А мы любили (СИ) - Султан Лия - Страница 33

-Пить…Пить…- попросила она, не зная, слышит ли ее кто-то.

-Сейчас, - сказал мягко кто-то очень знакомый. - Тебе после операции нельзя. Только губы смочить разрешили.

-Угу, - только смогла выдавить из себя Джамиля, и почувствовав на губах капли воды, снова отрубилась.

Просыпалась медленно, поерзала на кровати, почувствовала легкую, но тянущую боль в правом боку. Потом прислушалась к звукам, доносившимся из коридора и открытого окна. Во дворе пели птицы, а ручку двери кто-то дернул пару раз и она поддалась.

-О, проснулась уже, - удивилась пожилая женщина, державшая в одной руке швабру, в другой - ведро с водой. - Я помою, ты не против?

-Нет, - слабо ответила Джамиля и положила ладонь на живот. Она помнила, что перед тем, как ее увезли в операционную, врач сказал о разрыве кисты в правом яичнике. Кто бы мог подумать! Джама ведь даже не знала, что она у нее есть. Но это не все сюрпризы.

-А муж твой где? - выжимая тряпку, спросила санитарка. - Всю ночь тебя сторожил.

-Как? - нахмурилась Джама, до которой с трудом доходили слова незнакомки.

-Так. Как с реанимации тебя в палату подняли, так он вон то кресло занял и сидел до утра. Это в обычных палатах часы посещения, а в хозрасчете всё можно, даже родственникам оставаться.

-Мы в разводе, - отчего-то разоткровенничалась она, пока женщина усердно мыла полы.

-Да ты что? - ахнула. - А всем сказал, что муж. Обидел что ли?

-С чего вы решили?

-Ну, - затянула санитарка. - Если бы не обидел, бывшим бы не был. А во-вторых все проблемы по-женски случаются по двум причинам.

-Каким?

-Обида на мужика или баба нахимичила, - вздохнула она.

-Я не совсем поняла. Какая баба и что нахимичила?

-Ну баба какая-нибудь левая, - пожав плечами, женщина бросила тряпку в ведро. - Мужик у тебя видный, богатый. Мало ли кто на него глаз положил. Могла девка и порчу навести.

-Я в это не верю.

-А зря. Вон у меня муж ну такой потаскун был, так еще в 90-е одна его шалава мне на болезнь порчу сделала. А я все не могла понять, почему что ни праздник, я никакая. Лежала, загибалась, а он спокойно с ней гулять уходил, - санитарка успевала не только честь языком, но и работать.

-И что потом?

-Потом поехала к одной старухе в Иссык (городок неподалеку от Алматы), она надо мной почитала и всё как рукой сняло. Одно плохо - я быстро постарела.

-А муж?

-А муж гулял страшно, любовниц менял, а в полтинник как отрезало.

-Завязал что ли?

-Ага, рак простаты ему там все бантиком перевязал. Быстро сгорел, - без тени сожаления, выдала санитарка.

-О Господи. Сочувствую вам, - вздохнула Джамиля

-Давно это было, я уже смирилась, - вытирая у порога, заявила женщина.

Джамиля только промолчала и нащупала рядом пульт от кровати. Нажав на кнопку, она приподняла верхнюю часть койки и сразу стало как-то веселее. Про порчу больше не говорили, ведь Джамиля считала все это чушью. Она была уверена, что ее болячка появилась из-за гормонального сбоя или воспаления, которое она прошляпила. А может быть, всему виной сильный стресс. И ведь все было так хорошо: новая работа, первое интервью, возвращение в профессию. И как-то быстро все ее мысли заняла программа. У нее ведь запись через несколько дней, а она лежит в больнице!

Через минуту после ухода санитарки, дверь в палату снова открылась, и в нее вошел Даниал. Причем вошел, как себе домой, будто они одну комнату делят. Джама потянула легкое одеяло на себя и еще почему–то подумала, нормально ли она выглядит.

-Проснулась, - не спросил, а просто констатировал факт, взял стул, поставил его рядом с койкой и сел. - Доброе утро.

Он улыбнулся и накрыл ладонью ее пальцы.

