Бояринъ из куна-чакры (СИ) - Журавлев Владимир А. - Страница 24

— Рой, но тогда маги тебя убьют! — заметила Вера. — Они, конечно, обладают арсеналом, ограниченным их скудным воображением, тут я согласна. Но ты-то вообще не обладаешь арсеналом!

— До сих пор как-то обходился, и ничего! — уязвленно огрызаюсь я.

— Да я не спорю! — примирительно говорит Вера.

Но я чую, что она спорит. Только вслух не говорит!

— Моя магия — древнее! Моя магия — разумная! И потому я сильнее всех этих жалких магов! — хриплю я в бешенстве.

Вера испуганно молчит. Я потихоньку успокаиваюсь. Спазм горла постепенно проходит. Наградила же природа особенностью, даже смена тел не помогает! Убийца Хрип, и всё тут!

— Рой, а почему ты раньше не создал клан? — нарушает молчание Вера. — В предыдущих телах? Если твоя магия — главная?

— А зачем? — не понимаю я. — Мне не требовалось. Мне и сейчас не требуется. Это я для тебя делаю, для сестричек. Ну и теперь еще для Риманте, она мне нравится.

Вера награждает меня очень странным взглядом, и мне даже кажется, что она вот-вот заплачет. Кажется, конечно, с чего бы ей плакать? Сыта, здорова, с дочками все в порядке, за квартиру на два месяца вперед заплачено.

— Покажи мне свои Когти, — вдруг просит она. — И научи, как ими пользоваться. Как-то же вы этому учитесь?

Смотрю на нее вопросительно. В моем представлении фрейлина младоимператорского двора как-то слабо сочетается с дракой на когтях.

— Мне не нравится, когда мои дети возвращаются домой покалеченными, — ровным голосом говорит Вера.

— Хорошо, — легко соглашаюсь я. — Вообще обучением мамы занимаются, но справлюсь и я, это просто. Положи ладони на стол. Вот так. Теперь представь, что выпускаешь когти, только и всего.

— Как я могу представить⁈ — бурчит недовольно она. — Как будто я их выпускала когда-то!

Но я-то вижу слабое свечение ее пальцев. И Когти вижу, пока что маленькие. А вот она их — нет. Но это исправимо.

Одной рукой легонько касаюсь ее ладоней и передаю толику информации. А другой резко замахиваюсь на женщину батоном колбасы.

Ш-шурх! Рука Веры мелькает неуловимо быстро. Батон, аккуратно порезанный на части, скорбно падает на немытый пол. «Староимперская», между прочим, сертифицированная! Из натурального мяса! Сам бы ел и другим не давал! А теперь на полу! И как это жрать? На что только не пойдешь ради капризов женщины…

— Ой! — растерянно произносит Вера и прижимает ладошки к лицу.

— Когти сначала убери! — недовольно советую я. — Глаза выколешь.

— Ой…

Когти машинально втягиваются.

— Вот как-то так это и происходит, — подвожу я итог эксперименту. — В принципе. Так-то когти разные бывают и по длине, и по возможностям. Можно тело рвать, а можно невидимо за сердце прихватить и легонько сжать… И все подумают — инфаркт. Но осваивается по той же схеме. И никаких дрессировок. Наша магия — разумная, ей достаточно желание оформить.

— А если молнию…

— А вот это нет, потому что наша магия — разумная! И считает, что Когтей для процветания вида достаточно! И ничем ты ее не проймешь, потому что ей ничего не надо. Сидит сверху и потешается. И на дрессировки плюет.

— Рой, а как же твоя наследственная магия? — спрашивает Вера, и мне слышится в ее голосе глубоко запрятанный испуг. — Если два вида магии конфликтуют, то… кто ты сейчас? Маг или животное? Хотя чего это я спрашиваю, когти же… Извини, сглупила.

Но я не считаю, что она сглупила. Что-то в ее вопросе такое… этакое. Неопределенное. А я неопределенностей не люблю. И вправду, что там с моей собственной магией? Как-то я своим внутренним миром не интересовался с момента переселения. Удостоверился, что способность к смене тел частично утратил, на том и успокоился. Надо будет вечерком лечь в тишине да разобраться…

— Все же они докатались, козы пакостные! — сердито говорит Вера, глядя в окно.

Подхожу и встаю рядом. На парковке сестрички уныло объясняются с парой мотобэшников, их патрульная машина мигает проблесковым маячком рядом. Понятно, пора выручать близняшек, а то сейчас и «Альфу» отожмут, и суток на пять закатают в отсидку.

