"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Блэк Петр - Страница 1657

С такими мыслями ехал я на фронт. Совсем бы загрустил, да некогда. Ребята взяли в дорожку запасных пластин для бронежилетов, наносили на них руны — вагон светился изнутри, я угорал, как подорванный.

Отходил за чаем с бутербродами. Магнитофон играл популярную эстраду. Хозяйственный сержант Ваня на походном примусе жарил колбаски. Они горячие, поджаренные намного вкуснее. В среднем ехали нормально.

Вечером на станции маленького городка в вагон зашёл пехотный майор и сказал, что мы приехали. На площади близ вокзала погрузились в два грузовика с тентами, они отвезли нас в ближние тылы.

Как много раз до этого, передали нас полку, распределили в три батальона и поставили задачу помогать рвать европейскую оборону. На целых пять дней зажили мы нормальной, привычной фронтовой жизнью.

Ползали по нейтральной полосе и обезвреживали противотанковые мины. Я и ночью приводил бинокли вражеских наблюдателей в негодность. Утром наводили артиллерию на вражеские блиндажи.

Днём выбивали у врага снайперов или атаковали вместе со всеми окопы противника. Поддерживали пехоту танки «рысь-2». Среди ночи ползали к врагу за «языками».

Само собой, питание по расписанию, в свободные мгновенья наносили на пластины бронежилетов и на каски руны. Уже непременным фоном постоянный грохот и мороз. Изредка грелись в блиндажах, а гром войны не прекращался даже во снах.

Но вот на пятый день под вечер прорвали мы оборону. Целый полковник Кравчий, начальник разведки армии, провёл со мной беседу и поставил задачу.

Нам придали взвод специалистов и всех скопом передали батальону рейдовой пехоты старшего лейтенанта Вити Сенцова. В его подчинении мы залезли на броню танков и поехали на вражескую территорию.

Немного проехали, и танки встали. Скомандовали спешиться. Старлей Витя сказал, что тут рядом деревенька, и его батальон идёт её захватывать. А наша группа идёт первой, страхует от магов.

Я отдал честь, сказав:

— Слушаю, — и мы пошли в указанном направлении.

За нами на почтительном расстоянии цепью двигались солдаты. Мы должны заранее почувствовать вражеских магов, обнаружить огневые точки и возможные узлы сопротивления и доложить командиру. Ради этого у моего сержанта Вани пока отобрали магнитофон и дали рацию. Разведка называется.

Я увидел в сумерках крыши строений и почувствовал одного слабенького мага. Бедняга беспокойства не проявлял, никого не ждал, скорей всего, ему ещё не сказали, что фронт прорван. Наше присутствие он ощутить не мог.

На въезде в село из мешков с песком устроили баррикаду и поставили станковый пулемёт. Ручные пулемёты у взвода европейских солдат тоже имелись, просто они не держали их на виду.

Не-маги нас увидеть не могли и не поняли, кто их всех зарезал. Оставили на месте четырёх бойцов, разделились на четыре подгруппы и в режиме маскировки разошлись по деревне. Я как старший пошёл к большому дому в центре, там и ощущался вражеский маг.

Подошли к добротному деревенскому дому в пять окон, у ворот немец с автоматом. Он умер от ножевых ранений в живот, а мы вошли во двор. У забора росло какое-то лиственное дерево, наверно, яблоня или груша. Над крыльцом алое знамя со свастикой и ещё один немец с автоматом.

Он тоже скончался, а мы разделились. Два бойца встали охранять, трое пошли проверять хозяйственные постройки, остальные вошли внутрь. Миновали богатые сени, входим в прихожую и прям в верхней одежде зашли в большую комнату.

За столом, накрытом цветастой скатертью, у самовара с пирогом сидели слабенький маг в форме немецкого обер-лейтенанта и бородатый мужчина средних лет благообразной наружности в пиджаке. Ещё какие-то люди чувствовались в другом помещении.

Я врезал по немчику направленным рысьим подавлением. Маг потерял сознание и свалился со стула, а я к нему подошёл, нагнулся и воткнул очень острый рысий тесак ему под левую лопатку. Разогнулся и сказал благообразному:

— Здрасти. Лапы держи на столе.

