ведущей на второй этаж, не хватало четверти ступенек. Дому требовались крупный ремонт, новое освещение, новая обстановка и все прочее, а на это нужны деньги, которых у Фиби как раз и не было.

В мгновение ока задача найти подходящего мужа, желающего получить ее приданое, из трудной превратилась в неразрешимую, если, конечно, ей не удастся убедить Стивена жениться на ней.

– Вы, по-моему, говорили, что сообщили о своем визите? – Стивен провел пальцем по пыльной поверхности маленького столика в прихожей.

– Да, – с дрожью в голосе ответила Фиби. – Я написала, как только получила письмо от своего поверенного, и указала примерную дату приезда.

– Вероятно, они не получили послания, – вставила Элизабет. – Ох, дорогая, кажется, мне опять становится плохо. – Она прижала руку ко рту.

– Попробую найти жене ночной горшок и уложить ее в кровать, – бросил на ходу Уинстон, устремившись к лестнице.

– Ну нет, пока я здесь, я не допущу, чтобы все шло вверх ногами. – Поставив свою сумку, Ди сняла с плеч мокрую накидку и бросила ее на подлокотник деревянного кресла, которое чуть не опрокинулось из-за отсутствия одной ножки. – Я найду кухню, приготовлю всем нам чай и постараюсь раздобыть что-нибудь для желудка этой бедной девочке. А вы, мистер герцог, – повернулась она к Стивену, – ничего не выдумывайте, я буду поблизости. – Продолжая еще что-то бубнить себе под нос, она направилась в конец длинного темного коридора.

Фиби видела, каким мрачным взглядом Стивен провожал Ди, пока та не скрылась из виду, но не собиралась обращать внимание, на его обидчивость и извиняться, за бестактное поведение своей служанки – ей и без этого хватало забот.

– Я ничего не понимаю. – Фиби справилась с желанием спрятать лицо в ладонях и освободила голову от мокрого капюшона. Она знала, что слезами делу не поможешь. – Как это могло случиться? Кто допустил, чтобы такое произошло?

– Эту загадку мы скоро разгадаем. – Стивен, подойдя к Фиби, коснулся ее локона у щеки. – Сейчас лучше подумать кое о чем другом. Вы совсем промокли, опять промокли. – Он пальцем приподнял ей подбородок. – Всю прошлую ночь, стараясь заснуть, я никак не мог забыть, что нас разделяет только стена. – Очевидно, он не оставил надежду уломать Фиби, и от предвкушения возможности осуществить свои планы в его темных глазах вспыхнули золотые искорки.

Фиби ничего не хотелось так сильно, как броситься ему в объятия и принять его утешения и все остальное, что он предлагал, но, прежде чем искушение взяло верх над разумом, она заставила себя отойти от Стивена.

– Нам лучше было бы найти место поприличнее, чем этот продуваемый насквозь вестибюль. – Фиби дрожащей рукой повесила накидку на единственный сохранившийся колышек дубовой вешалки. – Кроме того, Ди все время будет проверять, что мы делаем.

– Рискнем уйти подальше? Тогда Ди ни за что не найдет нас. – Он приподнял брови. – Знаете, это вполне осуществимо.

– Ничего подобного, Нэнни Ди очень сообразительна.

– Поверьте, дорогая, я не хочу недооценивать вашу компаньонку; нет сомнения, она с полной ответственностью относится к своим обязанностям сопровождающей. – Он говорил со все возрастающей горячностью, наморщив лоб. – Но она не уважает ни мой титул, ни мои привилегии, а я, должен вам заметить, к такому не привык. Зачем нужен титул герцога, если к нему относятся без должного почтения? На протяжении двух дней она лишь изредка произносила «ваша милость», а в остальное время только и делала, что пронизывала меня взглядом, словно читала все мои мысли. Вчера вечером, когда я собрался идти спать, она пробурчала мне вслед что-то несуразное, и я подумал, что могу утром недосчитаться пальца на ноге или какого-нибудь более существенного органа.

