"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 441

— Хозяин. — Себастина привлекла моё внимание к проулку возле большой булочной лавки, в котором стоял внушительных размеров грузовой стимер.

— Реквизируем транспорт!

Солдаты сломали замок и набились в кузов, пока мы с Себастиной устраивались в кабине. Третье место заняла Крюгер.

— О, агент, вы живы, — заметил я, — какая прелесть.

— Стимер холодный, митан, пока котёл выработает достаточное количество пара, может случиться всё, что угодно.

— Отстаёте от жизни, Крюгер, в этой модели установлен улучшенный алхимический аккумулятор, а значит, есть чем расшевелить трансмиссию. К тому времени, когда он выдохнется, турбина должна заработать.

Тяжёлый грузовик медленно стронулся с места, в то время как нагревающий элемент только-только начал кипятить воду в котле. Давить на пар было опасно, так что пришлось ограничиться средней скоростью езды.

Задолго до подхода к постройкам аэровокзала на улицах стали показываться горожане из числа тех, кого Гоханраталу ещё не успел поглотить. Напуганные люди, люпсы, авиаки и многие иные, робко высовывались из своих укрытий и смотрели ввысь, в свинцовое небо, где потоки черноты сталкивались со стаями миног в кровавом противоборстве. Некоторые горожане пытались привлечь к себе наше внимание, но я бил по сердцевине рулевого колеса, заставляя клаксоны тревожно взывать. По моему распоряжению Крюгер кричала в окно, чтобы все выжившие бросали дома и бежали к аэровокзалу. Спасать гражданское население как-то ещё в сложившемся положении было невозможно и чревато гибелью для всех подчинённых со мной в придачу.

Тогда как большая часть Кэлмонара обезлюдела, аэровокзал всё ещё был оживлённым местом. За несколько суток до начала всего этого бедлама, я запретил приём и отправку любых дирижаблей, чем вызвал тихий ропот среди торговцев и авиаперевозчиков. Распоряжение больно ударило по их карманам и они роптали бы громче, кабы осмелились. К сожалению, когда Гоханраталу проявил себя, некоторая часть его сущности атаковала именно аэровокзал как самое большое скопление душ. Рабочие, охрана, матросы, застрявшие в городе пассажиры и небольшой отряд солдат Имперры, через силу отбивались, пока стая летучих миног не отхлынула в сторону центра города. Похоже было, что божеству понадобились все силы для встречи с Беххеридом.

Капитан Макаров, командовавший оставленным на аэровокзале подразделением, доложил о потерях личного состава и о сложившейся обстановке, после чего получил распоряжение объявить о готовящейся эвакуации. Также я передал ему оставшихся солдат для обеспечения контроля над порядком. Составленные на ходу инструкции гласили, что все гражданские суда, пассажирские и грузовые, должны были принять на борт как можно больше подданных. Тем же, кто желал поскорее убраться из разрываемого потусторонними силами Кэлмонара, я приказал оставить лишние пожитки, обойтись документами, деньгами и небольшим запасом продовольствия, так, на всякий случай. Макаров отправился выполнять поручение, а мы с Себастиной и, так получилось, агентом Крюгер, встретились с начальником аэровокзала, который сопроводил нас на диспетчерскую вышку.

Поднявшись на высоту, я полностью окунулся в картину творящегося безумия. Две стихии сражались над городом, разрывая друг друга на части, тёмное небо сотрясали раскаты грома и глубокий, пугающий до судорог скрежет. Чародеи-диспетчеры, в обычное время контролировавшие прилёт и отлёт дирижаблей, сообщили, что гнетущая астральная тень, мешавшая свободному проходу ментальных сообщений, немного ослабла. Вместе с тем они чувствовали рост другой, порождающей в душах ужас силы, которая, однако, не препятствовала сообщению. Я приказал установить связь с бортовым магом "Остроги".

— Рад слышать вас, митан, — раздался в голове голос Капельромаута.

— Доложите обстановку.

— Держим дистанцию, ждём подхода эскадры. Приблизительное время подлёта адмирала л'Голнорэ час с четвертью при попутном ветре. Постоянно устанавливаем связь и уточняем данные.

— Долго, — ответил я, понимая, что это ничего не изменит. — Летите к аэровокзалу, зависните и ждите распоряжений. Мы начинаем погрузку на дирижабли тех немногих, кто выжил, и присутствие военной машины может помочь в борьбе с паническими настроениями.

— Понимаю.

Конечно, он понимал. Вися в воздухе, Капельромаут мог как никто ясно представлять масштабы творящегося беспредела.

