Локи. Дилогия (СИ) - Горъ Василий - Страница 70

- Доброе утро! А который час?

- Восьмой! – хором ответили мы, пряча пылающие лица.

Мелкая сладко потянулась и открыла краник резервуара с вопросами:

- А порубежницы делают утреннюю зарядку? А можно нам с Анькой потренироваться вместе с вами? А если мы быстренько научимся обращаться с ножами, Ярослав подарит нам такие же клинки, как Насте и Лизе?

Пока отвечали на первый десяток, открыла глаза вторая Титова и забросала нас своими вопросами. Пришлось объявлять общий подъем по спальне и гнать мелочь в ванную. Совершать обязательные гигиенические процедуры и «готовиться к утренней зарядке».

Честно говоря, в наших с Забавой планах зарядки не было. Однако быстро появилась, чтобы хоть на время прервать сразу два неудержимых потока бесконечных «Как», «Где» и «Почему».

Не знаю, как Панацея, а я начала разминаться в ленивом режиме. Однако минут через десять бесконечных объяснений постепенно разошлась и вдруг поняла, как сильно мне не хватало привычной нагрузки! С этого момента я начала вкладывать душу во все, что делала. И пусть отвлекаться приходилось намного чаще, чем хотелось бы, все равно выкладывалась по полной программе. А ближе к концу базовой разминки почувствовала, что хочу еще, поймала взгляд подруги, увидела в нем аналогичное желание, быстренько показала Татьяне «очень важное упражнение, позволяющее подготовиться к отработке ударов ножом», и отправила ее в ближайший угол.

Для того, чтобы свернуть ковер и опустить стол в соответствующую нишу, потребовалось чуть больше минуты. На перемещение дивана и кресел к боковым стенам еще две. А уже через пять мы с Забавой сошлись в центре гостиной и атаковали. Пусть не в полную силу, но достаточно серьезно.

К моему удивлению, «военный врач с реальным практическим опытом» оказалась на редкость умным, быстрым, жестким и целеустремленным бойцом. Несмотря на солидную разницу в весе, росте и длине рук, она переигрывала меня по всем статьям. Причем настолько легко и непринужденно, что это моментами вызывало оторопь. Само собой, я пробовала трепыхаться – работала от атаки и от обороны, пыталась давить массой и брать скоростью, меняла дистанцию и «перебиралась» в партер, однако без особого толку. Нет, Беклемишеву я доставала, и достаточно регулярно, а раза четыре поймала на бросок. Но по сравнению с тем, что со мной вытворяла она, эти успехи выглядели бледновато.

Что интересно, ее явное преимущество чувствовала только я – определившись с моими возможностями, она начала «подыгрывать». В смысле, превратила бой в тренировку, во время которой мне раз за разом предлагались условия «боевой задачи», которую надо было правильно решить. Вот я и «решала», наслаждаясь исключительно плодотворным взаимодействием с лучшим спарринг-партнером, с которым когда-либо приходилось работать. И нарабатывала новые рефлексы. Причем настолько вдумчиво и добросовестно, что в какой-то момент начала уставать. Нет, не физически, а морально. И удивилась снова – как-то почувствовав эти изменения в моем состоянии, «наставница» забила на преподавание и превратила в спарринг в балаган, за какие-то две минуты четырежды поймав меня на очень красивые броски, разок «отдавшись» на такой же и завершив шоу удушением, в котором пострадавшей стороной оказалась она!

- Забав, я тебя обожаю! – еле слышно выдохнула я ей на ухо сразу после того, как сестры Титовы начали восторженно верещать и подпрыгивать. И от избытка чувств прикоснулась губами к ее затылку, благо взаимное положение позволяло. – Ни разу в жизни не получала такого фантастического удовольствия от тренировочного боя!

- Драться с Локи еще приятнее! – так же тихо сообщила она. И «мечтательно» мурлыкнула: - У него та-а-кие нежные болевые…

Поговорить о «нежных болевых» нам, к сожалению, не дали. Сначала мелочь, увязавшаяся за нами в ванную и ни на миг не прекращавшая задавать вопросы все то время, пока мы принимали душ и приводили себя в порядок. А потом и сестры Шереметевы, выбравшиеся из спальни спящими на ходу, но плавящимися от счастья и желания нас отблагодарить. И если неуемное любопытство первых можно было просто перетерпеть, то искренность чувств вторых как-то уж очень сильно зацепила за душу и… вызвала легкую зависть. Так что я даже расстроилась, когда Забава подхватила обеих под локотки и утащила в медблок «лечиться».

