"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Блэк Петр - Страница 1233

— Я никого не вижу, — Катэрия, обнимая детей отступила назад.

— Я чувствую их, — тихо прошептала Финисия, вглядываясь вдаль. Там, между стволов воздух будто темнел, теряя возможность проводить свет. Словно тьма следовала за ними попятам. — Я чувствую их, этих тварей, тех, кто идёт за нами…

Смолкла, пронизанная неожиданным пониманием того, кого именно она почувствовала, и едва слышно добавила:

— Люди из секты… они здесь…

— Бежим! — рявкнула Алианетта. — Быстрее! Убегаем!

И убедившись, что обе последовали её совету, бросилась прочь, замыкая их небольшую группу, то и дело бросая взгляд за плечо в глухой лес, который отвечал ей жутью. Страхом, пронизывающим страхом и не дружелюбностью, которую теперь можно было ощутить физически.

Они бежали без оглядки и уже через несколько минут стало ясно, что чутьё Финисии не подвело их.

За их спинами тот тут, то там начали появляться изгнанники: Адские гончие, Мертвоеды и даже покрупнее, как Темноносцы и Клины. Их было не так много, как около поместья, но достаточно, чтобы создать фатальные проблемы. Они шли по их следу, они пускали слюну и рычали, охваченные кровавым азартом охоты.

Изгнанники нагоняли их. Неотвратимо и уверенно, когда становилось понятно, что им не уйти. Не убежать, как бы быстро они не бежали и не прятались.

Для них это был конец. И Алианетта это чётко понимала, как не могла не понимать и Катэрия.

Говорят, что семейные ценности проявляют себя в судьбоносный час, когда ты готов ответить, как много готов отдать за своих близких, за свою кровь и плоть, заплатив за это самую высокую цену.

Алианетта взглянула на сестру с детьми, взглянула на Финисию, которая спасала своего младшего слегка туповатого брата. Они все спастись не смогут, кому-то придётся принять бой, чтобы выиграть ещё немного времени. И в этот момент Алианетта могла чётко ответить себе на вопрос, на что она готова пойти ради семьи.

С трудом сглотнув, она резко остановилась, обернувшись к преследователям и выпустив из рук её любимое оружие, электрические хлысты.

Воздух наполнился запахом озона. Вокруг заплясали разряды маленьких, словно трава молний, которые осветили тёмный лес. И почувствовав это, Катэрия резко обернулась, едва не запнувшись.

— Али! Али, нет!!! — она была готова броситься обратно, но встретилась взглядом со сестрой. Уверенным и жёстким, которая не сомневалась ни на мгновение.

— Я отведу их в другую сторону! — рявкнула она. — Выиграю вам время и нагоню!

— Али…

— Не глупи, убегай, спасай детей! Давай! — рявкнула та и сделала шаг навстречу изгнанникам.

Катэрия металась. Металась между тем, чтобы броситься на помощь своей сестре, той, с которой она прожила бок о бок столько лет, и тем, чтобы продолжать бежать ради собственных детей. Пыталась выбрать между одним дорогим человекам, и двумя другими. Но зажмурилась, развернулась и побежала прочь, прижимая к себе детей.

Алианетта бросила на скрывающиеся спины взгляд, улыбнулась и покачала головой. Её старшая, но дурная сестра… и в душе она наконец почувствовала, что прощает ей всё, все её ошибки и поступки. Прощает и хочет сказать, чтобы та больше никогда не оглядывалась назад. Потому что она её очень любит, любит её больше себя.

Потому что она её семья, единственная и самая любимая…

— ДАВАВЙТЕ, СВОЛОЧИ! ДАВАЙТЕ! ВОЗЬМИТЕ МЕНЯ ЕСЛИ СМОЖЕТЕ!!! — завизжала она, бросившись навстречу изгнанникам. — ДАВАЙТЕ!!! ЖРИТЕ, ТВАРИ!!!

Кнут метнулся вперёд, разрезав Адскую гончую напополам. И тут же второй стянул Клина, по рукам, парализовав его током. Возникшее копьё за её плечом, пробило ему голову, и через мгновение взорвалась техника, накрыв сразу трёх изгнанников, убив тех в мгновение ока.

