"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Блэк Петр - Страница 1340

Господин Жучирин по-русски изложил суть вопроса. Ему нужно своими глазами взглянуть на земли, что предлагаются к продаже, убедиться, что это не пустыри, там расположено некое производство.

Швед Сергею очень обрадовался и сказал, что прямо сейчас готов приехать за ним в гостиницу на своём автомобиле, самое позднее, через полчаса. Он в городке Нортелье, очень близко.

Сергей сказал, что ждёт его в номере. Он принялся проглядывать ежедневную газету из тех, что утром дала ему коридорная. Хоть и писалось по-русски, новости были все больше шведскими, тем более местные журналисты иногда путали падежи.

«Это всё-таки не Европа», — грустил Жучирин.

К счастью в двери постучали до того, как Сергей дочитал газету. На пороге обнаружился усатый господин средних кондиций с голубыми северными глазами, в пальто и вязаной шапке.

После знакомства и приветствий Улле Лундберг предложил всё сразу и осмотреть, благо, что он на машине. Серёжа согласился, быстро надел пальто и норковую шапку, и они вдвоём, спустившись по лестнице, вышли из отеля.

Машина барона вызвала в душе Серёжи усмешку. Бюджетный «Москвич»! Впрочем, Улле им явно дорожил, и Серёжа не стал его обижать. С серьёзным видом уселся на переднее сиденье рядом с бароном.

Ехали сначала по городу, выскочили на шоссе. Хотя по критериям Москвы это обычная дорога по два ряда в обе стороны, но раз барон сказал, что шоссе, не надо ничего возражать. Дорога ведь без ям и ухабов, и снег с неё убрали.

Страна не выглядела запущенной. По шоссе сновали грузовики и простые машины, там да сям высились заводские трубы, из них даже валил дым. Так же аккуратно выглядели разные леса и озёра, заснеженные поля. Но, к сожалению, всё это не совсем Европа.

По пути господин Жучирин спрашивал барона, как лучше провернуть продажу земли юридически. Швеция ведь даже не княжество. Улле же весело говорил, что наоборот, это всё может упростить. Если продажу утвердит совет лёна, Большов станет его членом со всеми вытекающими. Можно продать земли боярину напрямую, а не вносить их в некий фонд.

Сергей помотал головой и честно признался:

— Не совсем тебя понял, друг Улле. Что это меняет?

— Ну, как же! — воскликнул барон. — Если Большов будет входить в один со мной лён, и я его пристрелю на дуэли, половина моих земель мне и вернётся! А другую половину я смогу выкупить у совета, по нашим законам. И это не считая стоимости других его земель!

— Что же ты не вызовешь его без всякой продажи? — тупо спросил Серёжа.

— Нет у меня оснований для вызова, — сокрушённо молвил барон. — Королевствам безразлично его интервью англичанину.

— Тем более не понял, зачем продавать землю! — воскликнул Серёжа.

Улле снисходительно на него покосился и сказал:

— Когда Большов купит землю и войдёт в мой лён, я смогу вызвать его просто за наглую русскую морду.

— Она у него не наглая, — проговорил Жучирин.

— Один пень русская, — хмыкнул Улле. — Ну, я ответил тебе на все вопросы, маг? Смотреть землю будешь?

— Буду, — угрюмо сказал Сергей. — Но я должен сообщить об условиях Артёму.

— Ну, а для чего я тут распинался, — проворчал Улле. — Большов, и землю купит, и вызов примет. Он, конечно, совсем не слабак, но застрелить его должен швед.

— Почему швед? — уточнил господин Жучирин.

— Потому что шведы самые крутые из европейцев, — Улле улыбнулся Сергею. — Ведь этот пацан объявил Европе войну!

Сергей надолго замолчал, глядя в окно. Они съехали с шоссе к городку, дорога пошла мимо аккуратных домиков и свернула к явно производственным строениям.

— В управлении посмотришь бумаги, — проговорил барон, въезжая на парковку.

Машина остановилась. Они вышли, хлопнув дверцами. Сергей сделал два шага и почувствовал вдруг, что правая его нога поехала на чём-то скользком. Он грохнулся на спину, раскидав руки. Его ботинок был весь в чём-то липком, мягком и коричневом.

— Европа, блин! — простонал господин Жучирин.