– Это чушь. Ди всегда ворчит.

– Вам легко говорить. Вас она любит.

– Вы стараетесь отвлечь меня. – Фиби наконец рассмеялась, заметив блеск его глаз и сообразив, что хитрец поддразнивает ее.

Стивен, не скрывая больше усмешки под напускной строгостью, подошел к перилам и, с подозрением осмотрев их, положил на столбик свою сырую одежду.

– У вас в глазах такое затравленное выражение, меня это очень расстраивает. Я обещаю, Фиби, что раскопаю все до дна.

– Спасибо вам. Знаете, на самом-то деле вы нравитесь Ди.

– Избави Боже, чтобы я когда-нибудь стал ее врагом. Пойдемте. – Взяв Фиби за руку и поглаживая ее ладонь большим пальцем, он повел ее в том же направлении, где скрылась Ди.

Миновав арочный проем, они вошли в комнату с пыльным столом красного дерева таких размеров, что за ним одновременно могло усесться человек тридцать. Однако около него стояло всего четыре стула. Обследовав еще три комнаты, в которых почти полностью отсутствовала мебель, они нашли ту, где все же можно было расположиться, – библиотеку. Все ее убранство состояло из трех стульев, кресла, игорного стола, полок с книгами да еще маленького бюро в углу. Большую часть стены напротив двери занимал камин с мраморной облицовкой, и через несколько минут в нем уже потрескивал огонь, в комнате горели два светильника, и Фиби со Стивеном потягивали напиток, который оказался неплохим бренди. Пока Стивен возился с камином, Фиби просматривала валявшиеся на бюро бумаги, но в них не было и намека на причины такого плачевного состояния поместья.

– Вы хотели бы, чтобы ваш муж был любителем литературы? – поинтересовался Стивен, стряхнув с колен пыль и полистав оставленную на полу книгу.

– Да, мне было бы приятно, если бы он любил читать, – не задумываясь, ответила Фиби. Она все больше привыкала к игре в вопросы и ответы, предложенной Стивеном, и сама извлекала из нее полезные сведения об этом человеке.

– Хм, большинство мужчин предпочитают недалеких, необразованных женщин, жен, у которых единственная цель жизни – доставить мужу удовольствие, но только, Фиби, не чтением, вышиванием или ведением домашнего хозяйства. Хотите знать о некоторых способах сделать мужчине приятное, которые ему особенно нравятся? – нарочито медленно, понизив голос до нежного, дурманящего шепота, спросил Стивен.

– Мне кажется, сейчас это совсем неподходящая тема. – Фиби была уверена, что он специально недоговаривает, стараясь заманить ее, суля то, чего она еще не изведала.

– Но женщина, такая, как вы, зная, чего ждет от нее муж, могла бы извлечь из этого выгоду для себя. – Знакомый с горячностью Фиби не понаслышке, Стивен надеялся, что ей не чуждо и любопытство. Необходимо было дать ей понять, что в отношениях мужчин и женщин чаще всего отсутствует тот вспыхнувший между ним и ею огонь, который они еще не до конца познали. Ее мозг должен был узнать то, что уже было известно ее телу, – она хотела его. Это чувствовалось по ее реакции каждый раз, когда он обнимал ее, по тому, как темнели ее зеленые глаза при прикосновении его напряженного тела, когда она прижималась к нему, чтобы вобрать в себя его жар. Будь он проклят, если поделится этим с другим мужчиной! Став на колени у камина, Стивен продолжал листать книгу. – Основываясь на каком-то дурацком мнении, что настоящей леди недоступна страсть, некоторые мужчины предпочитают поскорее покончить с супружескими обязанностями лишь для того, чтобы в темноте чуть ли не полностью одетыми зачать наследника, а для удовлетворения других своих потребностей заводят любовниц. – Для большей выразительности следующих слов Стивен сделал паузу. – Но есть и такие, которые убеждены, что наслаждение это – неотъемлемая часть занятий любовью, без разницы, с женой или с любовницей.