— Митан, мы видим, как эти… не знаю, две силы… Они уже сравняли с землёй кафедральный собор и продолжают крушить город. Что-то огромное и неясное переплетется со стаями этих тварей и… это похоже на чернильное облако. Там небезопасно, возможно вам будет лучше немедленно подняться на борт "Остроги" и подождать адмирала в относительной безопасности? В конце концов, кто знает, когда эти силы доберутся до аэровокзала?

— О, я бы предпочёл сейчас быть за сотни километров отсюда, но, боюсь, долг диктует иное. Я останусь на земле и прослежу за эвакуацией.

Если даже грозный вид ощетинившейся пушками "Остроги" не пресечёт потенциальную панику, то останусь только я со своим Голосом.

Посадка на дирижабли пошла спокойнее, когда одного из воздухоплавателей отвели в сторону и расстреляли за попытку незаметно выманить у пассажиров деньги, якобы в обмен а более комфортные условия путешествия. Людей, люпсов, найтингеров, сальвинго и немногих других разумных поднимали к воздушных кораблям на лифтах швартовочных башен, и при этом бросалось в глаза то, что среди них почти не было авиаков. Пернатые смылись при первой возможности, пользуясь данными природой крыльями и оставив за собой лишь старых и больных сородичей. Вообще-то они не любили летать в непогоду, одежда и крылья намокали, сковывали, тянули к земле, а уж если кто забыл избавиться от металлических предметов, то удар молнии являлся вопросом времени. Но страх перед творившимся безобразием пересилил естественную осторожность. Я поминутно прибегал к помощи Голоса, чтобы управлять чувствами взятых под опеку подданных, заставляя смотреть вперёд и слушаться дававших направление солдат. Не смотреть на взбесившееся небо, не видеть того, что ревело и грохотало там.

— Митан, можно ли обратиться?

— Докладывайте, агент.

Крюгер была обеспокоена, хотя дотоле ей удавалось хорошо держать себя в руках.

— Я взяла на себя смелость выставить нескольких наблюдателей на городских крышах в радиусе километра вокруг аэровокзала. Они вернулись в назначенное время и доложили, что к нам движутся большие массы горожан.

— Не инфицированных.

— Так точно.

— Ратлинги поняли, наконец, что пересидеть катастрофу в подвалах, не получится и теперь ринулись сюда. Думаю, часть отсеется, попытается найти другой транспорт и убраться посуху, но основная масса, если их скоординируют, попытаются взять штурмом аэровокзал и захватить дирижабли. Опыт подсказывает, что управлять ими будет небольшой, но агрессивный процент уголовников.

Я подтвердил её собственные невысказанные гипотезы.

— Ваши указания, митан?

— Посадка почти закончилась, и хотя пассажиры будут на дирижаблях как сельди в бочке, места, слава Луне, хватит. Отправляйтесь в диспетчерскую вышку, передайте оттуда Капельромауту, чтобы он развернул "Острогу" и приготовился стрелять по обезумевшей толпе. Спасти их мы не сможем, а вот они нас смогут погубить, так что никакой пощады.

Отдавая те распоряжения, я всё ещё надеялся, что мы успеем улететь, успеем спастись от двух рвущих друг друга чудовищ, и даже не придётся воевать с подданными собственной страны. Как бывало немало раз до того, судьба посмеялась над моими лучшими чаяниями, и вскоре из здания аэровокзала на швартовочное поле выметнулось грязными ручьями многоголовое стадо. Его подход я ощутил по особенно мощной волне ужаса и гнева, которая катилась впереди самих смертных. "Острога" дала фееричный залп.

Дирижабль Капельромаута относился к ещё довольно-таки новому классу под общим названием "Сатрап" — золотой середине между быстрыми и лёгкими "Вождями" и линдирами (линейные дирижабли, хорошо бронированные и вооружённые, но менее подвижные) класса "Диктатор". "Сатрапы" имели достаточно неплохое вооружение, сравнительно неплохую броню и очень хорошие показатели скорости и манёвренности. Из пушек они несли устрашающие стодвадцатимиллиметровые орудия "Читар", скорострельные восьмидесятипятимиллиметровые "Онзай" и паромёты системы "Цайгенхорн", которые по своей огневой мощи могли составить конкуренцию многим видам артиллерии. Именно паромёты, принявшиеся чертить по бетонному полю борозды, сопровождавшиеся фонтанами осколков, остановили живую лавину прежде чем она успела подобраться к подножьям швартовочных башен. Капитан не пожелал самолично уничтожать гражданских, и его можно было понять, хотя я знал, что в будущем он пожалеет о своём решении. Им бы повезло умереть от молниеносного свинца в тот час, нежели дожить до уготованного мной конца.