"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Блэк Петр - Страница 558

Валяясь мешком на боку, я медленно открыл глаза и приподнял голову. Это стоило мне больших усилий — тело отказывалось слушаться первые секунды вообще. Но едва я приподнялся, как через мгновение почувствовал головокружение и следом вырвал кровью и зелёной слизью, после чего завалиться обратно на землю.

Всё было далеко не так хорошо, как мне бы хотелось.

— «Состояние»… —­ мысленно произнёс я.

Ответом была тишина.

— Состояние… — уже вслух не своим голосом повторил я, чувствуя, как горло раздирает будто стеклом и…

Ничего.

У каждого космодесантника, каким раньше я был, были вживлены импланты в тело, включая имплант в мозг, который мог как показать состояние, так и отключить многие проблемные вещи, как боль. Но сейчас тот не отзывался.

Сломался после варп-прыжка? Возможно. Но я жив, и это пока главное, пусть и придётся полагаться теперь на собственные силы, которых, к слову, у меня и не было.

Выждав пару минут и набравшись сил, я ещё раз, но уже с большей осторожностью приподнялся. Подавил рвотный рефлекс и повторно огляделся.

Какой-то… грязный переулок, заставленный мусорными контейнерами, кирпичные стены домов, которые нависали надо мной с двух сторон, и я.

Голый и худой.

Не моё тело. По крайней мере, оно точно было другим ещё во время полёта. Ни шрамов, ни следов после трансплантации имплантов и усилителей, ни мышц. Тело… дрыща, размерами, наверное, раза в два меньше, чем было у меня. Тело человека, которые не ел уже нормально месяц.

Плевать.

Место, где я находился, напоминало какой-нибудь проулок между домов на одной из относительно благополучных планет. С одной стороны маячил выход, но свет из него резал глаза, с другой — глухой забор, который я бы при всём желании в этом состоянии не смог преодолеть. Но ни грохота боя, ни шума машин, ни гомона народа не было.

Будто всё вымерло.

Пришлось напрячься и постараться, чтобы кое-как встать сначала на четвереньки, а потом и на ноги. Тело не слушалось, ноги тряслись от собственного веса. Я будто в первый раз в своей жизни встал.

Облокачиваясь на стену, словно пьяница, я медленно побрёл к единственному выходу из тупика. Голова кружилась, в глазах темнело, и моё тело грозило просто обмякнуть с минуты на минуту от бессилия. Ощущение, что я при смерти. Но тем не менее я пытался держаться, чтобы хоть выглянуть напоследок и понять, куда меня занесло.

Инструкции в этом случае были просты: помочь себе, оценить обстановку, помочь союзникам, найти корабль, подать сигнал о помощи, держать оборону и ждать подкрепления.

Помочь себе я не мог, да и не видел каких-то серьёзных травм, которые мог исправить. Если рядом корабль, то выживу, если нет, то вряд ли. А вот обстановка…

Где-то рядом дыхнуло смертью. Затхлый воздух, пропитанный серой и гнилью, прошёлся по мне, по лицу из единственного выхода из переулка. Хорошо знакомый запах, который не раз и не два я чувствовал в своей жизни.

Твари. Демоны из подпространства. Они рядом.

Мне нужно было оружие.

Я медленно потянулся к куску какой-то ржавой трубы, вооружившись ей, словно мечом (лучше голых рук) и замер.

И ждать долго не пришлось.

Из-за угла медленно, крадучись показалось нечто очень похожее на… на ничто не похожее существо. Оно заглянуло в проулок, словно прячась от кого-то. С вытянутой пастью, на четырёх лапах с огромными когтями и рогатое — его знали как адская гончая, тварь, которая врывалась первой, ища противников и заваливая собственными трупами бойцов. Чуткое и тупое вечно голодное существо.

Оно оскалилось, едва завидев меня — я закашлялся, отхаркивая кровь и слизь.

Боюсь я её? Нет, не боюсь. Истреблял таких в своё время сотнями. Но ситуация теперь другая, и я другой, а тварь, кажется, всё та же. Возможно, успею воткнуть ей в глотку обломок трубы, прежде чем на мне сомкнуться её челюсти или я отключусь сам.

