Культиватор Сан Шен (СИ) - Баковец Михаил - Страница 46

Бежал так, что сам не заметил, как оказался в самом центре, который кардинально отличался от опушки. Здесь разросся странный кустарник с синевато-зелёными ветками и узкими длинными листьями тёмно-фиолетового цвета. На каждом сантиметре торчало по большому кривому чёрному шипу со светлым кончиком. Растение стелилось многометровыми плетями по земле. Интуиция взвыла сиреной. Я резко остановился и двинулся вбок, обходя заросли кустарника. Через десяток метров застыл. В самой гуще кустарники белело множество костей. В основном это были костяки некрупных зверей. Но среди них я заметил четыре человеческих скелета. На каждом виднелись остатки одежды и оружие. У одного я приметил прямой меч дзянь, который прекрасно сохранился в отличие от прочего барахла. Возможно, да что там, почти уверен, что клинок артефактный, смертного ранга. За это оружие мне заплатят серебром в любой городской лавке, но вот кустарник… Мне жутко не хотелось лезть в него. От растения словно исходила опасная, пугающая аура.

С минуту я мялся, поглядывая то на заросли с костями, то назад, опасаясь возвращения тигров. Потом решился. Из кольца достал топор и принялся аккуратно обрубать плети на пути к трофею. Срубленные колючие ветки откидывал в сторону. Когда до цели осталось около трёх метров ближайшие плети вокруг меня пришли в движение. Одна из них обвилась вокруг икры. Шипы вонзились в тело. Боль была, как от сильнейшего крапивного ожога и одновременно от укола неумелой рукой студента-медика на практике. Десяти неумех студентов! Мгновенно ударил топором, отсекая ветку и через мгновение накинул на себя доспех духа. Сделал это вовремя, так как уже через пару секунд до меня дотянулись остальные ветки. К счастью, моя защита им оказалась не по зубам. Перехватив топор в левую руку, я наотмашь дважды рубанул водяным хлыстом по кустарнику вокруг себя, целясь в толстые короткие стволики, из которых брали начало колючие плети. Часть живых веток тут же замерла. Понадобилось ещё дважды ударить боевой техникой, чтобы срезать их все и добраться до меча.

От намотавшейся на ноге ветки я избавился, только отойдя на безопасное расстояние. Шипы неглубоко вошли в тело. Буквально прокололи кожу и всё. Из ранок выкатилось лишь несколько капель крови. Но место вокруг них побагровело и опухло. Там всё жгло и болезненно дёргало. Пришлось срочно доставать из амулетного кольца специальную мазь и обрабатывать повреждения. А потом выпить противоядие. За мазь и антидот следовало благодарить покойную Мей. Охотница собрала мне полевую аптечку ещё перед первым рейдом. А также подробно пояснила что и когда применять.

'Стальной дзянь

Длинный клинок смертного ранга.

Свойства: повышенная прочность, самозатачиваемость, пропуск Ци'.

Надеюсь, что трофей стоит моих мучений и потраченных на лечение не самых дешёвых алхимических средств.

Скорость из-за ранения сильно упала. Сейчас я мог передвигаться не быстрее обычного человека, никуда не спешащего, прогуливающегося по городской улице. Рощу я прошёл насквозь и больше ни с кем не встретился. Ни с опасными представителями фауны, ни с такими же со стороны флоры. Вскоре вернулся на караванную тропу и решил, что больше с неё не сойду. Если только из-за серьёзной угрозы.

На четвёртый день путешествия по равнине, слегка испятнанной холмами и рощами я вышел к реке. Размерами она впечатляла. Здесь мне ещё не доводилось встречать настолько полноводные водоёмы. Да и в прошлой жизни тоже, если честно. До противоположного берега было метров семьсот. Переправиться вплавь я не рискнул. Не потому что не умел плавать, боялся попасть в зубы какой-нибудь водяной живности. Мне хватит и небольшой стаи мутировавших пираний. Плыть придётся долго и времени действия духовного доспеха на всё время не хватит. Но караванщики как-то перебираются на другой берег! Нужно всего лишь идти по их следам.

