Подменная невеста клана Волковых (СИ) - Мерзлякова Галина - Страница 11

— Разумеется, — тот обаятельно улыбнулся и развел руками. — Чистейшая случайность. Просто мимо проезжал. Разве я могу следить за собственной невестой?

В желтых глазах плескалось искреннее негодование и растерянное непонимание: как его, такого хорошего, могли заподозрить в чем-то плохом. На какой-то момент я действительно почувствовала, что слишком много думаю, и наша встреча — чистая случайность, а все мои размышления лишь фантазии чересчур впечатлительной девушки, перечитавшейся романов о маньяках. Длилось это заблуждение недолго, ровно до того момента, как я заметила бесенят в глазах Ярослава. Блин! Надо было записать это выражение лица на видео, а потом потренироваться у зеркала. Такой типаж пропадает. Я даже почти поверила! Что меня искренне возмущало: любые попытки изобразить нечто подобное на моем лице выглядели глупо и смешно, приходилось ходить с таким невыразительным лицом и взглядом, который журналисты окрестили отрешенно-ледяным, что, кстати, тоже работало, на контрасте, наверно.

— Барышня Ветрова, вы же не будете возражать, если я похищу свою драгоценную невесту?

В этот момент я почувствовала, как глаза расширились. Похитить? Меня? Я не готова! В смысле, я совсем не жаждала общения с номинальным женихом. Поэтому взглядом попыталась намекнуть Яне на нежелательность подобного, но подруга, не глядя на меня и словно зачарованная, отрицательно покачала головой. А я недовольно поджала губы, сдержав тяжелый вздох. И подозрительно посмотрела на Ярослава. О пробуждении Волкова я не знала ничего, так что, может, и зачаровал. Отсутствие этого пункта в досье меня несколько расстроило, но я надеялась, что сумею восполнить пробелы. Все-таки пробуждение — это вещь, которая очень часто и очень многим смешивает карты. Подозреваю, если бы в мире такой феномен отсутствовал, было бы проще. Ярослав, пользуясь своим положением жениха, предложил мне руку, помочь встать. Что ж, пришлось оставить этот раунд за ним и откланяться. Я даже сделала пару шагов, влекомая Волковым к выходу, но потом вспомнила кое-что и, обернувшись, напомнила:

— Яна, я все еще жду, все озвученное.

Яна покосилась на Ярослава, и я кивнула.

— Да, и на него тоже.

Обернувшись к жениху, улыбнулась:

— Вы же не возражаете, Ярослав?

—Воля ваша, — рассмеялся он. — Мне даже интересно, что сможет накопать на меня барышня Ветрова.

— Яна, увидимся, — махнула я рукой, а Волков поклонился и улыбнулся Яне.

— Был польщен и рад знакомству.

Я взмахнула ресницами, активируя панель. Надо же, почти не лжет. Наконец мы с женихом вышли из кафе. Порыв неожиданно холодного ветра заставил поежиться. Вот за что не люблю столицу, так это за переменчивую погоду - утром вышел: тепло, солнышко, лето, а буквально через пару часов осень, холодно, ветрено и промозгло. В такие моменты горячий чай или кофе просто необходимы, так что неудивительно, что эти напитки в столице можно купить буквально на каждом шагу. Для меня неким критерием того, сможет ли человек стать моим приятелем и войти в дальний-ближний круг, неожиданно стало совпадение по кофейням и чайным. У меня было три любимых сети, в которых продавались: идеальный черный кофе с медом и перцем, великолепный брусничный чай и обалденный горький шоколад со взбитыми сливками и коньяком. Разумеется, мои предпочтения не были секретом.

— Желаете прогуляться? — Ярослав продолжал изображать из себя преданного жениха, а я не понимала причины резкого роста симпатии. Ну не влюбился же он, право слово?!

— Вы можете подвезти меня домой. — наконец решила я и, достав телефон, написала сообщение водителю. — или же ваш разговор достаточно длительный, и мы не уложимся в пятнадцать минут?

Ярослав ненадолго задумался, а потом снова улыбнулся.

— С учетом пробок, я думаю, времени нам вполне хватит.

