"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 1257

Минуты две у меня ушло на то, чтобы с трудом пару раз провести подбородком вниз и вверх. Он каким-то образом может лишать меня голоса – а при таких условиях разговора не получится. Все еще не веря в происходящее, я тихо спросила:

– Но как? Что произошло?

Рисунок повел мордастой головой – видимо, обдумывал ответ:

– Сам точно не знаю. Твои проклятия плюс их заклинания – и их мощь, скажу я тебе, была немыслимой. Я старался напоследок хотя бы никого из студентов не убить, поэтому пытался обратить трансформацию. Но все сразу пошло наперекосяк. Дракона нельзя поджарить каким-то там внешним огнем – ты сама лучше других это знаешь. Смешно тебе было слушать, что расследователи по куче пепла решили, что меня сожгли? Тут все безмозглые, или специально для меня так совпало?

Я об этом думала, но не слишком глубоко – у меня вообще хорошенько подумать до сих пор не получалось. А сейчас настало лучшее время для начала рассуждений:

– Но… откуда же пепел? Да там такой взрыв был, что во всей академии люди проснулись!

Показалось, что дракончик растянул рожицу в улыбке:

– Мне было не выкрутиться. Ты попробуй боевую форму величиной со здание резко уменьшить, ничего при этом не спалив? Выброс энергии, мгновенная перестройка гена, колоссальный объем магии и все такое. М-да, жаль, что вы генетику оборотней не изучаете – увлекательная наука.

Сейчас болтовня на посторонние темы была крайне неуместна, и я поторопила:

– Так просто скажите – вы живы или нет?

Дракончик опустил мордочку и вздохнул:

– Жив, но сильно пострадал. Я выжигал свою боевую форму изнутри, чтобы остановить трансформацию, но эти гады умело били прямо по нутру. А если повредят его, то мне конец в любом облике. С резервом я могу со временем отрастить любую форму, без него от меня уже ничего не останется. Но я даже уйти от ударов не мог – зажали в кольцо. Вообще ни единого шанса, а потом часть меня дернуло куда-то в сторону. Несколько часов ушло на то, чтобы освоиться. Скажем откровенно, не худший вариант из тех, что мне предлагались. А тебе как, студентка Мартос?

– Не очень, – выдавила я. – Я прям-таки против. Рада, что вы целы… Сильно рада и почти целы. Но прятались бы себе на ком-нибудь другом.

Сат на этот раз ответил серьезно:

– Уж поверь, не я это выбирал. Скорее всего та самая привязка не до конца пропала – она меня как веревкой из пекла и выдернула.

Я охнула. Не та самая! Мы с Валисой предприняли жалкую попытку – и, вкупе с мешаниной других заклинаний, она сработала в таком виде. Или же мы попали крючком в пробоину и через нее вытянули скорчившееся драконье нутро из зоны ударов. Признаюсь в этом когда-нибудь потом – к тому же, это не так уж и важно. Мы пытались ему помочь – так или иначе, но помогли.

Я медленно вдохнула и выдохнула, пытаясь окончательно прийти в себя. Обращаться к рисунку на коже уважительно невозможно без смеха, но я делала над собой грандиозные усилия:

– Ладно, иор. Теперь разворачивайтесь обратно в человеческий или любой другой облик, расплачивайтесь с нами за очередную услугу и бегите наказывать своих обидчиков. Рада вас приветствовать и давайте скорее попрощаемся!

– Нет, – огорошил он, а после паузы соизволил пояснить: – Во-первых, куда удобнее узнать все о своих убийцах, когда они списали меня со счетов. Во-вторых, замотало уже быть ректором, давно в отпуск хочу. И самое главное, я понятия не имею, как это сделать. Меня к тебе припечатало смесью с ведьмовской магией – вероятно, и отделить можно только с ее помощью. Я уже говорил, что наше взаимодействие ведет к весьма странным последствиям. Когда уже пятница и новые эксперименты?

– Господин Дикран, вы издеваетесь? – поинтересовалась я. – Давайте как-нибудь кочуйте куда угодно! Вы не можете ползать по мне, это отвратительно! А если я в туалет захочу?