Тот оторвал от немца взгляд, прикрыл рот и судорожно кивнул. Я обратился к своим парням:

— Проверить дом.

Ребята разошлись, а я отодвинул стул и уселся. На стол положил дисковый автомат и принялся в чистую кружку наливать чаю. Пирог был с брусникой, для меня ничего интересного. Через пару минут Женя доложил:

— Женщины и старики этого в соседней комнате, более никого.

Я благодушно проговорил:

— Тогда подождём докладов от других. Присаживайтесь, — я обернулся к хозяину. — Ты же позволишь?

Благообразный часто закивал. Парни прямо в тулупах принялись располагаться, только шапки сняли. Наливали чаю, резали пирог. Вскоре пришли парни из подгрупп с докладами.

Они захватили ещё две баррикады на выездах с пулемётами, у четвёртого выезда взяли полугусеничный броневик. Европеец чувствовался в деревенских домах, теперь уже не чувствуется. Я отодвинул кружку с чаем и автомат, велел Ване:

— Рацию.

Он установил компактную коробку с антенной на столе напротив меня, вручил наушники и повернул какой-то тумблер. Я надел наушники и сказал в микрофон:

— Витя, как слышно?

— Хорошо слышно, — ответил голос старшего лейтенанта.

— Всё под контролем, заходите в деревню, — доложил я.

— Что под контролем? — неприязненно уточнил он. — Докладывай подробней!

— Ну, всё значит всё! — тоже раздражился я. — Взяли мы деревню!

— Вам же приказали только разведать, — проговорил он растеряно.

— И что теперь? — не понял я. — Вернуть всё обратно⁈ Если так положено, иди сюда и воскрешай немцев!

— Да иду я, иду! — ответил Витя и выключил связь.

Во дворе росла яблоня. Весь седой дед сказал, что посадил дерево на рождение первенца. А теперь его, благообразного мужика в пиджаке, повесили на ветке яблони как европейского пособника. Мужик служил старостой.

В селе нашли ещё пяток полицаев, но вешали их прямо на местах, где поймали. Казни предателей не вызвали особенных волнений даже у их родных, все будто знали, что это просто часть сделки с оккупантом, этим всё и должно закончиться.

Впрочем, вслух никто из селян не комментировал. Бойцы тем более чихать хотели на штатские проблемы. Распределились по домам, моя подгруппа осталась в том же здании, и я с новым главой семьи, седым дедом расплачивался рублями за постой и домашние продукты.

Утром принесло командира батальона старшего лейтенанта Сенцова. За чаем он поведал, что село мы захватили приличное, и кроме большого дома старосты тут имеется управа, бывшая администрация сельхозпредприятия, там ещё и почта раньше была.

Вот возле управы захвачен «опель-капитан» в хорошем состоянии, да в деревне взяли три грузовика с тентами «опель-блиц». Машины эти для наших дальнейших планов очень подходящие.

Я закончил чаепитие и перешёл к делам. Вызвал к себе троих пацанов, владеющих немецким без акцента и велел им подобрать для себя форму рядовых. Сам тоже переодевался. Оберлейтенант оказался нищим, запасного мундира у него не нашлось, пришлось сдирать с мертвеца.

Я давно уже не переживаю из-за такой чепухи, но немчик при жизни мог бы быть пошире в плечах. И вообще европейская форма казалась неудобной и тонкой, ещё и с дырами. Мне-то с мехом рыси форма не очень нужна, а парней жалко.

Мы вчетвером погрузились в легковушку, за руль уселся Петя. В моём отряде все водят любые машины, а мне нельзя — немецкие офицеры за баранкой не сидят. За нами на грузовиках выдвинулся отряд и командированные от разведки армии.

Ехали по дороге с нормальной скоростью. Слабого мага я почувствовал за целый километр, а он ничего не ощутил. Я сказал Пете:

— Впереди противник.

Он кивнул и плавно остановил машину. Короткая остановка это сигнал моим бойцам, чтоб снизили магическую заметность, а я, как обычно, вызвал дух рыси и спрятался в тотеме.

На развилке стоял передвижной жандармский пост. Половину дороги перегородил броневик, направив на нас стволы пулемётов, у мотоциклов стояли солдаты с автоматами. Маг в чине лейтенанта всем этим командовал.