Княжна. Тихоня. Прачка (СИ) - Красовская Марианна - Страница 32

— Не обращайте внимания. Если желаете, то мы пойдем в другую сторону.

И подхватив Гора под локоть, я увлекла его в сторону боковой дорожки. Краем глаза заметила, что Симеон поднялся и неторопливо побрел следом. Вот ведь медведь, да он специально!

— Расскажите про вашу семью, господин Огневицкий, — попыталась я отвлечь мрачнеющего с каждым мигом Гора. — Про вашего отца я слышала, а чем занимается мать? Вы говорили, что у вас есть младшие братья?

— Да, и сестра. Нет, это совершенно невыносимо!

И Гор, отобрав у меня руку, широким шагом направился обратно. Я подхватила юбку и побежала за ним.

— Если вы желали со мной поздороваться, то право, не стоило так спешить, — насмешливо встретил дознавателя Озеров. — Я не намерен вступать с вами в задушевные беседы.

— Тогда какого демона вы таскаетесь за госпожой Мартой хвостом?

— Я просто гуляю, — вид у Симеона был совершенно невинный. — Парк общественный, или я ошибаюсь?

— Гуляйте в другом месте!

— Попробуйте мне запретить.

А вот это уже серьезно. Они же сейчас подерутся! Южане, горячие и буйные, что с них взять! Хотя Симеон и княжич, но какой-то неосновательный, деревенский даже. Ведет себя как мальчишка. Да и Гор туда же!

— Господа, прекратите немедленно, — потребовала я. — Какой скандал!

— Не лезь в мужские разговоры, тихоня, — отмахнулся Симеон.

— Да как вы смеете разговаривать с дамой таким тоном!

— А ты мне запрети, давай. Можешь даже арестовать.

— Будете продолжать в том же духе — и арестую. За безобразия в общественном месте. Поди вы еще и выпивши, иначе я не могу объяснить подобного поведения.

— Попробуй, — широко улыбнулся Симеон. — И вмиг вылетишь с должности. Уверен, мой отец оценит подобное рвение.

— О, вы угрожаете мне отцом? А сами, стало быть, ничего из себя не представляете?

— Ровно так же, как и ты, шальварщик. Тебя ведь папенька пристроил в теплое местечко, верно?

Я вздохнула и тихонько отошла в сторону. Никто моего отступления не заметил, вот и славно. Лучше держаться от этих двоих подальше, ни княжне Снежиной, ни честной вдове Плетневой не нужна испорченная репутация.

Отчего-то мне было смешно. Надо же, как они закусились! И с чего бы? Неужели из-за меня? Но я не давала повода… Ох, ладно. Симеону точно дала. Но к его чести, он никак этого не показал. Да он вообще не собирался к нам подходить! Это Гора укусила какая-то злая осенняя муха!

А день был все еще хорош, и солнце светило по-летнему, и листья мягко шуршали под ногами. Легкий ветерок то и дело осыпал меня новым золотым дождем, где-то чирикали воробьи, синее небу расчертили белыми перьями облака. Было во всем этом что-то волшебное, умиротворяющее. Магия осени, не иначе!

Дознаватель догнал меня уже на выходе из парка.

— Марта, простите, я идиот.

— Даже спорить не буду. Я так понимаю, что арест не состоялся?

— Нет, я… Все равно ваш Озеров — мерзавец и хам!

— Он вовсе не мой.

— Вы точно не давали ему повода? Тогда он еще хуже, чем я полагал. Преследовать одинокую беззащитную женщину! Он княжич, вы простая горожанка. Намерения этого… мужчины совершенно очевидны. Но не волнуйтесь, я буду рядом и не позволю ему вас обидеть.

— Благодарю вас, — едва удерживаясь от смеха, важно кивнула я, возвращая ладонь на локоть Огневицкого. — Вы настоящий герой. Ссориться с сыном местного князя с неограниченной властью рискнет не каждый.

— На каждую власть найдется своя управа, — веско ответил Гор, и у меня враз испортилось настроение. — Я тоже не из простой семьи. Посоветуюсь с отцом, пожалуй. К тому же третьего дня в Большеград приедет господин Туманов с инспекцией, а он нынче важная птица. Не думаю, что княжич Озеров ему указ.

Пламенное возмущение дознавателя меня не на шутку встревожило. Про Туманова говорили разное, и я точно знала, что он — доверенное лицо государя. Он может знать меня в лицо, встречаться нам никак нельзя. Да и что ему делать на Юге?

