"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 175

— И не надо, — согласился Шон. Внимательно поглядел на Злого. — Если меня вдруг спросят… Ну, если возникнут такие вопросы — то я ничего необычного за тобой не замечал. Ты самый обыкновенный человек. Можешь мне поверить.

Злой встретил взгляд напарника. Это заявление дорогого стоило. Оно означало полное доверие и поддержку. То, что просто необходимо, чтобы выжить. Злой протянул руку. Шон небрежно хлопнул по ней ладонью. Нормальная мужская сделка.

Тем временем худшие предположения оправдывались. Когда выход в большой магистральный туннель, ведущий к жилому сектору, был уже близок, их остановило серьезное препятствие.

Проход был полностью перетянут густой паутиной. В крепких нитях уже трепыхалось какое-то крупное существо, злобно отбрехиваясь от чего-то большого, скрытого белой сетью, затягивающего жертву потуже. Больше всего поразило то, что тварь, которую прочили в пищу, завидев людей, яростно заметалась в порыве броситься в их сторону. И вдруг отчаянно взвизгнула: острый черный шип пробил ее насквозь — и столь же резко исчез. Существо, истекая кровью, несколько приутихло.

Глядя на шип, Злой невольно прикоснулся к затылку. Там еще не зарубцевалась «донорская» рана.

— Так… — протянул Шон. — Приплыли…

— Расстрелять все это, чтобы освободить проход? — предложил Злой.

— Сам же сказал — патроны беречь надо… — с сомнением проговорил Шон.

— Но оставаться на месте — это гарантированная смерть, — возразил Злой.

— Тоже верно, — согласился Шон.

Он принял удобную стойку — широко расставив ноги, опершись на правую, отставленную назад. Прищурился, поводил точкой лазерного прицела по стенам, белым нитям и тому, что скрывалось за ними, — и открыл огонь.

Паутину вместе с висящей на ней добычей, а также ее деятельным многоногим хозяином разметало по стенам. В дыму и гари, в пыли и россыпях бетонной крошки образовался проход.

— Вперед! — рявкнул Шон.

И первым подчинился собственному призыву, бросившись в клубы пороховых газов. Злой метнулся следом, держа в руке пистолет, который выглядел просто детской игрушкой на фоне всесокрушающего восьмиствольника. Мельком оглянулся: по стенам стекала бурая жижа, а на полу подергивалась огромная сегментарная лапа, покрытая длинными жесткими волосками.

Прорвавшись сквозь паутину, они некоторое время неслись вперед, словно по инерции. Но вдруг остановились как вкопанные: на пути возникло новое препятствие.

— Чтоб я сдох! — тяжело выдохнул Шон.

Посмотреть было на что: в скупом свете фонаря лоснилась огромная мембрана, целиком перетянувшая срез туннеля. Она ощутимо пульсировала, что-то «с той стороны» касалось ее, чуть продавливало, двигалось. Это было одновременно отвратительное — и потрясающее зрелище.

— Это… это что такое?! — зарычал Шон. — Когда оно успело захватить туннели?!

— Оно на воле уже сутки, — тихо сказал Злой. — И у него здесь нет естественных врагов. Понимаешь?

— Что я должен понять?! — Шон с ненавистью сплюнул, поправил в креплениях пулемет.

— Чем бы оно ни было — оно решило, что сейчас — самое время.

— Время для чего?! — заорал Шон.

Его просто трясло. Сказывались, наверное, и усталость, и отвращение, и страх — страх, в котором этот боец никогда не решился бы признаться. Страх того, что мир изменился — и теперь придется учить новые правила, по которым не всегда побеждает восьмиствольный пулемет Гатлинга.

— Для размножения, — спокойно произнес Злой. — Я думаю, это — кокон.

Он приблизился, внимательно осмотрел препятствие, провел по пленке пальцем. На нем осталась густая жирная субстанция. Кожу на пальце неприятно защипало, и Злой вытер его о стену.

Мембрана выглядела довольно прочной. Кто же мог скрываться за ней? На этот раз внутренние подсказки действовали слабо — словно вокруг были помехи, как магнитные бури для радиоволн.

— Отойдем подальше, — решил Злой.

Шон не стал спорить — попятился, примериваясь, как бы разнести эту пульсирующую дрянь.

