Подменная невеста клана Волковых (СИ) - Мерзлякова Галина - Страница 52

— Как ты и предполагала, у неё действительно были тёрки с Инной Доброшевской, они роль на кастинге не поделили. Марина Галич — подающая надежды актриса, в портфолио и сериалы, и крупный метр. Недоброжелатели поговаривали, что свою роль она получила из-за матери, та тоже известная актриса.

— Илона Галич, — встраиваем разговор Сашка. — У неё же фильмография длиннее, чем императорские регалии.

— Она самая, — подтвердила Яна. — Исключительно для справки, с шоу-бизнесом работать —это влезть в тот ещё гадюшник. Короче, данные разнятся: с одной стороны роли по протекции матери, с другой — настоящий талант, который рождается раз в тысячелетие. Я скептически посмотрела на Яну, в талант, рождённый раз в тысячелетие, верилось слабо. Подруга только развела руками и продолжила:

— Ты уже, наверное, в курсе, но способ убийства — это падение с крыши. Причём люди, близкие к Марине, абсолютно уверены, что это она сама и ей в не помогли. У Галич была диагностирована тяжёлая депрессия, которая и могла подтолкнуть к столь радикальному шагу.

— То есть роль получила Доброшевская? — уточнила Алиса. — Инна про это ничего не рассказывала.

— А вот здесь гораздо интересней, — улыбнулась Яна. — Роль получила совершенно посторонняя девушка, спонсор, которой внёс значительный вклад в бюджет будущего фильма. Ну, до этого Доброшевская и Галич едва не подрались на этих самых пробах. Основная версия, как я уже говорила, не поделили роль. Версия, которая гораздо интереснее: не поделили девушки Войцеха Доброшевского, отца Инны, который, по слухам, является и отцом Галич, причём отдавая последней явное предпочтение, ибо трепетно любит Илону Галич, с которой у него был роман. Правда, романов у него было много, он на съемках каждого нового фильма находит себе очередную музу. Короче, там такие страсти кипят, куда там мексиканским сериалам. Ну, в общем и целом, судя по данным, следственная группа всё-таки склоняется к версии о суициде. К тому же Галич имела, так сказать, «судимость». У неё уже были попытки, тоже как раз после проваленного прослушивания.

— Неудивительно, что Инна в описании своего отца частенько использует термин «гениальный кобель», — хихикнула Алиса. — Вот только из-за отца она бы драться не стала. Да и вообще ее на драку крайне сложно спровоцировать, она же флегматик и спокойная, как удав. Что для ее профессии нехарактерно. Зато когда начинает играть, то словно совсем другой человек. И Галич она хвалила, говорила, что та рождена быть актрисой. Точнее, — моя подопечная замялась, — не то чтобы совсем хвалила.

Мы ненадолго замолчали, погружённые в свои собственные мысли. Мои были весьма прагматичными: о необходимости вовремя обращаться к нужным специалистам, лечить депрессии и бренности нашего мира. Где-то там, на задворках, стараясь особо не выделяться, крутилась мысль о том, что Галич всё-таки в серию не входит, и это, с одной стороны, хорошо, а с другой — мне упорно казалось, что Инна Доброшевская может быть причастна к ещё одному убийству.

— Кстати, — встрепенулась Яна, разгоняя тяжёлое молчание. — В некоторых весьма узких кругах ходят слухи о том, что Беркутовы могут возобновить помолвку с Мышкиными.

— Неожиданно, — покачала я головой. — Но что-то мне подсказывает, Мышкины не согласятся.

— Правильно подсказывает, — согласилась Яна. — Им вообще сейчас выгоднее отказаться. Папа как-то в разговоре упомянул, что если эта помолвка не состоится по инициативе Мышкиных, это добавит им условные плюсики в карму от старых родов. Алиса тоже понимающе покивала головой.

— Ага, вот только самой Маше Беркутов очень нравится, и, возможно, она будет настаивать на помолвке.— напомнила Алиса.

— А мне кажется, не будет, — отмахнулась я. — Мы, конечно, с ней пересекались не очень приятных обстоятельствах. Но мне она показалась девушкой с принципами.

— И правильно показалось, — хмыкнула Яна. — В скромном небольшом тотализаторе почти семьдесят процентов ставят на то, что она откажется от этого предложения. Кстати, не хотите вложиться?