Глава 25

ГЛАВА25

К концу дня я наткнулся на очередной пустующий лагерь, окружённый частоколом, заострёнными кольями и замаскированными волчьими ямами. Он расположился на самом краю высокого обрывистого берега. Здесь я сделал привал, решив провести остаток дня и ночь, чтобы восстановить силы. Из-за отравы мутировавшего кустарника мне пришлось хлебнуть лиха. Через несколько часов ранения стопа, щиколотка и икра раздулись вдвое, потеряв всякую чувствительность. На месте уколов появились крупные нарывы с сочащимся из них тёмным густым гноем с кровяными вкраплениями. Мне пришлось сделать несколько надрезов, чтобы расширить раны, и вставить в них полоски шёлка. Их отрезал от дорогой рубашки, которую купил в Чиннраге. Такой вот примитивный дренаж. Отлёживаться не стал. И, возможно, поступил правильно. От ходьбы раны разбередило. Сначала из них сочился кровавый гной, но спустя несколько часов пошла тёмная тягучая кровь. И вскоре она полностью запечатала порезы. Ночью ногу сильно дёргало. Зато к утру опухоль почти полностью спала. Ранки закрылись тёмной корочкой с торчащими из них шёлковыми ленточками. Когда расковырял каждую, то не увидел ни следа от гноя. На данный момент нога вернула свои прежние размеры, а порезы наполовину зажили. Вот только организм на излечение забрал слишком много ресурсов. Я быстрее уставал, чаще испытывал жажду и голод.

На следующий день я прошёл всего два часа, когда увидел страшные следы, сообщающие об опасности этих земель. Это было крупное пепелище диаметром около двух метров. На обожжённой чёрной земле лежали три закопчённых человеческих черепа и несколько полуобгоревших крупных костей. Не думаю, что это последствия столкновения с каким-нибудь небесным пламенным зверем или огненным практиком. Скорее всего, погибших караванщиков похоронили в огне, чтобы не оставлять на поживу падальщикам. Как ни закапывай, но звери всё равно доберутся до тел. Топить же в реке мёртвых спутников, думаю, живым показалось кощунством.

В середине дня я добрался до внушительного моста, соединившего оба берега. Постройка оказалась под стать реке. Такая же мощная, монументальная. Над водой мост поднимался на семь-восемь метров. Покоился на арочных опорах из огромных тесанных камней. Каждый из них был размером от комнатного комода до легковушки. Ширина не уступала. Минимум двенадцать метров. В центре стояли двух- трёхэтажные узкие постройки с боковыми фасадами по четыре-пять метров и по пятнадцать-двадцать у главных. Слева и справа от них протянулась проезжая часть моста, порядка трёх метров шириной каждая. На удивление растительности на мосту было мало. Правда, тут и не джунгли, как в районе Чиннрага. На крышах, по верху парапетов моста, на различных выступах на зданиях росли мелкие кривые деревца, трава, на затенённых участках сочно зеленел ковёр мха. Кое-где виднелись «масксети» ползучих растений вроде земного бабьего винограда. Но их было мало. Или я видел мало и дальше подобных мест будет больше.

Тропа, по которой я сюда пришёл практически от Храма, подходила вплотную к мосту, а дальше караванщики двигались по нему. Возможно, мост — самое безопасное место. Я бы на месте местных жителей регулярно его чистил, не давая тут завестись всякой нечисти и гадости. Впрочем, всё это — если подходить с точки зрения логики. А вот как на самом деле обстоят дела покажет только личный опыт.

— Ну, с Богом, — тихо дал сам себе напутствие и шагнул на брусчатку моста. Обеими руками сжимал свою самодельную рогатину. Боевая техника боевой техникой, но длинное древковое пыряло всё-таки надёжнее. Да и ци у меня кот наплакал после использования божественного подарка. Хватит раз пять, ну шесть ударить и потом — всё! Хорошо, если против меня будет один-два противника, как несколько дней назад, когда с саблезубым тигром столкнулся. А если не повезёт наткнуться на толпу мелочи, каких-нибудь крыс или обезьянью стаю? Натуральное подтверждение поговорки выйдет: из пушки по воробьям.

Первые сто метров я прошёл спокойно. Только дёргался на шорох и звуки лёгких шагов, сопровождаемых костяным постукиванием, которые доносились из зданий сквозь чёрные проёмы мелких окошек и дверей. Прошёл ещё двадцать и резко остановился. Что-то было не так. Из постройки, протянувшейся на добрых три десятка шагов не доносилось ни единого звука. При этом я ощущал чей-то очень недобрый взгляд.