Когда тайна раскроется - Маккол Мэри Рид - Страница 17

Ее размышления оборвались, когда, казалось, одним плавным движением Роберт поднял засов двери в их комнату и негромко произнес:

– Мы на месте.

После этого он провел ее внутрь и мягко повернул у стены. В следующее мгновение он встал прямо напротив, не дотрагиваясь до нее.

Ставни оказались закрыты, поэтому в комнате было холодно и темно, поскольку солнечный свет сюда не проникал.

Мужчина стоял так близко, что она ощущала его возбуждающее тепло даже через несколько слоев одежды.

От него хорошо пахло. Удивительно хорошо, Элизабет с удовольствием вдохнула этот запах, стараясь сделать это бесшумно, чтобы этот вдох остался для Роберта незаметным. От него пахло чисто вымытым чувственным мужчиной и, возможно, фиалковым корнем и гвоздикой. Это было тем более приятно, что его запах напоминал ароматическую смесь, которую она готовила для использования мужчинами – гостями Данливи – для омовений.

Было похоже, что этот запах исходит от его одежды. А может, от тела. Элизабет точно сказать не могла, поскольку не осмеливалась наклониться ближе, чтобы проверить свою догадку. Ее пальцы непроизвольно согнулись от желания коснуться его широкой груди, привлечь Роберта ближе. Для чего? Для объятий? Для поцелуя? Для чего-то большего?

О да, для большего…

От этой мысли она пришла в замешательство. Всего несколько часов назад она делилась своими сомнениями с отцом Павлом. Те чувства, что она испытывает сейчас, просто смешны. И являются проявлением слабости. Она обещала заставить Роберта поработать за каждый шаг, сделанный по пути к возобновлению их интимных отношений, и вот после этого…

– Думаю, ты это одобришь.

От звука его голоса она вздрогнула. Теплый, басовитый рокот доставлял ей удовольствие, как и выражение его потрясающих глаз.

– Что?

– Мой запах. – Он улыбнулся одними уголками губ – Ты, похоже, полностью занята им с того момента, как мы вошли в комнату.

– Вы… должно быть, ошибаетесь, милорд, – сдавленно произнесла Элизабет, надеясь, что ее щеки не заалеют снова и не выдадут ее притворства. – Я не занята ничем..

– Жаль. Я думал, у тебя достаточно острое обоняние, чтобы это почувствовать. Прислужник, что помогал мне умываться, дал мне порошок и сказал, что ты смешала его своими руками. – Роберт неотрывно смотрел на нее, все еще чуть улыбаясь. – Это хорошая смесь, миледи.

– Рада, что она тебе понравилась.

– Мне она понравилась бы еще больше, если бы понравилась тебе. – Его белые зубы блеснули. – Точнее, если бы тебе понравилось, как от меня пахнет.

На этот раз она не смогла сдержать себя, и ее щеки заалели.

– О… я, ах… да, теперь, когда ты упомянул об этом, я думаю, что этот запах очень хорошо тебе подходит. – Она сделала глубокий вдох, словно проверяя, как чувствуется аромат. – Мне очень нравится.

Черт побери, с каждой секундой она ведет себя все более и более глупо. Она хотела опустить голову, чтобы избавиться от прямого взгляда человека, чье присутствие заставляло неметь ее язык, но потом поняла: они стоят так близко, что, если опустить голову, она упрется лбом ему в грудь.

А это была восхитительная грудь, широкая и мускулистая. Но на эту грудь она не должна глазеть, если хочет сохранить здравым рассудок. Она может смотреть через его плечо. Но и его плечо тоже вызывало соблазн. Элизабет перевела взгляд выше, на правую сторону его лица, и увидела сильные, твердые линии скулы. И этот рот, словно созданный для соблазнения, поскольку возбуждал ее всего несколькими улыбками и поцелуями…

Элизабет слегка кашлянула, полная решимости заставить его сделать или сказать что-либо, что избавит их от слишком опасной и возбуждающей позиции у стены. Набравшись смелости, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, Элизабет глубоко вдохнула и подняла взгляд. Это было ошибкой. От его взгляда по ее телу снова прошла теплая волна. А еще возникла какая-то постоянная приятная пульсация между ног, столь сильная, что Элизабет пришлось переменить позу. При этом их бедра соприкоснулись, и это погнало пульсацию выше. О Боже…

– Что-то не так? – тихо спросил он, не сводя с Элизабет глаз.