Проводив взглядом эту троицу, я вернула стол в штатное положение и устроила Титовым курс молодой хозяйки. В смысле, натравила их на терминал ВСД, принялась контролировать процесс сервировки стола и изредка выдавала ценные указания. А сама вспоминала иносказания Шереметевых и представляла себя на их месте. Слава богу, фантазировала не так уж и долго, поэтому Локи, внезапно возникшего на пороге, встретила радостной улыбкой и почти не покраснела. Потом окончательно взяла себя в руки, объяснила, где все остальные, сообщила, что он вовремя, и… основательно загрузилась, увидев в его глазах легкий холодок.

- Даш, для тебя, меня и Забавы завтрак отменяется: у нас по плану небольшая прогулка по кораблю, перед которой наедаться не стоит… - как-то уж очень деловито сообщил он. В этот момент в гостиную ворвалась уже «реанимированная» Шереметева, и он повернулся к ней: – Лиза, нас не будет часа три-четыре. Вы с Настеной остаетесь за старших. Чтобы юные воительницы не скучали, положите их в УТК и поставьте какую-нибудь учебно-тренировочную программу по стрельбе или чему-нибудь в том же духе. А сами можете побездельничать.

Взгляд, брошенный на входную дверь одновременно с последней фразой, менял ее смысл на противоположный, и Шереметева, посерьезнев, коротко кивнула.

- Прошу прощения, если нарушил ваши планы, но дело превыше всего… - спохватился он и повернулся ко мне: - Беги готовиться, а я схожу за Забавой…

…Ворвавшись в спальню, Беклемишева сорвала с себя халатик, сняла с бедра кобуру с игольником и принялась одеваться. Плотное белье, игровой комбез, ботинки, БРС-ка, оружие – все это занимало свои места вроде бы без спешки, но очень быстро. В том же стиле был протестирован игольник, проверен тип заряженных игл, пересчитаны запасные магазины и осмотрен тот минимум медоборудования, инструментов и медикаментов, который был распихан по кармашкам боевой разгрузочной системы. После этого Забава «перешла в режим ожидания» и вопросительно уставилась на Локи.

Тот качнулся взад-вперед, похрустел суставами пальцев и заговорил:

- Я тут еще раз проанализировал все, что сделал с момента обнаружения хакера, и насчитал столько недоработок, что хочется застрелиться. Но самоубийство крайне неконструктивный метод исправления собственных ошибок, поэтому пришлось придумать альтернативный.

- Что за недоработки? – насмешливо поинтересовалась Забава, не согласная с его самоуничижением.

- Максимум через двое суток после того, как блок МС-связи начнет посылать сигналы бедствия, на корабль ворвутся абордажники. Их встретят пустые коридоры, заблокированные двери и, если повезет с местом высадки, трупы. Сначала парни будут настороже, поэтому начнут вскрывать каюты по-боевому, то есть, с применением спецсредств. Но, не встретив никакого сопротивления и пообщавшись с первой сотней-другой спасенных, вероятнее всего, расслабятся, решив, что злоумышленники, выбившие «Левиафан» из гипера, добились неких целей и уже далеко…

- А потом нарвутся на парочку насильников или троицу, блокированную в ходовой рубке… - подхватила я. – Сами, конечно, не пострадают, но заложников могут и потерять.

- Угу… - кивнул он. – И если это произойдет до того, как они заявятся к нам в гости, то визит получится о-о-очень веселым. Чего хотелось бы избежать. Кроме того, есть ненулевая вероятность того, что на зов о помощи первыми прилетят не спасители, а сообщники людоловов. И облегчать этим тварям поиск нашей каюты как-то не хочется. Короче говоря, я решил оставить на каждой палубе по посланию с интригующим началом и небольшим квестом, при прохождении которого можно будет узнать точный адрес «техподдержки».

- Ты думаешь, что спасатели захотят бегать по лайнеру и выполнять пусть даже очень интересные задания? – хором спросили мы.