Я перехватил трубу поудобнее, и, словно получив команду «фас», тварь сорвалась с места.

Мне не хватило времени среагировать, как тварь уже была прямо передо мной. Только запнулся и просто упал на землю, избежав бритвенно-острых когтей, оставивших на кирпичной стене несколько борозд. Следующее мгновение…

И её голову пригвоздило к земле ледяными шипами. Мало для того, чтобы убить демона, но челюсти на мне не сомкнулись.

Демоническая гончая взвизгнула, пытаясь оторвать пригвождённую голову от земли, когда между нами приземлилась фигура в плаще. Взмах рукой, и гончую просто нашпиговало ледяными кольями, не позволяя ей сдвинуться с места, после чего в руках у незнакомца появился огненный хлыст. В следующее мгновение он просто разрезал тварь пополам от носа до хвоста с шипами.

Псирайдер…

Это была моя последняя мысль, когда я медленно начал сваливаться на землю.

Фигура обернулась и на меня взглянула…

Девушка.

Я даже ожил в этот момент, не сильно веря своим глазам. Девушка. С длинными светлыми волосами. На поле боя. Одна из Дочерей Войны?

Она смотрела на меня с удивлением и омерзением. Возможно, она что-то спросила у меня — я услышал мелодичный голос, а возможно, это была лишь игра моего собственного воображения.

В тот момент я отключился и провалился обратно во тьму.

Когда Бог-Император отворачивается от тебя, на твою душу тут же обрушиваются всевозможные кары и несчастья. Возможно, это была и неправда, но инквизиция могла очень быстро пояснить тебе, что есть правда, а что нет.

В любом случае от меня Бог-Император точно не отвернулся.

Об этом говорило то, что в следующий раз, когда я очнулся, обнаружил себя ещё живым и даже целым. И не на улице в подворотне на грязном асфальте, а в белой комнате на кровати, укрытым чистым одеялом. В комнате с другими людьми, что лежали на кроватях рядом. Всего восемь человек и к половине, включая меня, подключены капельницы.

Это… больница?

Да, точно, больница. Я не без труда узнал место благодаря простой логике и капельницам, пусть оно и отличалось оттого, что я привык видеть раньше: слишком чистая и светлая. Это место ни в какое сравнение не шло военными медблоками, где повсюду кровь, грязь, окровавленные инструменты и иногда трупы. Где в палатах стоит вонь, а пропитанная кровью постель может не меняться днями.

И даже от храмов Дочерей Милосердия это место отличалось, где было гораздо чище, где за тобой ухаживали, читали молитвы и развешивали благовония, чтобы душа и тело быстрее восстанавливались. Здесь было… пусто. Бездушно пусто.

Хотя здесь и была медсестра, женщина, лет тридцать, в белой одежде, но она точно не была из ордена Дочерей Милосердия. Даже одежда отличалась. Ни чепчиков, уходящих за спину, ни платьев, ни передников, ни имплантов. Просто женщина в зелёной одежде с шапкой на голове, которая втыкала мне в вену на локте иглу, не обращая внимания на то, что я очнулся.

Медсёстры были чаще всего в гражданских учреждениях, редко их увидишь в войсках. Там все поголовно были медбратьями, которые и помочь могли, и пострелять были способны.

Значит… меня занесло на какую-то из удалённых планет далеко от границы соприкосновения?

Закончив со мной, медсестра перешла к другому. Но замерла, будто что-то почувствовав, обернулась, и мы встретились взглядом.

Она что-то сказала, но разобрать, что именно, я не смог. Язык казался знакомым, но… древний каторский? Или это фенский язык с планеты Онибейр? Или рорский? Я знал достаточно языков и точно слышал этот прежде и даже частично понимал его: она спросила о том, проснулся я или нет, но…

Чёрт…

Имплант в мозге молчал. В таких ситуациях он должен был сразу перевести непонятный язык или хотя бы намекнуть, о чём говорит собеседник, но тот молчал. Кажется, сломался окончательно. Да в принципе все импланты молчали, что настораживало.

Я молча продолжал смотреть на неё, и медсестра, что-то пробормотав, вышла из комнаты. Вернулась уже с мужчиной в белом халате.