Изгой Проклятого Клана. Том 3 (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 10

Потому что он никак не мог использовать магию в атакующей форме. Единственное, что он мог сделать — это получить от человека согласие на исполнение «желания». После чего джинн получал доступ к мане этого человека. Как правило — мага. И создавал в голове человека реалистичную иллюзию, в котором сбылось его желание.

А потом джинн просто высасывал из человека ману. Или консервировал, как в случае с этими гвардейцами.

По факту он не лгал.

Ведь в голове человека желание исполнялось. А то, что он затем умирал, было уже не важно. Потому что этот человек даже не осознавал своей смерти. Она приходила к нему моментально. Безболезненно.

Некоторые маги, уставшие от жизни, сами искали джиннов для «счастливого» самоубийства.

Но в любом нормальном мире на них охотились. Потому что в сути своей джинны были не лучше демонов. Такова была их природа.

Болтун, которого теперь было прекрасно видно, как и всех остальных, покосился на меня. Он с трудом удерживал нейтральное выражение лица. А потом резко скривился в недоверии.

А ещё джинны считывали эмоции людей, манипулируя ими и заставляя действовать так, как им хочется.

Вот и сейчас, судя по выражению лица Болтуна, джинн набалтывал ему про меня что-то крайне нехорошее.

Но Болтун не идиот. Он не мог ему поверить. Значит скривился не просто так.

А вот с самим джинном нужно разбираться.

Я бы сейчас отдал очень многое, чтобы у меня было хоть немного антимы — антимагической соли. Она бы живо рассеяла все структуры внутри этого джинна и заставила развоплотиться.

Но, увы, пока у меня не было изолирующего футляра, в котором эту самую антиму я бы мог переносить. Иначе меня же она и высушит.

Так что придётся включить воображение и немного смекалки!

Судя по выражению лица Болтуна, а оно становилось всё подозрительнее и подозрительнее, он сейчас играл роль. Специально для джинна. Чтобы тот поверил, что между нами разлад.

Если бы Болтун реально меня подозревал, то стоял бы с каменным лицом.

Тогда и я подыграю! Я сказал:

— Я сказал: не слушать его! Это джинн! Он сделает всё, чтобы добиться своей цели! И, если захочет, стравит между собой даже родных братьев!

И тут в голове послышался мягкий голос джинна:

— Они тебе не доверяют. А после того, как ты сделаешь за них всю грязную работёнку, тебя просто убьют. Ты слишком много знаешь. Прямо сейчас он думает об этом, — сказал джинн, имея в виду Болтуна. — Посмотри на его лицо… он подозревает тебя в том, что ты работаешь на врагов его господина. Разве можно поворачиваться к нему спиной?

Я оскалился. Злобно-злобно. Чтобы джинн максимально поверил в свой успех.

А пока думал, как от него избавиться.

«Северным Ходом» я только отброшу его, но не убью. Разрушить его магическую структуру, не используя свою ману в виде бирюзового тумана, не получится. А её он поглотит очень быстро.

Значит, у нас оставался только один вариант.

Бить прямо в его сознание. Парализовать его. А потом использовать мана-ловушки. Ведь сейчас они были бесполезны, потому что наверняка на мане же и работали. Если джинн будет застигнуть ментальной атакой, то уже не сможет поглощать ману из пространства.

Но Болтун не справится. С джинном ему не совладать.

Зато он сможет сделать кое-что другое…

— Джинн! — громко заявил я, поворачиваясь к магической голове. — У меня есть желание!

— Какое же? — голос джинна в голове стал приторным. — Я исполню всё, что захочешь…

— Но оно тебе не под силу, — я продолжал говорить вслух.

Тут он возмутился.

— Мне под силу всё, чего ты можешь захотеть, человек! Не оскорбляй меня своим недоверием!

Я рассмеялся и поднял палец на Болтуна.

— Я хочу мост, — громко заявил я, смотря Болтуну прямо в глаза. Он не понял. Но доверился. Его голова едва заметно наклонилась, обозначая кивок. И я дополнил. — Мост между тобой и мной, джинн!

— Что? — спросил джинн.

Счёт пошёл на секунды.

«Скачок»!