Тут же зарделась, осознав, что он наверняка и при этом интимном занятии присутствовал. Сат шутливым тоном произнес:

– Похоже, нам уже можно переходить на ты. Хватит жалеть себя, Ирис, я сейчас в более печальном положении.

Засыпала я в ту ночь, исследуя совершенно новое чувство – счастливое негодование. Да, я была счастлива, что ректор оказался жив. И пусть не здоров, но хоть с надеждой на будущее восстановление. Однако я совсем не готова того радостного праздника ждать в такой близости с ним! Мы даже не друзья, чтобы я из сочувствия так страдала! Он согласился переползать мне на ладонь в некоторые моменты, чтобы я могла зажать его в кулаке и не допустить подглядываний. Но все равно это жутко неловко. А вдруг мы обратное заклинание никогда не найдем, то мне до конца дней так мучиться?

И с этим можно смириться, ведь есть и реальная угроза жизни – если кто-то узнает, где скрывается эйр, то меня беспощадно уничтожат вместе с ним. В намерениях его врагов я совсем не сомневалась. Выходило, что от сохранения этой тайны зависело уже не только его благополучие.

Глава 5

Я неплохо потешила чувство собственной важности, когда девчонки принялись уговаривать меня остаться с ними в комнате – они практически умоляли! Но я строила из себя оскорбленную деву и отнекивалась. Так боялась, что кто-то раньше времени разгадает мой секрет. Была и другая причина для желания уединиться: Сат мог слышать любые наши разговоры, а я пока вовсе не уверена, что он на стороне ведьм. Последние события перед его недоубийством говорили о прямо противоположном.

– Я уже в порядке, не волнуйся за меня, – обратилась я к Валисе, поскольку именно она здесь принимала итоговые решения.

– Больно надо! – Она насупилась и отвернулась к окну. – Катись куда хочешь, мы тебя и так с трудом терпели. Поразительно, что ты действительно быстро в себя пришла после гибели любовничка!

Под лопаткой защекотало. Склоняюсь к тому, что такое ощущение создавалось в тот момент, когда господин ректор изволят-с ухохатываться. Ему я и ответила – до мнения старосты мне не было дела:

– Ты этим словом всех мужчин называешь, которые мимо пробегали? Видела же моего Андая – какая дура такого красавчика на заносчивого старикашку променяет?

Щекотка под лопаткой исчезла, зато зачесалось над поясницей. Валиса не была бы собой, кабы не фыркнула:

– Этот старикашка всему молодняку фору дал бы… – сказав это, она вновь поникла. – И все же до слез печально. Он так старался нас понять – и просто не успел. Клянусь, узнав его, я уже и к другим эйрам не смогу относиться как раньше, ведь ясно, что и среди них попадаются хорошие ребята. Может, один на тысячу, но попадаются…

Белс резонно заметила:

– Да их всего пара сотен осталась. Так что не исключено, что последний приличный и канул в небытие. Но зря вы так верите предположениям господина Риндея! То, что ястребы считают свои слова правдой, не означает, что они всегда правы. Он даже не расследователь! Давайте думать, что господин Дикран похищен или… А не сбежал ли он сам, не желая больше занимать ненужную должность?

Девчонки закивали, ведь было приятнее и проще верить в это. Одна Валиса, которая все видела собственными глазами, не пошевелилась. Я пока не имела права ее утешить, но возникло острое желание позвать ее для разговора и обо всем рассказать. Эту мысль я и обсудила с драконом, когда мы остались наедине, а маленькое изображение переползло для удобства на мою руку.

– Сат, – я решила обращаться к нему только так. Ведь действительно, нелепо официальничать с тем, кто иногда ночует на твоей ягодице или на животе. – Рано или поздно нам понадобится помощь других ведьм, в одиночку я физически не справлюсь с той задачей, которую ты ставишь. Мы работаем связками и ковенами – и в этом наша сила.

– Знаю, – произнес он. – Но чем меньше людей посвящены в тайну, тем надежнее она спрятана. Для начала надо определиться, что вообще делать, а уж потом примемся сыпать чистосердечными признаниями.

И он был прав, и сострадание к Валисе не ослабевало. Но выходило так, что теперь я была вынуждена думать не только собственной головой, оттого и приходилось учитывать мнение этого хладнокровного эгоиста.