Подменная невеста клана Волковых (СИ) - Мерзлякова Галина - Страница 15

Пустую коробку из-под тараканов в караулку принес один из безопасников. Я наотрез отказалась заходить в комнату до тех пор, пока ее не обработает дезинсектор, а трупы этих тварей не будут утилизированы, желательно в кислоте, в серной. К коробке прикасаться тоже отказалась. При одном взгляде на нее я начинала нестерпимо чесаться, и мне начинало казаться, что по мне кто-то ползает. Чем больше я думала о содержимом, тем сильнее начинала накручивать себя. А в какой-то момент поймала себя на желании пойти в бар и снова напиться. Плохо. Увлечение подобного рода стимуляторами до добра точно не доведёт. Надо будет с психиатром поговорить, может, подскажет что-то, да и деду стоит рассказать. Точнее, не “стоит”, ему придется рассказать. Не заметила, кто подсунул мне чай с ромашкой, но от травянисто-горчащего привкуса неожиданно стало легче, и напряженные нервы потихоньку стали расслабляться. В коробке неожиданно оказалась и поздравительная открытка. Что странно — рукописная. “Барышня Огнева, сердечно поздравляю вас с помолвкой, слишком хорошей для вашего статуса, происхождения и манер.”

— Детский сад, — покачала я головой, и СБ-шники поддержали меня дружным гулом.

Округлый витиеватый почерк с завитушками, откровенно женский и очень красивый. Я так писать не умела, у меня получалось, как у курицы лапой, так что я даже позавидовала отправительнице. Вот уж действительно каллиграфический. Если присмотреться, вроде даже чернилами написано, не удивлюсь, если и ручкой перьевой.

— Может, имитация? — высказал предположение кто-то из ребят, которые вместе со мной рассматривали открытку. — Ну нельзя же быть такой дурой, чтобы своим почерком написать. Уникальный же! Сделать экспертизу при наличии второго образца, сходство легко установить.

— Имелся бы второй образец, — отмели версию.— Или еще один подарочек подождем, с крысами для разнообразия?

— А что в крысах плохого? — не поняла я. — Милые же создания. Умные, как черти. За кусок сыра могут очень много сделать. Я одного старика знала, так он надрессировал парочку приносить ему лаве да рыжье.

— Мира Александровна! — меня дружно осудили за использование жаргона. Неожиданно выскочило, вместе с другими, вроде бы похороненными воспоминаниями. М-да, за речью придется последить.

— Скорее всего, почерк действительно чужой. — предположила я. — К тому же если бы я такой фортель решила выкинуть, то выбрала бы за образец кого-то, у кого зуб на Огневых. Благо, образцов чужих почерков у каждой аристократки с десяток наберется.

— Приглашения, — кивнул Максим Леонидович. — Самые важные виновницы торжества пишут от руки. Вот тебе образец и даже с указанием фамилии, выбирай — не хочу. Вот только к разрыву помолвки это точно не приведет.

— Зато создаст ненужное напряжение с посторонним кланом. Может, на это и расчет?

— Может, — согласились СБ-шники, а потом задали логичный вопрос:

— Приглашения где?

Я недоуменно посмотрела на ребят.

— С образцом сравнить.

— Я на приемы хожу только обязательные, — напомнила я. — Приглашения до меня не доходят. Оседают на этапе Сашки и вежливого отказа. Так что трясите Сашку, а я видео посмотрю.

— Руки прочь от мониторинга, — Фыркнул Максим Леонидович. — Вместе смотреть будем.

А интересненько получается. На видео с камер видно, как курьер в низко надвинутой на глаза красной кепке, сильно склонивший голову, и в красной фирменной куртке, подходит к черному входу. Стучится, а потом прикрывает лицо коробкой и, кажется, только после этого поднимает взгляд на собеседника. И разговаривает с кем-то. Потом передает коробку, но также сильно наклонив голову, позволяет расписаться и уходит очень талантливо, не попадая в кадр лицом. Каюсь, мне показалось, из этого небольшого кадра ничего толком выдрать не получится. Ведь даже лица человека, с которым разговаривал курьер, не было видно. Однако…

— Посылку у курьера Артем Бабушкин забрал, — подал голос один из парней. И на молчаливый вопрос Максима Леонидовича пояснил:—Там руки в кадр попали, А у Бабушкина они очень примечательные: пальцы короткие, с ногтями-лопатками, и с наколками. Бабушкин по молодости лет много чудил, вот и обзавелся перстнями.

