"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Блэк Петр - Страница 1606

«Рыси» вообще вне дорог шустрее европейца, и я приказал своим дороги избегать. Летучие группы по ночам минируют развилки сплошняком, прочие участки выборочно. Приходится ещё и эти координаты держать в голове!

Подрывается немец на минах, останавливаются колонны, и к ним прилетают штурмовики. Пушки самолётов танки немца не пробивают, так авиаторы ищут другие подходы. Обычными бомбами в пикировании меня не удивишь, да они больше уродуют полотно воронками, но кассетные зажигательные снаряды с бреющего полёта даже меня удивили.

Не, что-то похожее было в той истории, просто я точно не помню. Оказывается, мысли сходятся не только у гениев — зажигалки прожигают немецкие танки сверху и устраивают пожары. В любом случае выводят боевые машины из игры.

Но я понимал, что летуны это устроили, во-первых, для проверки подходов, а, во-вторых, чтоб немец прикрывал колонны истребителями. В небе и так один сплошной воздушный бой, и наши по-своему повышают накал.

То есть на авиацию мы опять не надеялись, артиллерию же прислали. Так ночами пушки перевозили на секретные позиции, и по моей команде они устраивали налёты по координатам. Пушки всегда под рукой и они намного эффективнее авиации, только мне ещё и эти координаты держать в мозгу.

Уже на второй день нашей опупеи с колонной грузовиков в наше распоряжение прибыла часть радиоэлектронной борьбы. Штаб с командованием стал общаться по закрытым каналам, а связь немцев взломали и дешифровали.

Ну, им же никто не запрещает тоже приехать вне дорог ночью и встать в засаду. Только немец и днём без радиосвязи практически неуправляем, двести машин без радио точно станут стадом.

Вот исходя из мысли, что долго живут только параноики, Павлик потребовал, чтобы наши аналоги «лайтингов», летающие радары, летали и по ночам, а его штаб изначально работал круглосуточно.

И вы, наверно, будете смеяться, но европеец вскоре предпринял попытки относительно небольшими группами танков просачиваться ночами. Разбудил меня Павлик по рации и доложил. Пришлось ждать, когда он неугомонный, немец, а не Паша, накопится в засадах, и будить артиллеристов.

По координатам врезали из полевых пушек. Вскоре доложили, что враг пришёл в движение, общая отметка скопления машин размывается и теряет контрастность. Неуютно стало европейцу, бросился, куда глаза глядят. По ходу маневров ребята добили отдельные машины.

И без ложной скромности осмелюсь утверждать, что дело именно в манёврах. В моей голове хранились координаты минирования, позиций своей артиллерии, положение танковых батальонов, и в неё же лился непрерывно поток сведений о противнике. Нормальный человек на моём месте свихнулся бы! Или просто ничего б не запомнил.

То есть меня спросят, а как же проверка магии? Нами достоверно установлено опытным путём, что батальон опытных русских танкистов при грамотном магическом руководстве делает близкое по численности скопище европейских танков. Это, значится, раз. А два — это ваш покорный слуга, благодаря мне, русские танки действовали согласно общему плану.

Это большая игра, где фигуры реально друг в друга стреляют, и надо всё-всё учитывать. Даже в шахматы лучше играть по плохому плану, чем совсем без него, а я играл с противником, который даже не может осмыслить всю условную доску, не может назвать координаты своих фигур, и о моих танках не знает. Конечно, я постоянно выигрывал — «панцири» горели чадным пламенем, европейца убивали.

А что же европеец, совсем сдурел? Похоже, у всякой системы есть инерция, и везде своя бюрократия. Сначала случилось ЧП — прорыв фронта и жуткие потери техники. Местные начальники решили всё быстренько исправить, победить этих дикарей и сверху положить мою бедную голову.

Пока они пытались всё исправить, большой участок их фронта остался без снабжения. Танки перекрыли подвоз по железной дороге, и батальон Димы спалил склады.

Немец стал снабжать своих солдат по рокадным дорогам, но это значительно увеличило нагрузку на другие железнодорожные станции, потребовало автотранспорта, и Дима же не успокоился — его батальон продолжил безобразия.