-Ты нас напугала, - сказал, улыбнувшись, а у Джамили сердце подпрыгнуло к горлу. Она не стала убирать свою руку, потому что в его голосе и глазах кроме мягкости была еще тревога. И она видела на его лице следы бессонной ночи: уставший взгляд, помятость и несвежесть. Но вместе с тем, оно было таким родным, что захотелось дотронуться до него пальцами, разгладить морщины на лбу и в уголках глаз. Необъяснимая, внезапная нежность теплой волной накрыла и не сошла, а оставалась с ней.

-Я сама испугалась. Кама, наверное, в шоке.

-Она была вчера до вечера, но Селин закапризничала дома.

-Господи, как нам повезло с детьми, да? Я совсем раскисла и только Кама держит меня.

-А еще теперь только она может принимать за нас решение в экстренной ситуации. Только Кама - наш ближайший кровный родственник. И мне пришлось вчера повоевать немного, чтобы мне разрешили тебя увидеть.

-Ты ночевал здесь, - теперь она не спросила, а сказала, как есть.

-Кресло очень удобное, - отшутился.

-Не нужно было. Я же не ребенок.

-Я не мог уехать, - решительно остановил ее дальнейшие “но”, а затем вдруг взял ее ладонь в свою и поднес к губам. - И сейчас не могу. Не прогоняй меня.

Сделав глубокий вдох, Даниал перестал бороться с собой и начал целовать ее пальцы - каждый по отдельности. Его Джама даже сейчас была прекрасна несмотря на бледность и круги под глазами. И она не выдернула руку, не накричала, как раньше, а лишь размеренно дышала, встретившись с ним взглядами.

Душевная боль как будто уже притупилась, но обида никуда не исчезла. И тем не менее, Джамиля позволяла Даниалу эту ласку, от которой, ей казалось, уходит боль физическая, а внутри сквозь бетонные плиты, завалившие сердце, пробивается крохотный зеленый росток.

И вдруг зазвонил телефон. Резкий звук нарушил тонкий, зыбкий контакт между ними. Джамиля повернула голову и увидела мобильный на тумбочке.

-Ты не мог бы…

Не договорила, потому что Даниал протянул руку, взял смартфон и отдал ей. Но перед этим увидел на экране имя Фархата и едва сдержал эмоции. Джамиля поджала нижнюю губу и прежде, чем ответить, посмотрела на него виновато и одними глазами попросила выйти.

Даниал бесшумно, яростно вздохнул, порывисто встал и вышел, тихо закрыв за собой дверь. Это были самые долгие минуты в больничном коридоре.

Глава 36. Цербер

Между тем, Джамиля набрала в легкие столько воздуха, сколько смогла и ответила на вызов.

-Привет, Фархат, - сиплым голосом поздоровалась она.

-Привет. Звоню просто узнать, как ты себя чувствуешь?

-Спасибо большое, вот только проснулась после реанимации. Но как ни странно чувствую себя нормально.

-Напугала ты меня вчера, - усмехнулся он. - Думал, ласты склею.

Джама тихонько засмеялась и тут же поморщилось, потому что заболел шов.

-Еще раз спасибо за спасение.

-О как! - и вновь невидимая, но хорошо различимая ухмылка. - Игра слов. Уже выздоравливаешь. А цербер твой продолжает сидеть у двери?

-Что прости?

-Слышал, твой бывший муж сидит у палаты и охраняет тебя.

-Ах…это, - замялась Джамиля и тут же перевела тему. - Это ведь ты позвонил моей дочке?

-Если честно, она сама позвонила, а я ответил. Но ты была права, она у тебя настоящий кремень.

-Железная леди.

-Да. И я рад, что ты в хороших руках, потому что, - он на секунду остановился, - потому что мы больше не увидимся.

-П-почему? - опешила Джамиля.

-Потому что вчера я всё про тебя и себя понял. Ты однолюб, и это прекрасно. А я такой человек - проигрывать не люблю, но насильно мил не будешь. Поэтому выздоравливай и будь счастлива.

-Ты тоже будь счастлив, Фархат, - необъяснимая светлая грусть пронзила душу. Она действительно считала его хорошим человеком, но не героем его романа. Больно делать не хотела, однако так получилось. - И я говорю это искренне, потому что ты заслуживаешь, чтобы тебя любили. Таким, какой ты есть. А ты настоящий.

-Вроде сегодня не мой день рождения, а столько пожеланий.

Джамиля знала, что за смешком прячется досада. Но Фархат опередил ее, сказав:

-Я бы с радостью навестил тебя, но не хочу мозолить глаза твоему Рексу. Еще загрызет.