Мы с девочками переглянулись и отрицательно покачали головой. Одно дело поставить на саму себя, другое — на кого-то другого. Мне это казалось немного некорректно.

— А про тотализатор «Беременна ли невеста Волкова»? — заинтересовалась Алиса, которая, как мне известно, тоже ставила на отсутствие предполагаемого наследника или наследницы.

— Пока ещё идёт.— отмахнулась Яна. —Ты же знаешь, обычно беременности появляется на четвертом-пятом месяце. Так что ещё месяца полтора-два мы будем принимать ставки. А уже потом будет либо официальное объявление об интересном положении, либо его не будет, что автоматически приведёт к Мириному выигрышу. Там уже солидные суммы накапали.

Пока мы предавались второму по значимости для женщин занятию — сплетничали, дверь в кафе открылась, и вошла группа девушек. Наверное, это наше везение или невезение, но когда мы столкнулись взглядом с Машей Мышкиной, я поняла: это судьба.

Надо сказать, наша вторая встреча была менее драматичной, чем первая. Их компания прошла мимо нашего столика, кивнув Алисе, и расположилась чуть дальше. И в этот момент у меня в груди что-то зазудело. Я вспомнила наш недавний разговор о “просто спросить” и поняла, что это мой шанс. Единственное, что меня смущало, — наши весьма холодные отношения с этой компанией. Поймав мой взгляд, Алиса вздохнула и заерзала на кресле. Она была единственным человеком, который мог проложить мимо между нами мостик. А когда я поймала настороженный Лирин взгляд, я поняла, что разговор просто необходим. В конце концов, если Волкова нервничает, значит, у неё для этого есть причины. Лиру можно было бы рассмотреть как главного организатора убийств, если бы её интересовал хоть кто-то кроме себя. В конце концов, свою близкую подругу Ару она уже, оказывается, забыла. А может быть, их дружба не была такой уж близкой, и больше связывали клановые интересы.

И кстати, даже в прошлой стычке с Мышкиной Лера вполне могла представить нас друг другу, но почему-то этого не сделала. Возможно, не хотела вмешиваться в скандал, а возможно, за этим скрывалось что-то другое. Но, возможно, я просто себе придумываю.Я подтолкнула Алису в бок, намекая на то, что было бы неплохо вспомнить правила представления одной дамы другой. Мордочка моя подопечной скривилась и мне даже стало её жалко, но дело есть дело.

Когда мы подошли к столику Маши, я обратила внимание на то, что Ирочки среди собравшихся не было. Либо она попала в немилость, либо была занята другими делами. В общем и целом, я знала всех — не лично, конечно же, по досье. И все эти девочки из хороших семей сейчас настороженно смотрели на меня, ожидая очередного витка скандала.

— Маша, — начала Алиса, — позволь мне представить мою подопечную, Миру Александровну Волкову. Мира, моя хорошая подруга Мария Юрьевна Мышкина, а также Алёна Власова, с Лирой ты уже знакома. Это, — указала Алиса на сдержанную брюнетку, — Софья Яшина, и, — еще одна брюнетка также холодно посмотрела на меня, — Инна Доброшевская.

— Мы уже встречались с твоими друзьями, — и, поймав свое отражение в витрине, убедилась, что получилось действительно мило. — Хотя наша встреча прошла не в слишком теплой атмосфере, думаю, это всего лишь недоразумение.

— Недоразумение, — взвилась было Яшина, но ее одернула Маша и так же мило улыбнулась мне в ответ.

— Действительно недоразумение. Не хотите присоединиться к нам за чашкой чая? Ваши спутницы, естественно, тоже приглашены.

— Не откажусь. — В моем голосе и улыбке было столько сладости, что собеседница должна была вот прямо здесь заработать диатез, но нет.

После того как Сашка с Яной тоже перебрались за столик к Маше, мы некоторое время действительно чинно распивали чаи и разговаривали о погоде: «Вы не находите, что последнее время в столице ветрено?» «О да, однако это лучше, чем дождь». «Но прическа все равно портится». «О, как я вас понимаю. А вы смотрели последнее что-то там?» «Разумеется, но вы знаете, этот артист хорош в ролях следователей или врачей с каменным лицом, но вот в роли обольстителя... Ему не хватает харизмы». «Да-да, это отмечали и в журнале «М».