Глава 6

Чёрная «Волга» уносила меня в Корпус. Я сидел на широком диване строгий и не выспавшийся и думал о Кате. Застряла в голове мысль:

— Вот так Катя!

А других мыслей совсем не было. Не выспался ведь. Вчера, как приехали от Перунова камня, она меня ответственно покормила, проследила, чтоб я сделал уроки, и отвела в спальню. Оттого и спать хотелось.

Долго я повторял про себя:

— Ну и Катя! — сурово глядя перед собой.

Пока не надоело. Дорога ведь долгая, устал повторять, стало стыдно. Это я так влияю на Катю, не иначе. Ну, захотелось ей посмотреть на дуэль и голову, мало ли какие фантазии посещают прелестные женские головки. Надо было пенделем под жопу отправить идиотку домой!

Нет, разрешил остаться. Хотел похвастаться? Было всё равно? Злился на неё, что она без спросу туда приехала? Ну и заблевала Катя притоптанный снег вокруг, ректор успел отскочить.

То есть вела себя Катерина как совершенно нормальная девушка. Клава и Надя отвели её в машину пить водичку и чиститься, а я даже не посмотрел на Катю — занят был с трупом боярина Бочкина. Срок же у неё в самом деле маленький.

Но дома! Она как прочитала мои мысли и стала очень строгой. Сурово смотрела, как я ем, и сама поужинала…

А старой Кате кусок бы в горло не полез! Хотя после чистки желудка оно, кажется, нормально?

Значит, покормила меня Катя. Строго смотрела, как я записываю решение заданных упражнений. Сурово отвела в кровать и велела настраиваться на тотемный транс. И… э… я сам не понял, кто, кого порабощает.

Наказал, называется, девочку! Это ж она по будильнику выкинула меня из койки. Тогда я понял только, что ещё отчего-то живой, остальное, как в тумане. Разум нехотя вернулся уже в машине по дороге в Корпус. И стало стыдно. Это точно я плохо влияю на Катеньку…

Машина остановилась у КПП. Авдей и Мухаммед сказали мне вести себя хорошо и пожелали отличных оценок. Я проговорил:

— Спасибо, — и вышел из машины.

«Волга» уехала, началась новая неделя в Корпусе. Я показал военным удостоверение и предписание и повлёкся в учебное здание. Без радости повесил шинель и шапку в раздевалке, уныло притопал в спортзал. И грустно поздоровался с Дементием Архиповичем.

Тот покивал, шнуруя кеды, и по облику его ясно становилось, что по понедельникам ему ложку говна увеличивают вдвое. Или втрое. Или с личным тоже всё непросто. Так или иначе, чертёжник быстро прибавил мне бодрости и настроил на учебный лад.

Так что уже на физкультуре я ощутил душевный подъём! Даже немного заранее. Идти ведь никуда не надо, радостный я уже стоял переодетый в майку и спортивные трусы и весело встречал своих одноклассников, а первый курс особенно ласково.

В общем, поехали, учебный процесс покатился далее без лишнего скрипа. Вот никуда, вроде, не делись тотемные близнецы, чертёжник, танки, окопы, умные предметы, но если чудеса случаются по расписанию, они теряют всё волшебство.

Только визиты Кати приносили радость по-прежнему, но они лишь во вторник и пятницу, не успеваю привыкнуть. Она смотрела на меня чудными глазами и нежно говорила:

— Вон же галочка, там ещё подпиши!

Советы одолевать я ей уже не помогаю, Катенька в большинстве случаев стала двери ножкой открывать, а в меньшинство с их секретностью я должен являться лично, никому другому они сведения не дают.

Но вот порешил я вечером в воскресенье боярина Бочкина, гордума к тому моменту уже закрылась. Так в обед вторника приехала в Корпус Катя — потребовалась моя подпись на решениях по судьбе его земель и дружины.

Я не стал заостряться на том, что раньше совсем мог в думу не ездить, с Катей же там сидел. Решил только, что, если дуэли дальше пойдут по одной, буду назначать их на вечер.

А в пятницу она приехала после обеда. Прихватила киношников, они от неё практически не отходили. Что-то боярыня Большова лично им пообещала, что сумела уговорить составить компанию. И приехала не лично ко мне, а на открытие нового тренажёрного класса.