А мы любили (СИ) - Султан Лия - Страница 9

-Замолчи! Замолчи! Замолчи! - рыдая, Джамиля закрыла уши ладонями и тряслась от гнева и бессилия, мотая головой. - Я не хочу это слушать. Не хочу! Не хочу!

Даниал схватил ее за запястья и силой убрал ладони.

-Нет, ты будешь меня слушать! Не ты одна потеряла ребенка. Я тоже его потерял. Но у меня нет возможности спрятаться от мира и плакать, как ты. Хотя сейчас мне хочется просто вздернуться, - рычал он, учащенно дыша.

Они смотрели друг на друга, как враги. Забылась любовь, понимание, уважение, счастливая семейная жизнь. Даниал сделал первый шаг: обнял жену, прижал к себе и положил подбородок на ее макушку. Она сначала сопротивлялась, а потом обмякла в его руках и только судорожно всхлипывала.

-Прости меня! - осознав, что наговорил лишнего, попросил Даниал. - Прости за всё. Я не хотел, чтобы так вышло. Я не знал, что всё так закончится. Я хотел, как лучше. Прости.

Он поцеловал ее в макушку и сильнее сжал в объятиях.

-Джама, девочка моя маленькая. Прости меня. Не молчи.

-Я хочу развод, - неожиданно сказала Джамиля. - Я больше не могу с тобой жить. Я не могу смотреть на тебя.

Глава 9. Воскресный обед

Традиционный воскресный обед у мамы Джама хотела пропустить, но сестра Галия настояла. С ней они были особенно близки, несмотря на то, что Галиюша была единоутробной, как и младшая – Инкар. Отец Джамили ушел из семьи, когда девочке было три года. Больше она его не видела. Мама позже вышла замуж за подающего надежды аспиранта Гарифа, который в последствие стал профессором, деканом факультета экономики и даже ректором университета. Сейчас он на заслуженном отдыхе, но нет-нет читает лекции и консультирует.

Удивительно, но Гариф быстро подружился с Джамилей, и она практически сразу начала звать его папой. Он же относился к ней, как к родной, никогда не разделял детей и всегда защищал Джаму перед матерью, отношения с которой были непростыми. Перизат была женщиной строгой, жесткой и принципиальной. Для нее существовало только два мнения: одно ее, второе - неправильное. И очень часто Джамиля спорила с матерью, доказывая свою точку зрения.

За накрытым столом в зале сидели родители, сестры с мужьями и Джамиля. Дети Галии и Инкар уже разбрелись по комнатам и уткнулись в телефоны.

-А почему Камелия опять не приехала? Я уже давно не видела правнучку, - с претензией начала мама, глядя на грустную Джаму.

-У брата ее мужа сегодня день рождения. Они поехали к нему на шашлыки.

-Вот как, - цокнула мать. - Замуж вышла и все, бабку забыла, теперь семья мужа важнее.

-Мам, ну что говоришь? - вздохнула Джамиля, отложив вилку в сторону. - Они же с Селин приезжали к вам недавно.

-Но Камелия перестала приезжать по воскресеньям, - все за столом тут же напряглись, потому что начиналась очередная битва между Перизат и старшей дочерью.

-Перизат, у внучки своя семья, своя жизнь. Что ты заладила? - попытался успокоить жену Гариф.

-Спасибо, папа, - улыбнулась отцу Джамиля.

-Ну да, как всегда, я плохая, ты - хороший, - фыркнула женщина. - Посмотрите на нее, снова сидит грустная, ни слова не проронила за весь вечер. Эх, зря вы тогда развелись. Ой зря. Говорила я тебе, не гневи Бога, не напрягай Даника. Это же ты все хотела развод, а он держался до последнего, пока не махнул рукой.

-А что ты его защищаешь, мам? - вступилась за старшую сестру Галия. - Я хоть и была подростком, но помню, как ты Джаму отговаривала выходить за него замуж. Как ты говорила? - прищурилась Галиюша. - Да кому сейчас нужны архитекторы? Ни кола ни двора! Ты еще называла его чертежником.

-Да, я ошибалась. Признаю, - положив руку на сердце, призналась мама. - Но Даниал доказал, что он мужик, построил бизнес, дом. Ни Джамиля, ни дети ни в чем не нуждалась.

-У меня вообще-то тоже была карьера. И неплохая. У меня было имя, - бесцветно произнесла Джамиля, подняла бокал с соком и сделала несколько мелких глотков.

