Локи. Дилогия (СИ) - Горъ Василий - Страница 118

- Что, и вас не пожалел? – донеслось откуда-то справа, и я, развернувшись на месте, ошалело уставилась на третью жертву садиста.

Нет, в том, что Логачев может замучить кого угодно, я нисколько не сомневалась. Просто не думала, что его способности распространяются даже на космические симуляторы. А Ульяна, все пять часов занятия «летавшая» по его программе, выглядела, как оживший труп. Хотя нет, хуже – в ее глазах еле теплилась жизнь, носик с горбинкой уныло смотрел в пол, а плечи безвольно повисли.

Я помнила себя точно в таком же состоянии, поэтому сделала голофото ее лица и скинула его в личку к Локи. А когда получила ожидаемый ответ, мягко улыбнулась:

- Это был тест для пилотов-порубежников, намеренно усложненный до безобразия. И ты его прошла!

- Прошла? Не смеши: меня сбили восемнадцать раз!!!

- Во время аналогичного теста я совершила семьдесят две ошибки. Но в каждом бою выкладывалась до предела, поэтому заслужила уважение ребят и, как видишь, получила место в команде!

- Ты хочешь ска-…

- Цитирую Логачева: «Пилот экстра-класса! Я в восторге. Готов носить на руках…»

Телепнева недоверчиво заглянула мне в глаза, поняла, что я не шучу, и воспрянула духом:

- Ему действительно понравилось, как я летаю?!

Я утвердительно кивнула, подхватила ее под локоток и потащила в ванную. Там «воспитание» продолжилось, только первую скрипку стала играть Забава. Сначала прочитала лекцию о психологии порубежников, как таковых. Затем перешла к характеру Ярослава и достаточно подробно описала его поведение в «стандартных ситуациях». А когда закончила и с этим, объяснила, какие отношения внутри команды мы считаем нормой. При этом пребывала в режиме врача, то есть, не обходила острые углы, рубила правду-матку и не задурялась с подбором выражений. Как и следовало ожидать, результаты не заставили себя ждать – к концу водных процедур Ульяна практически перестала комплексовать и сделала правильный вывод:

- Получается, что ваша привычка жить текущим мгновением не только упрощает жизнь, но и делает ее в разы ярче, насыщеннее и теплее?

- Ага! – кивнула я. – Когда живешь в шаге от смерти, привычно делишь окружающих на своих и всех остальных. В своих вкладываешь всю душу без остатка и наслаждаешься их теплом, любовью и заботой. А всех остальных просто не замечаешь.

- Кстати, о заботе… - перебила меня Забава и пристально уставилась на Телепневу. – Слышь, подруга, когда ты в последний раз делала что-нибудь типа «КПГ»?

Ульяна пожала плечами:

- В прошлом августе, во время отпуска. Да, я знаю, что одной процедуры в год недостаточно, поэтому каждое утро принимаю контрастный душ.

Я мученически закатила глаза, а Панацея разозлилась не на шутку:

- Превращать сиськи в тряпочки, а ляжки с задницей в холодец я тебе не позволю! Три следующие недели ночуешь в медкапсуле, после каждой водной процедуры втираешь в кожу крем, который я сейчас синтезирую, и заливаешь в медблок своего ТК во-от эту программу…

- Да кому я ну-… - начала, было, Телепнева, но наткнулась на ее бешеный взгляд и сглотнула.

- Мы живем не только текущим мгновением, но и одной жизнью на всех! В этой жизни море тепла, любви и заботы, а слабостей, комплексов и страхов нет. Вообще нет: любые проблемы решаются сообща и сразу, чтобы в монолите команды не было ни одного изъяна. И если ты своя, то лучшая из лучших! Причем и для нас, и для всего окружающего мира. Делай выводы…

- Я своя! – твердо сказала Ульяна, затем развернула плечи и уверенно продолжила: - Я избавлюсь от всех слабостей, комплексов и страхов. И буду делать все, что вы считаете нужным. Даю слово!

На этой не самой мажорной ноте мы выбрались из душевой кабинки, оделись в домашнее и, подгоняемые зверским голодом, рванули в гостиную. А когда сдвинули в сторону дверь и обнаружили за столом «наших» ИСБ-шниц, возмущенно поинтересовались:

- Ну, и где вас столько времени носило?!