Алианетта начала свою охоту, возможно, последнюю в своей жизни. Это будет славная охота…

И она не видела, как Катэрия бежала, заливаясь слезами, которые мешали ей смотреть вперёд. Умудрялась бежать и реветь. Ей было слишком за сегодня, попрощаться сразу с двумя близкими людьми. И если одну потерю она могла пережить, то две… это было слишком…

Но остановиться она не могла. Не могла предать сестру, которая отдала всё чтобы они смогли выжить. И потому Катэрия вздрагивала каждый раз, когда за спиной слышался грохот разрядов, который становился всё тише и тише. Всё дальше и дальше.

И она так боялась, так дрожала и не могла сосредоточиться на происходящем, что очень скоро осознала, что бежит одна. Финисии рядом не было. Не было и Калена. Катэрия бежала одна по глухому лесу, потеряв совсем всех.

Она остановилась в ужасе, оглядываясь по сторонам.

Финисия! Где Финисия⁈ Как они смогли разделиться⁈

Страх вновь сковал её сердце. Катэрия лихорадочно оглядывалась по сторонам, пытаясь разглядеть или хотя бы услышать её, но вместо этого слышала лишь тишину, нарушаемую поскрипыванием деревьев и шелестом листвы.

Теперь она была действительно одна.

Катэрия разрывалась между тем, чтобы начать звать Финисию на всю округу и бежать дальше. Но бежать дальше… она… она не могла. Не могла заставить себя сделать это, и бросить её на произвол судьбы. Она уже оставила всех, кто был ей дорог, и не могла бросить эту девушку, немного странную, вечно смущающуюся, которая была всегда скромна и приветлива. Не могла бросить её на растерзание этим тварям вместе с братом.

Но и поделать ничего не могла. У неё были дети на руках, были её дочери, которых она была обязана защищать. Броситься с ними на руках — это погубить обеих и себя, обесценив жертву Марианетты и Алианетты.

И в тот момент, когда Катэрия пыталась решить для себя, что делать, спокойный лес разрезал громкий вскрик. Где-то в стороне, не так далеко, чтобы не добежать. Но не с дочерями же? Она не может их оставить, и не может оставить Финисию с братом…

Быстр оглядевшись, Катэрия побежала к большому дереву, корни которого создавали небольшую норму, и посадила туда детей. Изгнанники их уже не преследовали, а значит эти твари не должны добраться до них.

— Я скоро вернусь, а вы ни шагу отсюда, ясно? — произнесла она тихо. — Помните, как играли в прятки? Вот так же и здесь, спрячетесь и молчите, как будто вас здесь нет, хорошо?

— Мама… — прохныкала Дора.

— Ждите, мама скоро вернётся, — улыбнулась Катэрия. — Я очень скоро вернусь, а вы покажите, какими незаметными и тихими можете быть.

И бросилась бежать на вскрик, который очень скоро вновь повторился, молясь во всё, во что верила, чтобы успела. Успела достигнуть Финисии и с её драгоценным сокровищем ничего не случилось. Сейчас она была готова отдать все дары в мире, чтобы до её дочерей никто не добрался.

Финисия бежала первой и даже не заметила, как в какой-то момент заплаканная Катэрия, не различая дороги, свернула налево, а она направо. Да и она была заплаканной, потому сама не сразу поняла, что они разделились. А когда поняла…

Было уже поздно.

Ледяная стена, несколько выбивающаяся посреди зелёного и мрачного леса, внезапно преградила ей дорогу вперёд, заставив ту остановиться. Финисия в ужасе с сердцем, которое выдавало, наверное, все двести ударов в минуту, остановилась, озираясь по сторонам.

Что? Где? Кто? Как?

Вопросы беспорядочно разлетались в её голове, когда она озиралась по сторонам, прижимая к себе брата, и потому не сразу заметила между деревьев фигуру, которая спокойной походкой приближалась к ней. Лишь когда та вышла вперёд, будто из тени, Финисия смогла сфокусировать на ней взгляд.

— Быстро же ты бегаешь, Финисия Барбинери, — улыбнулась девушка. ­ Ещё и с великовозрастным братом.

Финисия инстинктивно сделала шаг назад, и уже бросилась влево, как путь ей преградила другая ледяная стена.

— Куда-то собралась? — улыбнулась Минали. — Не надо убегать. Обещаю, что смерть будет быстрой и безболезненной.

И прямо из пальцев выпустила в неё небольшую сосульку, которая воткнулась Финисии прямо в плечо, заставив ту вскрикнуть от боли и выронить брата на землю. А Минали медленно приближалась с таким лицом, будто ничего и вовсе не происходило.