В гостях у сказки 1 (СИ) - "ТемныйКот" - Страница 28

Гонзо нахмурился.

— Поясните свою мысль, уважаемый Виктор.

— Макие Осокабэ, — русский слегка улыбнулся девочке, но тут же посерьёзнел. — Мне кажется, идущий в бой корабль не лучшее место для неё.

— Ха! Мы тонуть не собираемся, — влез в разговор Кёхей.

— Может да, может нет, — пожал плечами русский. — Вы готовы рискнуть жизнью ребенка?

— Я взрослая! — выворачиваясь из рук Харуны, вскинулась Осокабе.

Русский, вздохнув, покачал головой.

— Макие, поверь, даже взрослым тонуть малоприятно. И ещё менее приятно хоронить друзей. Я думаю, Харуне с Киришимой подобный опыт отнюдь не обязателен.

— И что же вы предлагаете? — поторопился оборвать зарождающийся спор Гонзо.

— Секунду… — изображение русского сдвинулось в угол, открывая карту. — Вот этот остров, не очень далеко отсюда, но вполне достаточно, чтобы боевые действия его не затронули. Конго согласна придать ему статус нейтральной территории. То есть, гарантирует, что ни один корабль Тумана не подойдет к нему ближе, чем на милю, без разрешения проживающих на нем. И, разумеется, не будет стрелять в его сторону. Вообще не будет. Даже если Иона-сан начнет плавать вокруг него кругами. Но вы в свою очередь пообещаете не использовать его, как базу. Зайти, проведать, — сколько угодно, если дойдете, конечно, — но никаких построек.

— То есть, вам удалось убедить флагмана Второго флота…

— Ох, давайте я не буду рассказывать, чего мне это стоило, — русский театрально закатил глаза.

Больше Гонзо не колебался. Несмотря на показное спокойствие и уверенность, он лучше, чем кто-либо из его команды понимал, что шансы прорваться у них где-то пятьдесят на пятьдесят.

— Передайте мою бесконечную благодарность Конго-сама за столь великодушное предложение, — он уважительно поклонился, демонстрируя признательность.

— Непременно, капитан Чихайя, — русский чуть нетерпеливо кивнул. — Итак, ваше решение?

— Разумеется, мы согласны. Будет лучше не втягивать Макие в наш небольшой спор с флагманом Второго флота.

— Прекрасно. Я буду у вас… — русский скосил глаза куда-то за пределы экрана, — через двадцать минут, на эсминце «Симакадзе». Потом, ещё пару часов до острова, отвезти девушек, ну а затем мы с вами вернемся к… отложенному вопросу.

Эпизод 15. Детский лепет

— Блин, чистая магия, — чуть озадаченно пробормотал я, глядя, как Харуна создаёт из наноматериала подобие палатки.

Ну в самом деле, как ещё охарактеризовать процесс, когда сыплющийся из транспортировочного рукава эсминца наноматериал, повинуясь жесту туманницы, собирается в облако, заполняет голограмму матрицы, а затем, застывает уже готовой конструкцией?

— Слушай, Макие, — повернулся я к девочке, восторженно наблюдающей за «постройкой», — а почему Харуна так над своей шинелью трясётся?

— У неё там ядро во внутреннем кармане, — заговорщицки понизив голос, ответила та.

— Ну, тогда ясно, — понимающе протянул я. — А ты его видела?

— Да, Хару-Хару мне показывала. Красивое! А у Киришимы другой узор. Только я не совсем поняла связь между длиной волны и построением узора.

— Э-ээ… волны?

— Ну да! Цвет Хару-Хару — пятьсот семьдесят один нанометр, а у Киришимы пятьсот сорок два. И если описывать модель взаимодействия… — Макие, оглядевшись, схватила валявшуюся на берегу сухую ветку и, присев на корточки, принялась покрывать песок уравнениями. Быстро-быстро, только рука мелькала.

— Э-ээ… а сами они не объясняли, почему так? — промямлил я, чувствуя себя первоклашкой, забредшим на симпозиум по высшей математике.

— Объясняли, но вот же! — девочка возмущенно потыкала веткой в какой-то значок. — Тогда исключается принцип неопределенности!

— Знаешь, хорошо, что вы так быстро подружились! — поторопился я увести разговор на другую тему, чтобы не демонстрировать, что не понял НИЧЕГО из сказанного и тем более написанного ею.

— Просто они не считают меня монстром, которого нужно держать под замком, — как-то разом растеряв всю свою детскость, буркнула девочка.

— Под замком?