«Подсадные утки», после награждения на Новом Киеве «получившие заслуженный отпуск», прилетевшие на Белогорье, поселившиеся у нас дома и почти три недели принимавшие активное участие в Большой Игре, потемнели взглядами и совершенно одинаково вздохнули. А затем заговорила Света Вахрамеева, сидевшая за столом как-то наперекосяк:

- До Тихвинской базы долетели спокойно. Доложились начальству, получили очередные ценные указания и отправились обратно. А перед пригородами попали в засаду. Флаер грохнулся на землю метров с пятисот, но гравикомпенсаторы отработали штатно, и мы почти не пострадали. Потом пришлось немного пострелять. До взрыва светошумовой гранаты и начала атаки штурмового дроида. Через какое-то время, вроде как, подоспели бойцы группы подстраховки и раскатали этих тварей в блин, но мы этого уже не видели – были без сознания. Пришли в себя только сегодня, перед визитом Большого Начальства. Узнали, что провалялись в медкапсулах шесть суток, и получили приказ нажраться стимуляторов, собраться с силами, слегать к вам в гости и попрощаться, ибо поставленная задача выполнена, и в нашей компании вы больше не нуждаетесь.

- Клинические диагнозы есть? – спросила Забава, получила оба файла, эдак минуты полторы изучала их прямо в окне ТК-шки, а затем успокоено махнула рукой: - Неприятно, но терпимо – дней через двадцать будете здоровее, чем были.

- Нам так и сказали.

- А еще наградили «Аннами» четвертой степени, повысили в званиях и перевели в другой отдел… - продолжил Локи, едва заметно выделив интонацией два последних слова.

Прекрасно понимая, что должен был значить перевод в другой отдел для «подсадных уток», люто ненавидевших и службу, и непосредственное начальство, мы с Панацеей радостно заулыбались и рассыпались в поздравлениях. А эта парочка, дав нам выговориться, грустно улыбнулась:

- Времени у нас немного – на крыше ждет разъездной флаер ведомственного госпиталя с дежурным врачом – поэтому скажем самое главное. Мы вам должны по гроб жизни. Что бы ни понадобилось, обращайтесь. Хоть завтра, хоть через двадцать лет. И не поминайте лихом, ладно?

- С одним условием: если что-нибудь потребуется вам – набираете без колебаний. Благо личные контакты у вас есть… - заявила Беклемишева, заметила, что по щекам Нины покатились слезинки, и заворковала: - Девчат, вы чего?! Мы же всегда на связи! Или…

- Никаких «или»! Отличный отдел, толковое начальство, неплохие перспективы… - не дав ей высказать догадку, уверенно перечислил Логачев и потрепал Свету по волосам. – Просто никак не могут поверить в то, что все закончилось. Вот и ревут, почем зря.

ИСБ-шницы подтверждающе кивнули, заставили себя успокоиться и начали расспрашивать нас о последнем покушении и «шоу» в «Перепутье». Тут я не удержалась и выплеснула наружу все то, что кружило голову почти двое суток:

- Вы спрашиваете не о том. Главная новость последних дней – Большая Игра закончена, а мы свободны, как ветер! Второстепенная – позавчера Ярику вручили золотое оружие с бриллиантами и, как кавалера «Георгия» второй степени, произвели в полковники гвардии. Третьестепенная – мы с Забавой теперь майоры и никак не нарадуемся на золотые наградные «Мангусты». А еще в нашей команде пополнение…

…Состояние здоровья ИСБ-шниц оказалось куда хуже, чем казалось со стороны – через несколько минут беседы Гордеева вдруг побледнела и начала сползать под столешницу, а Вахрамеева, «поплыв» взглядом, сообщила, что дежурный врач в панике и требует поднять Нину к флаеру! Осмотрев несчастную и сделав пару анализов, Беклемишева подтвердила необходимость срочной госпитализации, поэтому Локи поднял бессознательное тело на руки, отнес на крышу и передал и в руки специалиста. Машина тут же вспыхнула тревожной иллюминацией и сорвалась с места. А мы, проводив ее взглядами, спустились обратно в гостиную, попадали вокруг стола, выбрали близлежащий ресторан и нехотя сделали заказ.

На душе было не очень, поэтому я прикипела взглядом к таймеру терминала ВСД и гипнотизировала его взглядом до получения сообщения в личку. Кинув взгляд в поле «Отправитель», прочитала коротенький вопрос и мысленно хмыкнула, наткнувшись взглядом на слово, выделенное жирным шрифтом: