Последний конвой. Часть 2 (СИ) - Саморский Виктор Романович "Samorsky" - Страница 19

Фашизм — это не что иное, говорили они, как идеология, декларируемая правящей верхушкой для народных масс. Великая цель, во имя которой предлагается объединиться всем жителям страны, дабы творить беззаконие без оглядки на религиозные и нравственные нормы социума. Это такой хитрый способ перенаправить народное недовольство с власть имущих на внутренних или внешних врагов государства, политических противников правящей партии или просто на случайных козлов отпущения. При этом фашизм может строиться на религиозности (прим. Испания), великом прошлом (прим. Италия), идее расового превосходства (прим. Германия), либеральных ценностях (прим. США) и т.д.

А между тем, у истинного фашизма, как явления, по сути, ведь и нет никакой идеологии. Она существует только в головах правящей элиты любой страны. И со времен Древнего Рима по сию пору практически не изменилась. Это полная и абсолютная власть над народом. Право казнить и миловать подданных по собственному усмотрению. То бишь по велению левой пятки императора и доверенного ему круга лиц, наделенных выше озвученным правом от имени самого императора.

С этим утверждением можно спорить до хрипоты, и что римляне де и слова такого не знали, его придумали только пятнадцатью столетиями позже, и что казнить подданных римские магистры могли только после суда, где высшей инстанцией для смертного приговора являлся народ.

Ну да, вы еще скажите, что и демократию тоже придумали в Древнем Риме…

Нацизм, он же национал-социализм, радикализм, тоталитаризм и даже антисемитизм, вырос из ограничений прав властелинов. Поизмельчали нынче диктаторы всех мастей и расцветок, с великой осторожностью стали поглядывать на толпу из страха быть повешенными за превышение полномочий и упоение властью вплоть до полной потери берегов. Поэтому и выдумывают всевозможные причины для безнаказанного террора собственного населения под видом борьбы с ведьмами, жидами, цыганами или на самый крайний случай рыжими.

У монархов же никакой рефлексии по этому поводу никогда не было.

— Охра-а-ана! Вздерните-ка вот этого рыженького. Чего-то он мне не нравится…

И вот ни в чем неповинного паренька потащили на эшафот под радостное улюлюкание толпы, изголодавшейся отсутствием зрелищ. И не нужно ничего выдумывать, объявлять мифическую охоту на ведьм, бороться с ветряными мельницами и науськивать народ на несуществующего внешнего врага, дабы оправдать собственные злодеяния.

И народ, что интересно, повсеместно любит и уважает сильную власть. Стонет под гнетом, кряхтит и тужится от невыносимой налоговой нагрузки, но трепетно любит, боготворит и восхищается. Иконы пишет с ликом царей-батюшек, в ранг святых возводит после смерти, невзирая на прижизненные заслуги в деле умерщвления собственных подданных.

Уважение народа к власти повсеместно складывается только из страха за собственную жизнь. Если самодержец правит сильной рукой, то страна очень быстро становится Великой Империей. Только сильное государство может обеспечить достойную жизнь собственных граждан за счет грабежа колоний и получения репараций от побежденных на поле брани врагов.

Так не бывает, чтобы все жили хорошо и счастливо, никаких внутренних ресурсов страны на это не хватит.

Недаром слово «война» на санскрите означает — «нужно больше коров». Коров всегда мало, а население страны непрерывно плодится и размножается. И чем больше народу становится в государстве, тем сильнее ощущается нехватка ресурсов. А где взять еще? Пойти и отобрать у соседнего племени, благо оно расположилось неподалеку, и долго топать по прериям не придется.

И пока те самые, наиболее пострадавшие от террора кровавых диктаторов профессора и академики чистейшей еврейской крови бодро рассуждают о наиболее реакционных шовинистических и империалистических элементах финансового капитала, об ориентирах надежды для отчаявшихся народных масс, эре коллективизма и тотальном господстве сильного государства в эпоху глубочайшего экономического кризиса, спаде производства и массовой безработице, власть обо всех этих высоких материях даже не задумывается и творит беззаконие, как и раньше, интуитивно, под влиянием внезапно зачесавшейся левой пятки деспота и тирана.

