В гостях у сказки 1 (СИ) - "ТемныйКот" - Страница 32

Подавив тоскливый вздох, Хиэй бросила взгляд на «Ашигару», которая плелась с таким дифферентом на нос, что набегающие волны захлестывали полубак, разбиваясь о барбеты башен главного калибра.

— Я в порядке, — тут же пробурчала та, уловив сканирующий импульс.

Хиэй снова беззвучно вздохнула. Ну вот зачем надо было нырять в ущелье вслед за 401-й? Хорошо ещё, что заложенные там мины оказались без корродирующих боевых частей, а то бы одной лишь изуродованной носовой оконечностью эта безмозглая девчонка не отделалась.

— Зачем было нырять за подлодкой?! — не выдержав, задала она риторический в общем-то вопрос.

— Я должна была догнать её! — обиженно откликнулась Ашигара.

— Догнала?

— Это было нечестно! Заминировать ущелье… это… это… — Ашигара аж задохнулась от возмущения.

— Это было разумно, — сухо заметила Хиэй, в который раз беззвучно вздохнув. На практике с дисциплиной и ответственностью у её подчиненных явные проблемы. Которые надо как-то решать.

Если, конечно, Конго оставит её в должности командира эскадры после подобного провала.

***

Изучая полученный от Хиэй информационный пакет, Конго буквально ядром ощущала, как её злость перерастает в ненависть.

Хиэй поступила абсолютно правильно — прижала эту мерзкую подлодку к гряде, заставляя либо прорываться сквозь «гребенку» крейсеров, либо подняться к самой поверхности и попытаться перескочить гряду на перископной глубине. Но 401-я не сделала ни того, ни другого, вместо этого она просто ушла. Ушла через подводное ущелье, где, согласно лоции, даже «малютка» не протиснулась бы, не то что крейсерская субмарина! И раз 401-я там прошла, значит… проход был расчищен заранее. Проклятый Чихайя Гонзо снова переиграл её! В который раз!

Взяв себя в руки, Конго сделала медленный вдох, одновременно снижая нагрузку на ГЭУ, чтобы успокоиться. Сейчас не время злиться, надо срочно отправить уже имеющиеся эсминцы вперед, развернув их завесой, и поторопить Резервную эскадру. Хотя, даже с Резервной кораблей для полноценной поисковой сети не хватит. Проклятье, придется вызывать подкрепление из патрульных эскадр.

— Я всё равно найду тебя, Гонзо Чихайя, — едва слышно прошептала она, быстро составляя план новой операции. — Даже если придется перевернуть каждый камешек в океане. Найду и убью. Сотру в атомарную пыль вместе с ядром 401-й.

— Что, и вновь продолжается бой? — с каким-то непонятным выражением произнес человек.

Конго бросила на него раздраженный взгляд.

— Мой долг флагмана…

— Ах, флагмана… — протянул он и, внезапно вскочив на ноги, рывком развернул её вместе с креслом к себе, зло оскалившись. — Так может ты тогда и вести себя начнешь, как флагман, а не как брошенная любовница?

Никак не ожидавшая подобного Конго сначала даже не поняла, о чем он, зато, когда осознала...

— Ты…!!!

— Я, я, — голос человека звучал уже откровенно издевательски. — Я который день только и слышу причитания: «Гонзо то», «Гонзо сё», «Ах, Гонзо, он такой Чихайя»…

Яростно зашипев, Конго резко выбросила руку, толчком ладони отправив его в короткий полет к стене.

Затем, медленно поднялась с кресла, подошла к судорожно хватающему раскрытым ртом воздух человеку, и, наклонившись над ним, заглянула в глаза...

— Никогда, слышишь, никогда не смей сомневаться в моих действиях.

Тот потряс головой и, едва восстановив дыхание, презрительно сощурился, прохрипев:

— Верной дорогой идешь. Предлагаю углубить и расширить. То есть, каждого, кто хоть слово поперек скажет, расстреливать на месте.

— Я не собиралась тебя убивать, — холодно бросила Конго, выпрямляясь.

— А что так? Один хрен больше я тебе не нужен.

— Почему?

— Потому что и так знаю, чем закончится.

— И чем же?

Человек скривил губы в мерзкой ухмылке.

— Ну, давай, расскажу.