Коротко плюнул пулемет — и из-за прорванной мембраны хлынула густая пенная жидкость. Тошнотворная вонь заполнила пространство. Под ноги Злому вынесло блестящий мокрый человеческий череп.

И тут же снова загрохотал пулемет: Шон вовремя заметил стремительного врага. Мерзкий гибрид змеи и паразитического червя, с десяток особей разом, каждая толщиной с бревно — все это огромным клубком вывалилось из-за мембраны и разом кинулось на людей.

Желтая жижа, заменяющая тварям кровь, брызнула на стены, заливая их яркими, режущими глаз, чуть ли не люминесцентными красками. Шон орал — и высаживал потоки разрывных пуль в этот шипящий отвратительный клубок, пока наконец все не стихло.

Некоторое время напарники стояли молча, ошалело вслушиваясь в звенящую тишину.

— Смотри, — Злой, словно мяч, отправил Шону череп. — Там этого добра достаточно.

Они подошли ближе. Внутри разорванного кокона, в густой липкой жидкости, в разводах желтой крови, плавали полупереваренные человеческие тела. Большинство — в знакомой форме ВБ.

— Похоже, эти твари не чтут субординацию, — с отвращением процедил Шон.

— Этих ребят просто бросили вперед — затыкать дыры в обороне, — тихо сказал Злой. — Как пушечное мясо…

— Какое там — пушечное, — скривился Шон. — Самое обыкновенное мясо…

Они прошли по щиколотку в жидкости, что была то ли водами гигантского «плода», то ли желудочным соком. В разъеденные лица бойцов они старались не смотреть. Так, не оборачиваясь, двинулись дальше.

Прошли шагов пятьдесят. Где-то за поворотом должен был быть выход в магистральный туннель.

— Тихо! — подняв руку, шепнул Злой: ему послышалось за спиной зловещее цоканье чьих-то быстрых когтистых лап. Остановился, прислушался к ощущениям. — Наверное, показалось…

Опасность, однако, пришла не со спины, а с точностью до наоборот. И на этот раз особого чутья не требовалось, чтобы разглядеть в полумраке множество пар сверкающих желтых глаз.

Это были гиены. Точнее, то, что сотворил активный мутаген с этим и без того не очень-то приятным зверем. Эти экземпляры были крупнее, сильнее и несравненно агрессивнее. Было в них что-то от хищных насекомых. И они не лаяли, не издавали отвратительные, похожие на смех звуки — как те, африканские падальщики. Они нападали молча.

Шону не потребовалось много времени на подготовку. Миг — и очередь срезала сразу две злобные особи. И тут же пулемет заткнулся, словно поперхнулся последней гильзой.

Все — боекомплект кончился.

— А-а! — отбросив бесполезное оружие, отчаянно заорал Шон и выхватил из ножен на бедре огромный армейский нож.

Злой открыл беглый огонь из пистолета. Стрелял он не так хорошо, как напарник, и на одну-единственную тварь у него ушла вся обойма. Единственным его оружием теперь оставалась мысль.

Но требовалось время, чтобы настроиться. Хищники времени не дали — бросившись на них молниеносно, всем скопом.

Это была стопроцентная гибель: один нож и пара слабых рук — финал предрешен. Шон отчаянно махал лезвием перед клацающей пенной пастью, что примеривалась откусить ему руку. И когда Злой почувствовал чье-то присутствие сзади — то приготовился с легкостью принять смерть.

Однако у смерти были свои планы.

Отбросив его в сторону мощным ударом, в гущу свалки рухнуло что-то большое, тяжелое и невероятно свирепое. Оглушительный визг поведал о мгновенной смерти одного из членов стаи, об ужасе оставшихся в живых. Разорванное пополам тело гиены полетело к стене. Мощная лапа прижала к бетону следующую жертву.

Стая злобных монстров потеряла цельность. Это было спасение — и спасение более чем неожиданное. Лежа на бетоне спиной к стене, Злой не мог поверить своим глазам.

Не удержавшись, он хрипло рассмеялся.

В отличие от Шона, который отчаянно вжался в противоположную стену и, размахивая ножом, орал, срывая голос:

— Не подходи, сука!!! Отвали от меня, животное!

— Спокойно, Цербер! — крикнул Злой. — Это со мной.