Некромант на страже человечества. Том 1 (СИ) - "N& - Страница 33

Боль.

И страх.

Вот что принес нам бродяга-ветер, заставив сердца сжаться в ощущении надвигающейся катастрофы, а ноги нестись вперед, не разбирая пути.

В Дальний Крутолуг пришла беда.

Мы поняли это, стоило лишь, пробившись сквозь кусты орешника, выскочить на открытую местность. Город наводнили чужаки, и прибыли они отнюдь не с очередным караваном. Более того — преобладали среди них столь нелюбимые здесь нелюди!

Бурлящим селевым потоком захватчики растеклись по улицам, сея хаос и разрушения. Они жестко вламывались в дома, за волосы выволакивали наружу женщин и детей, а за малейшее неповиновение хватались за оружие.

Текла кровь. Трупы лежали на земле безжизненными куклами. Кое-где занимались пожары, бросая в небо клубы жирного черного дыма. Крутолуг, получив удар, скорчился от боли, вот только воспрять ему было не суждено. И он медленно угасал, агонизируя в страшных муках предсмертных конвульсий.

— Мы должны им помочь! — в сердцах воскликнул Леуштилат, сжав кулаки. — Быстрей, Леон!

— Стой! — я попытался схватить друга, но тот уже рванул вперед. Туда, куда его звало благородное сердце. Вокруг же вился рой искр Межмировой Энергии.

Я хотел уже было броситься следом, но тут в голове огненным вихрем пронеслись мысли: Мама! Папа!

Семья!

Лишь мгновение меня терзали муки выбора, после чего я, мысленно попросив у Леуша прощения, побежал совсем в другом направлении. К особняку.

Несмотря на расстояние и затянувшие небо черные тучи, я отчетливо видел усадьбу. Она не выглядела потревоженной. Но обманываться не стоило. Раз уж нелюди нашли способ проникнуть под Купол, то простым грабежом они не удовлетворятся. Да и барон за стенами отсиживать не станет. Не такой он человек.

Черт побери! И почему именно сегодня меня отправили на другой конец города?

Выжимая все возможное из своих ног, я несся по улицам обреченного Крутолуга, стараясь не акцентировать внимание на происходящем. Но некоторые сцены все равно отпечатались в моем сознании, словно бумажные фотографии из далекого прошлого. И как бы мне не хотелось всего этого не видеть, вот только бежать, спрятав лицо в ладонях, я при всем желании не мог.

Прямо на моих глазах громадный орк вырвал из рук Милы младенца и с размаху швырнул того в угол дома, превратив ребенка в кровавое пятно на стене. От увиденного Мила резко побледнела, схватилась за сердце и осела на землю, открыв рот в немом крике.

Вера в окровавленном сарафане беспомощно рыдала над телом мертвого мужа. Тот пытался защитить ее от молота коренастого дварфа, но бородач с легкостью проломил ему голову и, бросив короткий взгляд на непредставлявшую угрозу женщину, двинулся к следующему дому.

Высокий мужчина — человек или клиот, я не разобрал — сражался с Точем, позади которого испуганно жалась стайка малышей. Точ неплохо управлялся, орудуя кочергой и топором, но на выручку захватчику пришел еще один ублюдок, и вместе они одолели храброго воина. За моей спиной раздавались лишь испуганные детские крики, резанувшие по ушам визгом ржавой пилы. О том, что с ними происходило, я думать не хотел.

Дальний Крутолуг не имел ни единого шанса на выживание. Редкие очаги сопротивления возникали лишь там, где жили солдаты или находились стражники, пришедшие в город в свободное от службы время. Но к таким местам стекались сразу несколько нападающих, и защитников брали числом. Дольше всех продержался боец, достигший ступени Освоения. Он даже сумел прикончить парочку нелюдей, но и его одолели, набросив со спины сеть для ловли рыбы. Его истерзанное тело выкинули посреди улицы, словно труп бешеной шавки.

Я бежал, стараясь не обращать внимание на протянутые ко мне руки раненных и умирающих. Мужчины, женщины, старики, дети… Окровавленные и переломанные, лишившиеся конечностей и потерявшие твердость рассудка — они взывали ко мне с именем Сатвелеона на устах, и пусть мое сердце обливалось кровью, но я ничем не мог им помочь. Посреди воцарившегося в нашем маленьком мирке хаоса я думал лишь о том, как поскорее добраться до своей семьи.