-Было. Но ты сама захотела уйти. А теперь где твоя карьера? Сейчас вон, - жестикулировала мама, - всем молодых подавай на экране. – А так, жила бы сейчас с Даником, была бы как у Христа за пазухой.

-Знаешь что, мама, - с грохотом опустила бокал на стол. - Твой любимый бывший зять сделал ребенка еще до развода. Это сын. Ему сейчас год. И его мать - помощница Даниала - Риана.

В комнате воцарилось гробовое молчание. Все уставились сначала на Джамилю, а потом перевели взгляд на Перизат.

-Я тебе говорила, что ты слишком близко подпустила эту девку, - покачала головой хозяйка дома. - Я предупреждала тебя, что таких молодых и красивых не надо даже на порог пускать. Было в ней что-то отталкивающее. А ты…

-Ну что ж, радуйся. Наконец, я признаю, что ты была права, а я - дура, - развела руками Джамиля.

-Я так не говорила. Но сколько раз мы пытались вывести тебя из твоего состояния?! - воскликнула мама. - Как сейчас модно говорить: депрессия. О, Аллах! Моя мама в сороковых двоих маленьких детей похоронила и что? Впала она в депрессию? Нет! У нее не было на это времени, потому время тяжелое, шла война, а в тылу надо было работать на заводе. Там не до соплей было. Это вы неженки: хандра, депрессия, неврозы. А тогда - слезы вытерла, ноги в руки и пошла за станок.

Джамиля молча слушала маму, а когда та закончила, она медленно поднялась, поставила кулаки на стол и чуть, наклонившись, посмотрела на Перизат и процедила:

-А ты, мама, когда-нибудь хоронила своего ребенка, м? Ты знаешь, что такое выносить, родить, воспитывать, довести его до совершеннолетия, а потом похоронить в девятнадцать? Ты знаешь, что чувствует женщина, которая в последний раз видела сына за полгода до его смерти? Молчишь? Да потому что нечего тебе сказать. Ты не знаешь, какого это ложиться спать и хотеть умереть, только чтобы не чувствовать больше боли. Хотеть к нему, пусть для этого надо убить себя. Не знаешь ты ничего. Поэтому не тебе говорить об ажеке, которая похоронила детей и пошла на завод.

Отодвинув стул, Джамиля направилась в прихожую. Перизат схватилась и за сердце, и за голову, причитая, что у нее поднялось давление. Инкар подбежала к матери, схватила салфетку и стала размахивать ею, а Галия пошла за сестрой.

-Джама, подожди! - крикнула она ей вслед, но та быстро запрыгнула в балетки, открыла дверь и вышла из квартиры. Галиюша метнулась следом.

Вылетев из подъезда, Джамиля вытерла пальцами слезы и выровняла дыхание. Мама всех любила поучать, но вот старшей почему-то всегда доставалось больше.

-Джама! - окликнула ее Галия. - Не обращай внимания. Перебесится и успокоится.

-У меня нет никакого желания приезжать и выслушивать мамины нотации. Уехать бы куда-нибудь на необитаемый остров, чтобы никто меня не нашел. Ни мама, ни бывший муж, ни его любовница.

-Ты что встречалась с ней? - удивилась сестра.

-Да. Много интересного узнала.

-Какой ужас, - покачала головой Галия, а потом вдруг прозрела. - Слушай, а езжай-ка ты на нашу новую дачу. Помнишь, я тебе говорила, что мы купили домик. Место - шикарное: покой, зелень, горы, яблоневые сады, речка. И никто тебя там не найдет.

-А как же вы?

-Мы же улетаем в Турцию.

-Да, точно, - кивнула Джамиля. - Я забыла.

-Поэтому соглашайся. Там тихо, спокойно. Если что есть конный клуб.

-Я боюсь лошадей с детства.

-Ой точно, - посмеялась Галия. - Ну тогда там есть яблоневый сад. И красивые закаты-рассветы.

-Беру, - улыбнулась Джамиля. - Надо сменить обстановку.

-Кызым (доченька), - из подъезда вышел Гариф. Он обнял дочь, которая уже сама была бабушкой и погладил по голове. - Не злись на маму. Она за тебя переживает. Она тебя любит. Просто у нее манера общения такая.

-Господи, папа, и как ты с ней уживаешься? - Джамиля провела ладонью по его щеке.

-У меня нет выхода, - пожал плечами он. - Но ты приезжай, хорошо? Хотя бы ради меня.

-Ради тебя приеду, папа, - посмотрела в глаза отца Джамиля. За столько лет она уже и забыла, что они не родные.