— Я быстро! — предупреждаю Веру и отправляюсь вниз.

Собственно, технология переговоров проста и основывается на неопровержимом постулате, что все мы — люди. И ничто человеческое… В том числе, разумеется, деньги.

— Добрый вечер, офицер, — дружелюбно говорю я и аккуратно оттесняю сестричек в сторону. — Опять мои легкомысленные напортачили?

— Прежде, чем садиться за руль… — сурово начинает мотобэшник, но я его прерываю одним характерным жестом. Направленным к его карману.

— Замаялся объяснять, что надо сдать на права! — жалуюсь я. — Мы можем как-то решить этот вопрос, чтоб больше не возвращаться?

Офицер мнется. Ему и в карман хочется заглянуть. И не хочется, чтоб экипаж машины заметил прибавление к офицерскому бюджету.

— Постоянные права — это только в управлении! — признается он с сожалением. — Мы разве что временное…

— Годится, — тут же соглашаюсь я. — Сделай на Хелену Збарскую, а? А через месяц встретимся и повторим. А там они уже и на права сдадут.

— Может, сразу на двоих? — косится офицер на молчащих сестричек.

— А зачем? — не понимаю я. — Они же одинаковы с лица!

Офицер невольно гогочет и быстренько оформляет временно разрешение. Очень удобная, между прочим, вещь для законного обогащения патрульных мотобэшников.

Сую свежеотпечатанный пластик Хелене и подталкиваю обеих по направлению к дому.

И чувствую взгляд. Нехороший такой. Предвкушающий. Не офицер, нет. Он как раз почему-то смотрит на меня с искренним сожалением.

— Быстро домой! — еле слышно приказываю я. — Стрелок!

И стремительно отступаю следом за ними, прикрывая их спиной. Где, где он спрятался, этот сволочной маг? Я же чувствую, что маг!

Уф! Заскакиваем невредимыми в подъезд, это хорошо. Я так и не определил место стрелка, это плохо. Кто-то сильный там сидит, умелый. Ну ничего, и не таких потрошил. Главное — сдать сестричек под охрану Вере, а там посмотрим, кто в меня целится и из чего именно! Зачем — уже не так важно, все равно спрашивать не буду!

Открывается дверь квартиры, встревоженная Вера пропускает двойняшек… а я вдруг понимаю, что мотобэшники — часть операции. Им приказали — они разыграли сцену. То-то офицер смотрел так красноречиво. Значит, операция сложнее, чем мне показалось вначале, и сейчас…

Они валят сразу и сверху, и снизу — черные фигуры в клановой броне. Я с сожалением констатирую, что вот и попался господин оцелот. Но я еще пробую сопротивляться, прыгаю вверх, вцепляюсь когтями в бетонную стену… воздушный диск прилетает неизвестно откуда, ломает мне ноги и сшибает обратно на лестницу.

Абзац, как говорят филологи.

Сознание уплывает в горние выси, на последнем вдохе блокирую болевые ощущения, чтоб не загнуться от шока… Мгновенный стоп-кадр — яростная Вера в дверях квартиры, Когти горят нестерпимо ярко, и клановый боец отлетает, держится обеими руками за располосованное лицо. Маленькие у нее пока что коготочки, не убила, только поцарапала до костей, но она в этот момент нравится мне еще больше! Суки, тронут маму — убью всех медленно и мучительно…

Темнота. Смотрю отстраненно сверху. Роя Збарского бесцеремонно тащат вниз, голова безвольно стукается по ступенькам. Так, глядишь, и череп выправят. Закидывают в подъехавший микрофургончик. А качественно перебиты ноги, вон как в разные стороны. Наверняка открытые переломы. Не страшно, но если вот так еще потаскают — заживление будет небыстрым, дня на три растянется…

Кто же вы, такие умелые? И такие могущественные, раз решились на силовую операцию вблизи Магической академии?

Ответ получаю быстро.

— Без сознания! — докладывает по рации боец. — Да, князь Леон! Уже едем!

Князь Леон. Этого я знаю. Глава службы безопасности клана Меньшиковых. Давали в ориентировке, когда брал Роя Збарского. Меньшиковы… вот вы-то мне и нужны. Князь Кирилл где-то у вас же отирается? Да и вообще… если воевать с кланами, начинать надо с сильнейшего. А с остальными и драться незачем, подожмут хвосты и лягут. В Старом Донце сильнейший клан — Меньшиковы.