– Я просто думала… ты хочешь, чтобы мы стояли вот так, ничего не делая, весь час, – произнесла она.

– Нет. У меня другие планы, – ответил Александр после едва заметной паузы.

В этих словах слышался эротический подтекст, и Элизабет вынуждена была опереться о стену, чтобы не потерять равновесия.

– Однако я еще не начал измерять время с помощью песочных часов. – Он оглянулся на стол около камина. Там Элизабет узнала часы с кухни. – Я не собираюсь понапрасну тратить время, чтобы тебя искать и вести сюда.

– Мы сейчас, похоже, пришли сюда спокойно, – возразила она, полная решимости сдержать его напор и попытку ее соблазнить.

– Да, спокойно. – В его глазах все еще горели огоньки. – Я переверну часы. Но вначале хотел бы предложить тебе небольшое пари.

Элизабет удивилась и машинально облизнула губы. Потом поняла, что Роберт заметил это движение. Его взгляд опустился на ее рот, а дыхание замерло.

Что это? Похоже, на него тоже действует напряженная атмосфера между ними и он не столь спокоен, как пытается казаться…

– Мне нравятся пари и всякого рода игры, – сообщила Элизабет.

Он кашлянул, прочищая горло.

– Я знаю.

Она едва не улыбнулась, когда услышала его немного сдавленный голос и поняла, как ему трудно отвести взгляд от ее рта.

Да, в эту игру должны играть двое…

– И прошу, скажи мне, – она невинно моргнула, – что будет призом в твоем пари?

Ее пронзил взгляд его горящих глаз.

– Уверен, мой приз покажется тебе заманчивым.

Элизабет лишь подняла брови, ожидая объяснений.

Ее немного разочаровало, что Роберт быстро справился со своей минутной слабостью и теперь его глаза – горячие, чувственные и повелительные – смотрели прямо на нее.

– Однако я не стану рассказывать все в подробностях, пока ты не дашь согласие на участие в пари.

– Жаль, поскольку я не соглашусь на пари, пока не узнаю, что могу выиграть.

Роберт покачал головой и негромко рассмеялся:

– Леди, у вас поразительная решимость.

Элизабет некоторое время молчала, пристально глядя ему в глаза, а потом произнесла:

– Эта черта оказала мне хорошую услугу, милорд, во время осад Данливи, когда вас не было.

Выражение его лица смягчилось. Подняв руку, Александр нежно коснулся пальцами ее подбородка.

– Ты права, и я благодарен тебе за это. Было трудно защищать замок. То, что ты сделала, заслуживает моей признательности и моего уважения.

Элизабет с трудом подавила порыв прижать его пальцы к своим губам и покрыть поцелуями. Вместо этого она просто дотронулась до него и тут же убрала руку, чтобы сохранять уравновешенность, как она себе наказала перед их встречей.

– Любая супруга сделала бы то же самое.

– Может быть. – Он тоже опустил руку. – А может, и нет. Думаю, многие не стали бы оказывать сопротивление столь длительное время и с такой энергией. – Выражение его лица снова изменилось, стало более игривым, настойчивым и чувственным одновременно. – Однако вернемся к нашему делу. Ты должна сказать, примешь ли мое пари.

– Я уже сказала, что подумаю. – Она бросила на него быстрый взгляд. – Но прежде хотела бы узнать, что именно могу выиграть.

Он весело рассмеялся:

– Хорошо, моя упрямая жена, я уступаю твоей решимости и немного расскажу об этой награде. Она такая: тот, кто днем одержит победу, получит весьма приятное внимание вечером от того, кто потерпит поражение.

У Элизабет слегка округлились глаза, хотя она не могла не признаться себе, что это предложение вызвало в ней легкое возбуждение.

– Может, расскажешь более подробно?

– Нет.

– Но если ты меня победишь, то как я узнаю, что должна для тебя сделать?

– Ты справишься с этим, уверен.

Элизабет с трудом сдержала улыбку во время этой словесной перепалки и вдруг с удивлением: поняла, что в первый раз за последние несколько дней ей нравится их беседа. Она чувствовала себя хорошо, не испытывая ни вины, ни волнений по поводу будущего. Просто радовалась обществу мужа и его подшучиваниям с чувственным подтекстом.