И как не попасться в корявые лапы нелюдей.

Ни раз и не два они замечали меня и пытались схватить, но я быстро менял траекторию, и мерзкие уроды направлялись к другой жертве. Коих хватало с избытком. А одинокий, взмыленный, щуплый ребенок так или иначе никуда не денется — думали они. И были правы.

До особняка я добежал за рекордное время. Как будто даже воздух расступался предо мной, не смея задерживать. Но мне все равно показалось, что добирался я целую вечность. В боку кололо, сердце трепетало раненной птахой, рот превратился в пустыню, а перед глазами плавали разноцветные круги. Однако, идиотом я все-таки не был, и мне хватило ума не соваться к главному входу.

Ведь там во всю кипело сражение.

Ворота закрыть или не успели, или их уже выбили, и теперь они стояли распахнутыми и покрытыми потеками свежей крови вперемешку с сажей. Бой шел с переменным успехом. Бойцы рубились, стоя на трупах врагов и павших товарищей, свистели стрелы, время от времени сверкали особые умения, примененные с использованием Межмировой Энергии. Но эту силу использовали обе стороны.

Оборону осложнял тот факт, что усадьба отнюдь не являлась замком. Даже в энном приближении. Вместо бойниц — широкие окна, через которые запросто мог проникнуть кто угодно, взамен рва — огороды и клумбы, а с покрытой черепицей крыши проще свалиться самому, чем сбросить на агрессоров хотя бы кусок голубиного помета. Не говоря уже о чем-то более серьезном.

Но, тем не менее, барон оу Трей Капауло держался. Он лично руководил защитой, время от времени самостоятельно вступая в схватку. Александэл поминутно принимал доклады от подбегавших к нему мальчишек, отдавал приказы, следил за ротацией подчиненных и покрытым кровью мечом отбивал направленные на него стрелы.

Еще один мечник сражался в первых рядах. Причем не обычный солдат, поднявший с трупа товарища это простое с виду оружие, а истинный Мечник — человек, одаренный редким и могущественным умением. К тому же уже шагнувший за ступень Освоившего, идущий по пути воина, и начавший напрямую усиливать свое тело с помощью поглощенной Межмировой Энергии.

Максимилиан.

Как бы я нему не относился, но баронский сынок не убежал и не спрятался, а храбро бился бок о бок с другими учениками Сэра Чагаша. Которого я, кстати, нигде не видел. Ну да и черт бы с ним! Совсем не его угрюмая рожа занимала сейчас мой находившийся в смятении разум.

Семья!

Лезть через выбитые окна было лишь ненамного безумнее, чем через главный проход, но, к счастью, благодаря дружбе с Леуштилатом, мне этого и не требовалось. Нигдейка. Не думал, что когда-нибудь буду благословлять эту систему пыльных переходов, где даже мыши селиться стеснялись. Жаль только, что мы с Леушем так и не удосужились починить провалы в некоторых местах, а потому я всерьез рисковал переломать ноги, так и не добравшись до выделенных нашей семье комнат.

И тем не менее, я торопился, как мог.

Пробираясь через лаз, я неоднократно слышал раздававшиеся с другой стороны стены крики. И каждый раз замирал, боясь узнать в преисполненном боли голосе маму, папу, Энн или Фила. Пока везло. Но этот факт отнюдь не улучшал моего настроения. Ведь в любую секунду все могло измениться.

Нужный мне выход наружу — ближайший к нашей части особняка — оказался заблокирован. Сквозь крохотную щелку я разглядел обломок копья, торчавший как-раз из запорного механизма. Угораздило же кого-то угодить точно куда не надо! Но уже в следующую секунду эта мысль со свистом вылетела из моей головы, ведь я услышал шум сражения, доносившийся как раз со стороны наших комнат.

Предприняв последнюю попытку выйти в ближайшей точке, я раздраженно ударил по стене изнутри, чем вызвал лишь взрыв вездесущей пыли, и стал пробираться к следующей лазейке. Она находилось не слишком далеко, но с каждым шагом, удалявшим меня от семьи, я чувствовал, как сквозь пальцы утекают драгоценные секунды. И если именно их не хватит, чтобы прийти родным на помощь, то…