Я у Болтуна. Схватил его обеими руками, усиливаясь за за счёт формы зверя.

Вокруг моего разума живо уплотнилось ментальное поле. А ментальные же щупальца соприкоснулись с мыслями. И разум Болтуна соединился с моим.

И началось самое сложное.

Концентрация.

Часть внимания на руках. Часть — на ментальном щупальце Болтуна. Я позволил ему читать свои поверхностные мысли. Но самое важное прикрыл барьером из воспоминаний Руслана.

Впрочем, и ему было не до того, чтобы копаться в моей голове. Джинн сразу же ощутил выброс маны и начал стягивать её на себя. Из-за чего Болтуну пришлось полностью сосредоточиться на поддержании ментальной связи, а потом…

«Скачок»!

«Скачок»!

«Скачок»!

Южнее! И «Северный Ход» на двадцать метров!

Прямо в место, над которым парил джинн! Туда, откуда вся наша мана широким потоком хлынула к его самодовольной морде.

А вместе с ней и стремительно тающее ментальное поле, с ослабевающими щупальцами.

Они, быстро теряя силу, всё же успели погрузиться в разум джинна.

Его улыбка погасла. Появилась тревога.

А я уже ощущал, что Болтун из последних ментальных сил выстраивает между мной и джинном связь. С трудом. Скрежетом зубов. Хлынувшей из носа кровью и покрасневшими глазами.

Но выстраивает!

— Прочь из моей голо… — бархатный голос джинна превратился в угрожающий гром.

А я уже заканчил с той эмоциональной бомбой, которую запущу в его разум.

Есть контакт!

Физиономия джинна застыла. Вытягивание маны прервалось. Болтун схватился за голову и припал на колено. Его глаза вращались из стороны в сторону. Но ментальный мост был выстроен.

И я направил внимание по нему. А затем ворвался в разум джинна, как к себе домой!

Бах! Пару килотонн боли!

Грубо. Тупо. Чисто на эмоциях!

БАХ! Ещё десяток сверху!

Хрясь! Одну за другой я придумывал во всех красках и закидывал в разум джинна картины его самых страшных кошмаров: развоплощение, вечное заточение в лампе, превращение в магический инструмент.

Быстро. Порой совершенно абсурдно. Но брал количеством и яркостью ощущений, которые проживал во всей полноте.

Его лицо задёргалось, от распирающих изнутри кошмаров. Но он больше не мог воздействовать на чужую ману. Слишком плотно забилось его сознание.

А вот теперь можно и мана-ловушки, работающие, как ни странно, тоже на мане!

— Мана-ловушки! Сейчас же! — скомандовал я.

Люди Болтуна всё это время стояли в готовности. Они видели своего командира. Но не мешали мне. Потому что трезво оценивали ситуацию и понимали, что каждый из них был бесполезен.

До этой секунды.

Двое из них выбросили на землю по раскрывающемуся коробу. Внутри пришёл в действие механизм, с кристаллом в центре и магическими печатями, нарисованными на каждой из плоскостей. Вспыхнул яркий свет.

И каждая из ловушек выбросила над собой завихрения из чистой маны. Они закрутились в воронки, которые стали затягивать внутрь себя всю ману в пространстве.

В первую очередь, конечно, ману джинна.

Ментальный мост продержался ещё две секунды. За которые я успел накинуть ему ещё с десяток кошмарных видений и много боли.

Джинны вообще с ментальной точки зрения были довольно уязвимыми существами. Что особенно забавляло. Ведь именно через воздействие на разум и психику действовали они сами.

Две воронки растащили энергию джинна, буквально разрывая его энергетическую структуру напополам. Напоследок он успел вскрикнуть и поглотить часть маны из завихрений, ослабляя их. Но это его уже не спасло.

Кристаллы, впитавшие ману, тускло светились. Они ещё и на треть не заполнены, хотя джинн был не самый слабый.

А Болтун рухнул на землю, полностью потеряв сознание. Его люди тут же оказались рядом, используя целительские артефакты.

— Монокль просмотра маны. Быстрее, — я протянул руку одному из людей Болтуна.

Он молча протянул его. И я через монокль и взглянул на площадь.