Вот эти самые ученые и выдумывают иногда постфактум, оправдания для «ночи длинных ножей» или «ночи разбитых витрин» (прим. другое название — «хрустальная ночь») и с высокой трибуны, а также в газетных публикациях донесут истину народным массам от имени верховного правителя. О предпосылках создавшейся революционной ситуации и наиболее благоприятном выходе из нее путем репрессий отдельных слоев нелояльного к власти населения. Чтобы остальные слои этого самого населения спали спокойно и не дергались, когда люди в черной форме перерезают глотку соседу, а в спальне насилуют жену и дочь покойного…

Что вы сказали?

Вы утверждаете, что Гитлер был великолепным оратором и сам писал тексты собственных речей?

А разве я о Гитлере сейчас говорю?

Да, Гитлер фигура одиозная, но даже на него работал начальник управления пропаганды НСДАП (прим. Нацистская партия, официально Национал-социалистическая немецкая рабочая партия Nationalsozialistische Deutsche Arbeiterpartei или NSDAP) Йо́зеф Ге́ббельс (прим. немецкое произношение Гёббельс; нем. Paul Joseph Goebbels) и Имперское министерство народного просвещения и пропаганды (прим. Reichsministerium für Volksaufklärung und Propaganda; RMVP, также известное как Министерство пропаганды Propagandaministerium), которое контролировало содержание прессы, литературы, изобразительного искусства, кино, театра, музыки и радио в нацистской Германии. А у Бенито Муссолини было свое Министерство популярной культуры (прим. итал. Ministero della Cultura Popolare, обычно сокращенно MinCulPop), позже переименованное в «Секретариат по делам печати и пропаганды».

Так что без этой самой пресловутой пропаганды и философского обоснования неизбежности применения насилия никак не обошлось. Сосед же не отдаст коров по собственной инициативе. А вот если его обозвать врагом народа, кулаком-мироедом и расхитителем государственной собственности с целью личного обогащения, вот тогда — да. Насилие становится праведным гневом народных масс во имя торжества справедливости.

Ну а что до жены и дочки, так ребята горячие, давно на фронте, изголодались без баб. За всеми ведь не уследишь. Но виновные непременно будут наказаны по всей строгости закона. Потом! Когда победим всех внешних и внутренних врагов.

Поэтому не надо все валить с больной головы на здоровую. Гитлер, Муссолини, да хоть бы и сам Цезарь всегда имели «правой рукой» великолепных помощников и последователей, не только обосновывавших необходимость повсеместного истребление цыган, евреев или рыжих, но и помогавших настроить и отладить работу механизма уничтожения «лишних» людей в собственном государстве.

Эксимиализм в этом плане не вышел из привычного шаблона. «Министерство пропаганды» и красивые речи с высоких трибун, всемирная поддержка инициатив Райта и скромный ропот ничего не понимающего народа, у которого люди в черной форме принялись отбирать личные вещи и недвижимость.

По какому праву?

В тоталитарном обществе «право сильного» никогда не оспаривалось, так как являлось легитимным, то есть неотъемлемым атрибутом действующей власти. После катастрофы его заменили на эвфемизмы — «высшее благо» и «во имя человечества».

И ведь не поспоришь, злодеяния власть имущих всегда и во все времена прикрываются самыми напыщенными лозунгами, а творимые ими мерзости совершаются исключительно для блага и процветания народа. Но простому обывателю никогда не понять и не принять, почему для высшего блага и выживания человечества он должен отдать собственную корову чужим дядям в черной коже. Перераспределение имеющихся в наличии ресурсов всегда и во все времена велось строго по заветам давно сгнивших вождей.

Задача проста — обеспечить минимальные индивидуальные человеческие потребности и заставить работать по четырнадцать — шестнадцать часов в сутки на благо государства. Задушить на корню любые протесты в среде нелояльного населения, обеспечить порядок на улицах, бесперебойную работу промышленных предприятий и общественного транспорта.