Пять прямых линий. Полная история музыки - Гант Эндрю - Страница 13

3

Священные звуки

Хорал

Спустя приблизительно 500 лет со смерти Христа западная ветвь Его церкви формализовала Его почитание в рамках правил, остававшихся с тех пор более-менее неизменными.

Святой Бенедикт Нурсийский написал свой «Устав» в середине VI века. Он включал детальные указания того, как просвещенным и эффективным образом содержать монастырь, и, среди прочего, деление дня на восемь служб (известных как вседневные монастырские «часы») со множеством псалмов cum Alleluia canendi («исполняемых с аллилуйей»), а также указания «амвросианского пения» (четырехстрочных гимнов, имитирующих стиль Амвросия Медиоланского)[125]. Хотя в латыни употребление глаголов dicere (говорить) и canere (петь) не всегда определенно, все же ясно, по словам одного современного исследователя, что «все службы управлялись нотами»[126].

Спустя полвека после того, как Бенедикт написал свой «Устав» на солнечных склонах Монтекассино, другой выдающийся реформатор принял посох и митру святого Петра сотней миль севернее, в Риме. Папское правление Григория I продолжалось с 590 по 604 год. Степень его непосредственного участия в установлении литургических и музыкальных правил – ныне вопрос дискуссионный, однако центральная его роль в процессе кодификации хорала в королевстве франков признавалась неоспоримой начиная с VIII века.

Со временем установленные литургические практики распространялись по всем известным землям. В VII столетии певцы, прошедшие обучение в Риме, добирались даже до Англии: Путта, епископ Рочестерский, был учеником учеников папы Григория. В 747 году англосаксонская церковь постановила, «что хваление Господа нашего… в части хорала надлежит исполнять одним и тем же образом, а именно в согласии с теми примерами, которые донесли до нас послания Римской церкви»[127]. Целью распространения универсального исполнения была повсеместная замена региональных вариантов – галисийского, мосарабского, амвросианского – римско-франкским хоралом, к тому времени именовавшимся «григорианским». В Риме он заменил относительно похожий римский хорал, примеры которого можно найти во множестве источников XII–XIII веков, где он обычно именуется «староримским». Распространение унифицированных правил приняло особенно масштабный характер после капитулярия Карла Великого «Admonitio generalis», выпущенного в 789 году и, возможно, написанного английским монахом Алкуином из Йорка. Хронист Карла Великого, Ноткер Заика, пишет, что первые посланники, отправленные распространять «новую манеру», втайне сговорились обучать в разных соборах и монастырях разным хоралам с тем, чтобы противостоять централистским амбициям Карла Великого, однако этот заговор провалился в силу того, что папа разослал группы верных ему монахов в монастыри Меца и Святого Галла (ныне в Северо-Восточной Франции и Швейцарии соответственно), откуда григорианский хорал успешно разошелся по всем европейским монашеским общинам.

«Метода пения», принятая на англосаксонском совете в Клофешо (или же Кловешо – само место до сих пор неизвестно) в середине VIII века, представляла собой хорал. Число хоралов огромно, они включают в себя неизменные части литургии, такие как месса, всевозможные добавления к ним, то есть тракты, респонсории, антифоны и аллилуйи, ежедневные молитвы наподобие «Отче наш», а также специально сочиненные гимны вроде «Pange Lingua» и, позднее, – популярные и выразительные гимны Деве Марии (в стихах которых, восхваляющих ее юность и женственность, она сравнивается с луной, звездами и морем). В некоторых поздних гимнах, часто сочиненных известными композиторами, появляются рифма и метр (как в случае написанного в XIII веке «Dies Irae»[128]), что позволяет интерпретировать хоральную мелодию в рамках регулярного ритма.

Одни из наиболее ранних и особенно примечательных сборников литургических хоралов – это манускрипты библиотеки Санкт-Галленского аббатства, датируемые приблизительно 980 годом. В них можно встретить буквы, добавленные в качестве инструкций для певцов («с» значит «celeriter», то есть «быстро», «t» – «tenere», «удерживая») и описанные Ноткером.

Хоралы чрезвычайно различаются по степени изощренности, от простых мотивов с единственной распеваемой нотой до богато орнаментованных мелодий. Множество певцов, скорее всего, не умело читать. В аббатстве или крупном приходе, вероятно, существовала пара копий служебников или псалтири, предназначенных для главы хора, а прочие исполнители присоединялись к нему, распевая мелодии по памяти.

Один из многочисленных типов органума, ранней формы двухголосной полифонии, записанный дасийной музыкальной нотацией, из трактата IX века «Musica enchiriadis», а также современная его нотная запись. Латинский текст указывает, что из этого описания (Ad hanc descriptionem) певцы легко (facile) способны создать «два элемента», (duobus membris), добавив «органум» (sonum organalis vox)

Двухголосная музыка

Следующей задачей было украсить музыку, предписав певцам не исполнять одну и ту же ноту в одно и то же время: гармония. Возникла полифоническая, или многоголосная, музыка. Как и в случае многих других новаций, поначалу это был импровизационный процесс, и лишь много позже, приблизительно в IX веке, писцы и теоретики изобрели способы ее записи.

Простейший способ создания гармонии заключался в добавлении второй вокальной линии, исполняющейся нота против ноты поверх уже существовавшего хорала. Основная мелодия называлась vox originalis, добавленная – vox organalis. Подобная техника получила общее наименование «органума». Существуют две его основные разновидности: добавленная часть может продолжаться как единственная нота ниже основной мелодии, подобно бурдону (имитируя известное звучание волынки или колесной лиры); или же она может отражать хорал, отстоя от него на фиксированный интервал, то есть исполнять ту же мелодию параллельно. Музыкально образованный певец, обладающий базовыми знаниями этого принципа, способен был создать дополнительную партию к хоралу ex improviso[129], всего лишь прочтя взглядом его ноты. Более сложные органумы включали элементы как бурдона, так и параллельного голосоведения. В манускриптах, созданных приблизительно в 1100 году, можно увидеть, как добавленные голоса усложняются, и в них слоги уже распеваются с помощью двух или более нот против одной у хорала. Эта «мелизматическая» часть свободно и выразительно парит над медленными «тенором»: приближается мир поздней полифонии.

Соединение музыки с математикой, характерное для сознания человека раннего Средневековья, хорошо иллюстрируют два трактата, написанные во второй половине IX века: «Musica enchiriadis»[130] и «Scolica enchiriadis»[131]. Оба этих труда сходно описывают и нотируют полифонию: в схолиях это делается в форме привычного сократического диалога. Философия и практика органума излагаются здесь с ученой тщательностью и глубиной, определения высоты звука, звукоряда, интервала и соотношений освящаются (как обычно) ссылками на авторитет Боэция и греков. Учитель инструктирует Студента, как избегать «бесконечности разлада»[132]. К сожалению, буквенные обозначения так называемой дасийной музыкальной нотации, используемые в этих трудах, мало проясняют особенности используемого здесь довольно странного звукоряда. Однако даже современному читателю этих страниц будут очевидны острый ум и слух их создателя. И возможно, до него донесется эхо монашеских голосов тысячелетней давности, отражающихся от параллельных рядов колонн в древних залах Ахена, Дарема и Сантьяго-де-Компостела.