Под моим заинтересованным взглядом говорящий фыркнул. — Не те перстни, о которых вы, Мира Александровна, подумали. Чистый он.

Действительно, о чем это я: человека, имевшего ходку в места не столь отдаленные, не то что в главный дом не взяли, его бы и в клане держать не стали. Исключения бывали, но редко и, как правило, очень специфичные. Но в общем и целом приговор императорского суда означал автоматическое исключение из клана. Многие желающие смыть позорное клеймо кровью и получить право на возвращение в клан подают прошения о смене каторги на службу в отряды мертвецов. Двадцать пять лет безупречной службы на передовой с шансами не вернуться, и судимость гасится. Причем срок службы в таких отрядах всегда был один, независимо от преступления, зато так можно сохранить дворянство, места в клане и, что важнее всего для пробужденных, обойтись без блокираторов.

Отвлеклась. Хотя курьер очень старался не попадать в кадр, в какой-то момент он очень неудачно для него самого повернулся, и на куртке можно было разглядеть обрывок названия “...ерская …авка …щества …акова”. Вроде и немного, но уже на первой странице поискового запроса “|курьерская доставка по столице” выскакивало название “Курьерская доставка товарищества Аракова”, где пара румяных краснощеких курьеров позировала в этих самых красных куртках.

— А не слишком ли все просто? — усомнилась я. — Разве не должно быть так: под покровом ночи некто созванивается с исполнителем по одноразовому телефону. Они шепотом обсуждают, что именно и кому надо передать. Ловкий исполнитель приходит в дом, ни разу не попав в камеры, а потом исчезает, растворившись в ночи, выкинув приметную красную куртку, призванную отвлечь внимание, в ближайшую мусорку?

— Мира Александровна, вам бы романы писать, такая фантазия, — похвалил один из ребят. Самый рыжий. — Нет, если бы вам руку отрубленную прислали, голову лошадиную или ухо, то скорее всего, так бы и было. И то не факт. Почти у каждого клана есть своя команда по “грязным делам”. Не стали бы искать никакого исполнителя со стороны. Да и использовать обычного курьера втемную проще. Следов меньше, возни меньше.

— И что, мы ничего не узнаем? — расстроилась я, так как уже составила для отправителя целое меню из доброго десятка сложных блюд с обязательной термической подготовкой, разумеется, собственного приготовления.

— Ну почему? Сходим пообщаемся, думаю, в товариществе в помощи не откажут: если не по доброте душевной, то за мзду малую.— поддержал разговор Максим Леонидович. — Мы, конечно, не на своей территории, но так мы же люди воспитанные, вежливые, нам только поговорить. Всего пару вопросов задать.

Ага, действительно, всего два. Кто передал коробку и как курьер вручил ее слуге в обход протоколов.

— Я с вами! — сразу обозначила свое мнение я.

— А может, дома посидите, — неожиданно тоскливо предложил наш главный. — У вас, Мира Александровна, свадьба на носу. Приготовлений много.

— Ими дед занимается, обе тети и Сашка на подхвате, а я ходячий детектор лжи.

Уговорила. Ну как, уговорила: поставила перед фактом. Пока ехали в контору, я успела полистать отзывы, которые разнились. Одно хвалили курьеров за безусловную готовность доставить чертям угля, другие ругали как раз таки за доставку всякой гадости, которая, однако, никогда не переходила рамки закона. Даже тараканов, которых они мне вручили, назвали бы мелким розыгрышем, пусть не самым удачным.

Контора “Курьерской доставки товарищества Аракова” не произвела на меня особого впечатления. Дом старый, давно не ремонтировался, обои непонятного желтого цвета, местами в потеках, и, как мне показалось, даже в плесени. За пластиковой стойкой, развалившись на стуле, сидела девица неопределенных лет. Ярко-синие тени, буйные кудри и кроваво-красная помада производили сногсшибательный эффект, как и длиннющие ногти, которые эта особа подпиливала с особой тщательностью и вниманием. Она вся была поглощена этим процессом, иначе я не знаю, как можно не заметить трех шкафов в официальных костюмах в сопровождении маленькой, на их фоне, меня. Парни показательно молчали, демонстративно оставив ведение переговоров мне. Ладно, я в принципе никуда не спешила и продолжила наблюдать за Варварой, по крайней мере, так гласил ее бейджик.