"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 209

– Вот ответь мне, – осматривая ручной пулемет «Миними», говорил Шон. – Что может заставить молодого, крепкого парня с перспективами рисковать жизнью черт знает за что? Идти на верную смерть в чужой стране, зная, что никто не оценит его подвига?

– Не знаю, – Илья пожал плечами, продолжая сортировать боеприпасы к многозарядному гранатомету. – У меня все просто: я должен выполнить задание: найти эти чертовы образцы и привезти их назад, на базу.

– Не обманывай себя, – покачал головой Шон. – Задание тут ни при чем.

– Что значит – «ни при чем»? – Илья с подозрением скосился на товарища.

– Очень просто: ты всего лишь лейтенант морской пехоты, и твое задание – охранять ученых, ты сам говорил. Теперь, когда все погибли, да притом не по твоей вине, – ты имеешь полное право вернуться домой. Но ты не делаешь этого. Потому что не в задании дело. Это совесть.

«Долг…» – прозвенел в голове Ильи Голос. Вслух же он сказал:

– Называй, как хочешь. Тебя тоже ведет совесть. Или долг. Иначе зачем бы ты лез в это Логово?

– Я – другое дело, – покачал головой Шон. – Это называется любовь. У меня дочь, ради нее я кого хочешь на куски порву. Вот у тебя есть дети?

– Нет пока.

– Выживешь – будут. Тогда и поговорим…

Самолет тряхнуло, закачало, бросило в «воздушную яму». Турбулентность сопровождала их весь полет, словно какие-то силы хотели помешать им добраться до цели. Во время такой тряски не сильно хотелось беседовать. Хотелось просто долететь живыми. Да еще – блевать, пожалуй.

«Болтанка» прекратилась так же внезапно, как и началась.

– Кто такие «бесы»? – неожиданно спросил Илья.

– Чего? – нахмурился Шон.

– В разговоре с Роем вы говорили про бесов. Это имеет отношение к религии?

– Это как посмотреть, – усмехнулся Шон. – А ты что же, никогда не слышал о них?

– О чертях, что ли?

– О бессмертных, дурень! «Бес» – от слова «бессмертный».

– Не вижу разницы, – проворчал Илья. – Те же сказки.

– Совсем вы дикие у себя в Сибири! – усмехнулся Шон. – Бесы – такая же реальность, как и сама Пандемия. И думаю, напрямую связаны с ней.

– Это каким образом?

– Бесы – хозяева Корпорации. Сама Корпорация работает в итоге на их бессмертие. А Пандемия – прямое следствие экспериментов в этом направлении.

– Вранье…

– Вот же ты упертый в своем невежестве! Скоро я познакомлю тебя с настоящим бесом, тогда заговоришь по-другому.

– Ты хочешь сказать, что этот Злой – бессмертный?

– В какой-то мере. Бессмертие – оно не абсолютно. Бес – он бессмертен по сравнению с нами, простыми людьми. Между собой они тоже отличаются, понимаешь?

– Нет.

– Тьфу ты… Ну, как работала старая экономика? Одни были богаче, другие беднее – на этой разнице все и играло. Тот, кто для большинства слыл богачом, для некоторых был просто нищебродом. Теперь есть смертные, а есть бесы. И простой смертный будет работать до посинения, чтобы хоть чуточку приблизиться к вечности. Отхватишь себе лишних сто лет жизни – и уже чуть более «бессмертен». На том и строится Гиперполис. Мир будущего, будь он неладен… – Шон замолчал, помялся, будто не решаясь продолжать, но все же сказал через силу: – Почему, думаешь, я отправился вместе с тобой? Не за твоими же вонючими образцами. Просто мне нужен Злой. Он не только может провести нас в Логово, но и знает, как оно дается – бессмертие.

– Ты хочешь получить бессмертие?

– Это слишком дорого, друг мой, – усмехнулся Шон. – Но «кусочек» бессмертия для моей больной девочки – да, надеюсь отыскать.

– Бессмертие… – проговорил Илья. – Звучит как-то… Жутко.

Шон с изумлением посмотрел на спутника:

– Хочешь сказать, ты отказался бы от вечной жизни?

Илья пожал плечами:

– Пока никто не предлагал. Но скорее всего – отказался бы.

– Врешь! – желчно сказал Шон. – Никто бы не отказался!