И повел меня к машине. Надо сказать, я была несколько удивлена, так как все еще воспринимала его как повесу и разгильдяя, хотя прекрасно понимала, насколько ошибочно это впечатление. С учетом всего этого я ожидала более спортивную и понтовую машину, а Ярослав, оказалось, предпочел сдержанную и серьезную модель. Откинувшись на спинку сиденья, я ненадолго закрыла глаза. Все-таки это было неловко, и хотелось провалиться сквозь землю, вот и оставалось делать хорошую мину при плохой игре. Мягко хлопнула дверь, заурчал мотор, и машина очень плавно тронулась с места. Некоторое время ехали молча. Я, отвернувшись, смотрела в окно, погруженная в свои мысли ни о чем. В какой-то момент Ярослав не выдержал царящей тишины и спросил:

— Мне кажется, Мира, вы несколько недолюбливаете меня. Я прав?

Я несколько раз моргнула, вырываясь из плена мыслей, и посмотрела на Волкова: наверно, в первый раз серьезно. Задумалась. По всем стандартам Ярослав красивый мужчина. У него есть влияние, деньги, определенный статус. На нашей помолвке я ловила завидующие и ненавидящие взгляды дам и девушек, ведь очень многие, независимо от своего семейного положения, хотели бы оказаться на моем месте. Замечала я и заискивающие взгляды мужчин, которые отчаянно искали одобрения и внимания моего жениха, надеясь получить определенные выгоды и преференции. Мне б по-хорошему пищать от восторга надо от такой партии, но этого самого восторга я не испытывала, как, впрочем, и ненависти с раздражением.

— Я к вам равнодушна, — решила ответить ему максимально честно. Думаю, поговорить о наших отношениях не помешает. Старшие там вроде уже о дате свадьбы договариваются. — Не считаю сколько-нибудь близким человеком. Вы для меня чужой, с чужими стоит быть настороже, знать о них все и держать на умеренном расстоянии.

— Я ваш жених.

Я растерянно моргнула, а Ярослав неожиданно рассмеялся:

— Понял-понял. Для вас, — мне неожиданно стало приятно, что он поддержал это формальное обращение. — Это еще ничего не значит. Но, Мира, вы когда-нибудь задумывались, что это, если не случится что-то экстраординарное, на всю жизнь? Волковы не разводятся.

— Значит, я вас отравлю, — я пожала плечами и снова отвернулась к окну. Кажется, пора к психиатру. Я довольно часто использую дар последнее время и, возможно, он бьет мне по мозгам. Неожиданно Волков не только не обиделся, но и снова рассмеялся.

— Мира, видит бог, вы очаровательны. Так открыто заявлять о том, как именно вы меня убьете. Вы не находите это немного глупым?

Я хмыкнула, расслабляясь. Вытянулась в пассажирском кресле, насколько смогла и легко улыбнулась.

— Это единственно доступный мне способ убийства, не вызывающий психологического отторжения и который мне будет легко списать на несчастный случай.

— Ах да, вы же любите и умеете готовить. Елизавета Юрьевна, кстати, оценила ваши старания в попытке показать себя благовоспитанной барышней.

Мне оставалось изобразить что-то вроде поклона, в конце концов, я действительно старалась. По итогам этого небольшого разговора я поняла, что мне стало как-то легче воспринимать Волкова, как своего жениха. Правда, до того момента, как я приму его в свой ближний круг, еще далеко, но заметочку “подумать о том, как мы с ним будем жить”, я все же сделала. Теперь оставался еще один важный вопрос:

— И о чем вы хотели поговорить со мной?

— Вы будете очень злиться, если я попрошу вас о некотором одолжении?— Я чуть приподняла бровь и легким кивком обозначила готовность слушать дальше. Было интересно, что за одолжение попросит у меня сиятельный князь. — В столицу прибывает одна моя дальняя родственница, Алиса, вполне приятная девушка ваших лет, и она собирается присмотреться к вашей академии для перевода. Алиса с родственниками жила крайне уединенно и никогда не бывала в столице…— Врет. — Поэтому я бы хотел, чтобы вы составили ей компанию в своих прогулках по столице.

— Вы хотите приставить ко мне дуэнью? — уточнила я. Волков некоторое время молчал, а потом все же неожиданно честно ответил:

— Да, хочу. Это вас смутит?

—Нет,— я зевнула. У машины был очень плавный ход, и я чувствовала, как меня клонит в сон.— Жена Цезаря должна быть выше подозрений. А нельзя было просто сказать: Мира, я крайне обеспокоен слухами о ваших амурных похождениях, и для прекращения всяческих инсинуаций о добром имени моей невесты не походите ли вы с дуэньей?