Глава 23

О южных просторах

— Что вообще происходит, Симеон? — гневно вопрошала я Озерова, трясясь рядом с ним в карете.

Этот прохвост умудрился найти кучера, вы представляете? Какого-то мужичка, которому нужно было быстро и безопасно доехать до Буйска. Симеон развалился на сиденье кареты, предовольный мужик ловко правил парой лошадок (ему Сёма и денег еще пообещал немного), а я изволила гневаться на весь мир и на своего спутника в частности.

— А что происходит? — невинно жмурился княжич. — Мы едем в мое имение. Хорошо едем, быстро.

— Я не об этом. Ты зачем с Огневицким разругался?

— Кто, черт возьми, такой этот Огневицкий? Только не говори, что тот упырь, который тебя в парке выгуливал.

— Он самый.

— Мне он не нравится.

— А мне нравится, — отрезала я. — Будь так любезен, больше не приставай к моим знакомым.

— Он твой любовник?

— Тебя это никаким образом не касается.

— Ладно, — неожиданно Симеон пожал плечами и прикрыл глаза. — Раз не касается, то не буду приставать. И вообще я все свои дела в Большеграде окончил, мне туда приезжать больше не нужно.

И замолчал, кажется, даже задремал.

Я же кипела от злости. Нет, мне вовсе не хотелось продолжения всей этой истории, но как же легко он отступил! Даже немного обидно.

— Кстати, а чем тебе Туманов насолил? — неожиданно задал коварный вопрос Симеон, не открывая глаз. — Почему его боишься?

Я отвернулась к окну, не желая отвечать.

Прибытие государева инспектора в Большеград сопровождалось грандиозным скандалом. Для начала влетело голове — за тот самый «отсроченный» траур. Не знаю уж, каким образом подробности беседы в ратуше просочились в народ, но не обсуждал это лишь ленивый. Потом Туманов затребовал документы по магическим дознаниям и, говорят, нашел в них много интересного. Я же, догадываясь, что мое имя тоже в записях Гора фигурирует, решила на время уехать из города. Куда? Навестить сына, разумеется. Самый благовидный предлог, не прикопаться.

Интересно, как Симеон догадался?

— Я никого не боюсь, — наконец пробормотала я, понимая, что молчание куда более красноречиво, чем самый странный ответ.

— Вот и славно, — хмыкнул Озеров. — Ведь Туманов непременно нанесет визит моему папаше. Не может не приехать — это будет высшая степень неуважения. В конце концов отец не только князь, но еще и знатный прогрессор.

Я дернулась как от удара и тоскливо поглядела в окно. Нет, убежать уже не выйдет. Тиль, что ты наделала? Сама себя загнала в западню!

Дорога далась мне легко. Возможно, потому, что Симеон вел себя как и подобает мужчине и княжичу, развлекая меня интересными рассказами и постоянно подбадривая. Он с таким восторгом описывал зеркалограф, что я захотела непременно увидеть это чудо инженерной мысли. Его байки про Милану тоже оказались весьма любопытными, а уж намеки на то, что отец хотел его, княжича, на безродной девице женить, и вовсе смущали и изумляли. Я уже поняла, что князь Озеров — прогрессивный мужчина, но чтобы до такой степени!

А потом меня осенила пренеприятнейшая мысль: а своим ли умом Симеон меня в постель затащил, не по указу ли отца? А что, Озеров знает, кто я. Воспитания и происхождения я самого подходящего, да еще, смею надеяться, государь выскажет мне благосклонность за спасение наследника. Чем я для княжича не партия?

Почему-то подобная мысль меня очень уязвила. Был бы передо мной Гор, я бы постеснялась задавать вопросы, но с Симеоном было разговаривать проще, и перед тем как мы с дочкой, переночевав в Буйске, снова уселись в карету, я спросила прямо:

— А что, ты во всем отцу послушен? На кого он пальцем покажет, ту и в жены возьмешь?

— Если ты думаешь, что отец мне тебя сватал, то зря, — так же прямо ответил Симеон (вот за эту честность он мне и люб!). — На кой черт ему такая невестка, как ты? Нищая простолюдинка, да еще и с детьми? Ладно б у тебя магия полезная для него была, а ты ж всего-то прачка. Так что не думай, как моему отцу понравиться. Лучше обо мне думай.