— Угу, вот, это видишь? — она задрала штанину, показывая на светлую полосу вокруг щиколотки. — Здесь браслет-маячок был. Мне, чтобы просто из поместья выйти, надо было каждый раз заявку подавать и ждать, завизируют или нет.

Оправив брючки, Макие подняла голову, испытующе уставившись на меня:

— Ты же знаешь, я не человек. Тоже считаешь монстром?

— Вообще-то, любой ребенок… — тут я, состроив многозначительную гримасу, воздел палец, — это монстр по определению. Но взаперти его держать нельзя.

Взгляд девочки стал настороженным, колючим.

— Почему?

— Да потому что… — оглянувшись, я махнул рукой, подзывая Киришиму: — Переведи с русского, пожалуйста.

— Что перевести? — полюбопытствовала та, подковыляв к нам.

— Вот это:

В каждом маленьком ребенке

И мальчишке и девчонке

Есть по двести грамм взрывчатки

Или даже полкило!

Должен он бежать и прыгать

Все хватать, ногами дрыгать

А иначе он взорвется, трах-бабах, и нет его!

Выслушав перевод, Макие округлила глаза и прыснула, зажимая рот ладошкой.

— А какой взрывчатки?

— Ну… точно пока не установлено, но считается, что капризиум и хотениум.

— Бинарная смесь!

— Ага. И вот, чтобы не накапливалась критическая масса, надо производить сброс энергии, а то… — я рубанул воздух ладонью, — весь мир в труху!

— Ой, у меня энергия накапливается! — девочка сорвалась с места, вихрем пролетела мимо нас с Киришимой и, подскочив к Харуне, схватила её за руку.

— Хару-Хару, побежали до вон того дерева, спасем мир!

— Какой мир? — удивленно захлопала глазами туманница.

— Ну, побежа-али! — потянула её за собой Макие. — А то трах-бабах, и нет его!

Посмотрев вслед девочке, волокущей на буксире ничего не понимающую туманницу, я опустил глаза на Киришиму, в который раз мысленно вздохнув. Это не мир, это дурдом какой-то. Мало мне двухсотметровых корабледевочек, так ещё и разумные плюшевые медведи.

— Ладно, пора мне. Послезавтра к вам Акаси заглянет, поможет обустроиться по-нормальному. А я пока постараюсь со снабжением вопрос решить. Ну и домоправительницу вам найти надо.

— Зачем нам какая-то домоправительница? — настороженно пробухтела Киришима.

— А ты знаешь, как детей воспитывать? А как за ними ухаживать? Знаешь, что делать, если Макие простудится, или, не дай Бог, ещё как заболеет?

Туманница испуганно затрясла головой:

— Нет.

— То-то же, — наставительно ткнув её в пуговку носа, я махнул стоящей у берега «Симакадзе»:

— Сима, возвращаемся к Конго.

Быстро взбежав на борт по сформированным эсминцем сходням, ещё раз махнул рукой, теперь уже остающимся, и устроился на расположенной перед центральной надстройкой зенитной площадке. Увы, не было у эсминцев никаких внутренних помещений (видимо, из-за отсутствия ментальных моделей), так что приходилось всю дорогу сидеть на свежем воздухе, прячась за зенитной установкой. А то у «Симакадзе» скорость полного хода — сто десять узлов (двести километров в час, между прочим) и глядя на проносящуюся за бортом воду невольно возникал вопрос: какого черта так низко летим?

Впрочем, в данный момент мне было не до видов за бортом, поскольку мысли занимала куда более важная проблема. Про снабжение я ляпнул машинально, но вот сейчас, подумав… это ведь может стать реальной проблемой. Ладно, Харуна с Киришимой — им ничего, кроме наноматериала, не нужно, а Макие? Ребенка надо кормить, поить, обувать, одевать. Допустим, одежду и обувь туманницы смогут сделать, вода там есть (специально такое место выбирал), а еда? Рыбу ловить будут? Так восьмилетней девочке нужны витамины. Опять же учеба. Пусть по физике и математике у неё уровень профессора, но в остальном-то… Черт, забыл спросить, как она училась, и училась ли вообще? Если её из поместья не выпускали, то в школу явно не ходила, но ведь откуда-то у неё весь этот объём знаний взялся. Не генетическая же память. Короче, надо трясти Конго. Блин, у неё ребенок на острове один сидит, а она за какими-то ОЯШами бегает! И не надо про двух туманниц, те сами от Макие недалеко ушли, единственный плюс, что всегда на связи и, если что, хоть на помощь позвать могут.