С подвижной пехотой без танков справиться трудно — парни легко собираются вместе, громят немецкие пехотные части и при опасности рассредотачиваются.

А танки все заняты — они горят на моём поле. Это уже не ЧП, а разгром, почти катастрофа. Волей-неволей местные начальники доложили «наверх». Там какое-то время разбирались в ситуации и что придумали? Да отправили ещё больше танков и самолётов и приказали меня ликвидировать.

Тут смешного мало! Попробуйте улыбаться, когда враг погнал на вас две тысячи танков, чтобы вас персонально убить! Само собой с нашей стороны тоже повышали ставки.

Изначально под моим руководством бегали и стреляли больше четырёх сотен машин. Первым приехал батальон Славы Скорых, за ним с колоннами грузовиков приехали все мои стажёры. Виталик Логинов навестил штабы армий, поговорил с командармами, и они отпустили ребят спасать меня.

Но все вместе это около тысячи «рысь-2»! Больше трудно снабжать соляром с автоцистерн. Знаете, какие танки прожорливые⁈ А врагу, похоже, всё стало фиолетово, европеец попёр на принцип.

Сижу я в танке, докладывают мне о движении противника, я их складываю в уме и медленно опухаю. Как я уже говорил, насчитал более двух тысяч вражеских танков.

Практически совсем опух, и тут мне по рации сообщают, что штурмовая авиация временно передаётся нам, а враг ведёт по рации странные разговоры. Вроде, европейцы пытаются доораться до штаба и получить данные авиаразведки. У них ни у кого не получается, и немцы гадают, что бы это означало.

А ведь это значит, что нанёс Совет обороны секретный бомбовый удар по штабам! Немец, конечно, справится, но всё требует времени, а это наш шанс. Общее командование у европейца отсутствует или тупо не умеет, о движении русских танков у неприятеля нет данных.

Я прикинул, где танки врага сейчас, как расположены, исходя из положения своих, наметил место и план сражения и сразу принялся раздавать батальонам приказы.

План придумался одновременно простой и сложный. Сначала неожиданно нападает первый батальон на немца, что вырвался вперёд. Русские врага побеждают и начинают отползать, а немец, получив данные о наглых русских, ринется карать.

Вот тогда в сражение вступает второй мой батальон, за ним третий… всего у нас около четырнадцати батальонов, если посчитать те, что в дивизии Бирюкова, хотя они воюют целиком полками. Просто привыкли так парни.

А сложность плана состояла в том, что первый батальон мой собственный. Это же самая боеспособная часть, все командиры рот бояре, больше всех тотемных воинов. Клан рысей!

И кого бы я ещё послал? Костю Гаева? Его батальон и так второй, вступает в сражение сразу за нами. И суть как раз в том, что первые в этом деле смертники, потому и должны идти вперёд бояре и сильные маги.

Пока при памяти, вызвал штаб и назначил Пашу координатором наших действий с моими полномочиями. Велел передать штурмовикам координаты немецких танков, пусть кроют всех изо всех сил сами, дальше нам будет не до них. Мне сказали «слушаю».

Ну, вначале были моменты, когда я мысленно прощался со всеми. Враг тоже пустил вперёд не абы кого, задержались мы с ними. Вот пока разбирались, приблизились к нам три отряда по двести «панцирей» каждый. А у нас с Петей всего сто сорок!

Благо, что в пиковый момент Костя Гаев врезал почти охватившим нас подковой врагам во фланг. О приближении его батальона противника не предупредили, потому и воспринял он нашу атаку, как шаг отчаяния. А когда ударил Костя, враг в большинстве понять ничего не успел, умер от перепада давления и высоких температур в башнях. Меньше трети европейцев успели подумать:

— Ага! — и тоже все вскоре умерли.

Причём, это не только наша заслуга, неприятеля к тому моменту атаковали штурмовики, пикировали и сбрасывали бомбы на отдельные машины. Истребители с обеих сторон над нами устроили такую кутерьму, что даже стало страшно вылезать из танков — ещё продует от пропеллеров.