– Зачем мне вечная жизнь без друзей и близких? – серьезно сказал Илья. – Другое дело, если бы ее предложили всем, кого я знаю…

– А вот это невозможно! – отрезал Шон. – Неужели ты не знаешь главный принцип бесов – платить продлением жизни за преданность своим хозяевам? Бессмертие – это власть, потому бесы и стремятся стать новыми богами. Потому их так ненавидят сектанты…

– Что ж, я их понимаю, – глухо сказал Илья. – Я и сам начинаю ненавидеть этих уродов…

В разговор вмешался появившийся в грузовом трюме второй пилот.

– Посадки в Далласе не будет, – сообщил он. – Метеоусловия не позволяют.

Шон резко поднялся, подошел к пилоту, впился в него взглядом. Процедил:

– Врешь ты про метеоусловия! Боитесь садиться, так?

Пилот молчал. Похоже, Шон попал в самую точку.

– А как же вера? – прищурился Шон. – Она что, уже не помогает?

– На то и вера, что не позволяет добровольно отправляться на тот свет, – твердо сказал пилот. – Ты не кипятись, сам потом нам еще спасибо скажешь…

– Ты сядешь, сволочь, или… – кулаки Шона сжались, желваки задергались.

Лицо пилота оставалось непробиваемым. Это был настоящий ас, и по нему было видно: не боялся он ни погодных условий, ни угроз пассажиров. Он боялся лишь одного – Гнева Господня.

– О, проклятье… – сказал Шон, отворачиваясь. Посмотрел на Илью. – Придется лететь до Хьюстона, и уж оттуда как-то добираться…

– Зачем? – проговорил Илья. Скосил взгляд. Легонько ткнул носком ботинка тугой брезентовый тюк с лямками и мелкой белой маркировкой. – Ты когда-нибудь прыгал с парашютом?

С низким электрическим урчанием разошлись створки грузового люка. Внутрь ворвался вой забортного воздуха, дунуло ураганным ветром. За бортом в утренних сумерках бугрились грязные облака.

Илья глянул на спутника.

– Ну и видок у тебя, Шон! – крикнул он, с трудом перекрывая вой ветра. – Атакуешь Гренаду? Не страшно?

– На себя посмотри, боец! У тебя уже штаны мокрые!

– Я же морпех! У нас всегда штаны мокрые! – проорал Илья.

Оба расхохотались. Так смеются, наплевав на опасность, когда страху остается лишь развести руками и подождать в сторонке.

– Внимание… Приготовились… Пошли!!! – гаркнул за спиной штурман.

– Иехху!!! – первым ушел Шон, оскалившись совершенно неуместной счастливой улыбкой.

– Где мы – там победа! – заорал Илья кувыркнувшись следом. Старый добрый девиз морской пехоты всегда прибавлял ему оптимизма.

Дернуло в районе поясницы: на прочном ремне полетели следом мешки со снаряжением. Спасибо современным парашютным системам: не пришлось долго разбираться в устройстве вражьей техники. В нужный момент что-то щелкнуло – и над головой развернулся купол. Точнее – парашют типа «крыло».

Илья повертелся на лямках, выискивая товарища. Нельзя было терять его из вида. Заметил соседа – и развернул «крыло» в его сторону. Пристроился «в хвосте» и не выпускал из поля зрения до самой земли.

Точнее – до бетона. Штурман не обманул – выбросил их аккурат над взлетной полосой аэропорта. Это даже немного немного разозлило: чего стоило тогда по-человечески «присесть» и высадить пассажиров нормальным образом, а не пинком под зад с высоты километра?

Сначала плюхнулся тяжелый тюк со снаряжением, следом в бетон врезались крепкие ботинки.

– Эк!.. – порывом ветра лейтенанта дернуло, перевернуло, и рука отработанным движением чиркнула ножом по стропам. Освободившись, Илья огляделся в поисках товарища. И тут же ощутил, будто спинным мозгом: пилоты отказались от посадки неспроста.

Обширное пространство летного поля должно было хорошо просматриваться во всех направлениях. Но не тут-то было: откуда ни возьмись, стала неторопливо наползать стена густого тумана. Она приближалась к Шону, который замешкался, освобождаясь от парашюта. Что-то в этой дымке сразу вызвало беспокойство морпеха…

Туман полз против ветра.

– Твою мать! – выдохнул Илья, срываясь в сторону товарища. – А, блин!

Он споткнулся, запутавшись в ремне, тянувшемся к грузу. Резкий взмах ножа – и лейтенант уже несся к Шону, на бегу выдергивая пистолет из набедренной кобуры.