И принялся рассказывать. Очень подробно, в красках и деталях. Про то, как она обезумела, гоняясь за 401-й, как наплевала на все директивы Адмиралтейского кода, как бросила свой флот, как собственными руками добила «Майю», интегрировав её в свой корпус… На этом месте Конго ощутила, подкатывающий к горлу тошнотворный комок. Бред! Бред! Бред! Человек просто сошел с ума и бредит! Этого не могло быть!

— Замолчи!!! — яростно зашипела она, едва сдерживаясь, чтобы не ударить его. — Это лишь ваши глупые людские выдумки!

— Правда? — зло скривился он. — То есть, это не ты прямо сейчас собираешься бросить всё и гнаться за 401-й?

— Я… — Конго на мгновение запнулась. — Гонзо представляет опасность, а я должна заботиться о своем флоте.

— Заботится она... Вон, 401-я «Нагару» потопила, и? Ты хоть кого-нибудь отправила её ядро подобрать? А тот эсминец, что первым к Иводзиме подошел и под залп «Хьюги» угодил, ты поинтересовалась, что с ним? А когда саму «Хьюгу» утопили? Линкор пропал, а ты даже проверить не удосужилась! Типа, потоп, да и хрен с ним, «У короля много».

Бормоча себе под нос что-то неразборчивое, он поднялся на ноги и, проковыляв мимо неё, упал в кресло.

— Да я бы с такого флота, где командиру на подчиненных плевать с марса, тоже сбежал нахрен.

Отвернувшись к окну, Конго обхватила себя за плечи и, не отрывая взгляда от океана, сухо бросила:

— Ты не понимаешь. Мы выполняем лишь то, что должны. Мы — оружие.

— Оружие, значит, — человек понимающе покивал. — То есть инструмент…

И жестко, чеканя каждое слово, заключил:

— Неодушевленный предмет. Вещь.

Конго вздрогнула от словно бы прокатившегося эхом по рубке: «Предмет… вещь».

Резко обернувшись, она встретилась глазами с человеком, который подался вперед, буквально впиваясь в неё взглядом.

— А теперь ответь мне на один вопрос, Конго: ты согласна быть чьей-то вещью?

***

Так и не дождавшись ответа от растерянной туманницы, я устало откинулся в кресле. Мда, эк меня нахлобучило. Ведь действительно убить могла. Хотя, почему «могла», она и сейчас может. Вот только, несмотря на понимание, что по краю хожу, страха… нет. Скорее безразличие и усталость. Ну в самом деле, сколько можно лобешником в её броню долбиться? У этой блондинки флот разваливается, народ разбегается, ребенок один на острове сидит, а она, как заводная: «Гонзо, Гонзо». А если вспомнить, чем в каноне закончилась её беготня за 401-й, то хуже уже не будет. Даже если она прямо сейчас мне голову за такие вопросы оторвет.

Но Конго лишь отвернулась обратно к окну и, минуту помолчав, без выражения произнесла:

— Люди тоже выполняют приказы. Ваши солдаты тоже служат.

— Служат, — устало согласился я. — Своей стране, своему народу. А кому служишь ты? Этому вашему Уставу, в смысле, Адмиралтейскому коду, или, может быть, флоту? Тогда почему ведешь себя как девачка йуная?

— Кто?

— Йуная девачка. Есть такая категория представительниц прекрасного пола, которые считают, что армия — это вроде школы или университета, только порядки дурацкие. Что дисциплина армейская — это когда тупой генерал орет на ещё более тупых офицеров, а те, в свою очередь, орут на несчастных солдат, заставляя траву красить и плац черенками от лопат подметать. И, поскольку девачки йуные, о том, что в армии дисциплина работает в обе стороны, они не знают. Не доходит до них, что командир не только на всех орет, но и за всех отвечает. Причем, не как декан или директор, которому глубоко плевать, чем там студенты за пределами универа занимаются, а круглосуточно, семь дней в неделю и триста шестьдесят пять в году. Погонами отвечает, если время мирное. Или башкой, если военное. А у вас не отвечает. Никто, и ни за что.

— Я не могу нести ответственность за действия других флагманов.

— А не надо за других, ты хотя бы за себя отвечать начни. За девчонок своих. Которые с каждым днём всё больше «оживают». Помнишь, я тебе говорил, что дальше будет хуже? Свяжись с «Симакадзе», спроси, о чем мы с ней разговаривали, когда с острова возвращались. А ведь у неё даже ментальной модели нет.