Семнадцатая (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 156

- Ты… серьезно?!

- Ну. Сама говорила, что Кристал и тетя Сара горюют. И я не собираюсь оставлять свое тело в холодильнике, уж будь уверена. Летать я пока не могу, ты мне нужна. Собирайся, у нас впереди долгая ночь, а этот чертов холодильный комбинат еще и охраняется. Будешь участвовать в проникновении со взломом.

- Тейлор!

- Нет, ну ты всегда можешь отказаться, принципы героизма и все такое. – поднимаю я руки: - я сама доберусь. Ведь важнее остаться чистенькой, чем …

- Тейлор, не смей! Я пойду с тобой. Даже если там все переломать нужно будет, даже если меня потом посадят – я иду с тобой! – она вскакивает на ноги, ее щеки горят, глаза блестят лихорадочным блеском: - если… если есть хоть капля надежды! Дядя Нейл и Эрик, тетя Сара и Кристал… я с тобой! Только пусть получится, Тейлор, пожалуйста!

- Воот, Вики. Так и становятся злодейками. Переходи на Темную Сторону, юная падаванка…

- Тейлор!

- Ладно, ладно, сейчас накину куртку и полетели…

Глава 77

Глава 77

- Вот она, прогнившая система социальных привилегий. – говорю я, глядя на лежащие передо мной тела Мегаватта и Барьера, а вернее - Нейла и Эрика Пелхамов. Они были одеты в черные костюмы, их лица были чисты и спокойны, раны зашиты, волосы подстрижены. Более того, они выглядели даже лучше, чем при жизни, потому что их лица покрывал профессиональный грим.

- О чем это ты? – спрашивает меня Виктория, останавливаясь позади меня и отводя взгляд от лежащих. На ее плече пластиковый мешок, а мешке – тело некоей Тейлор Хеберт и я только что видела его – никакой косметики, никто не потрудился смыть грязь или кровь с лица, тем более переодеть или зашить раны, даже глаза никто не потрудился закрыть. Нет мой труп это оскал полураскрытого рта, закоченевшего в судороге… мое тело было похоже на изломанный труп бродячей собаки, сбитой грузовиком и гниющей в придорожной канаве – переломанный ужас и оскаленные зубы, мутные белесые пятаки глаз.

- Об этом. Ты же видела мое тело. И вот перед нами чистенькие и ухоженные, подготовленные к завтрашней церемонии тела. Половина города в руинах, а у кого-то есть и деньги, и связи, чтобы забальзамировать, переодеть и загримировать тела. Привилегированный класс, что сказать. – вздыхаю я, осматривая тела и прикасаясь к ним рукой. Чертовы коновалы из ритуальных контор уже накачали их бальзамирующей жидкостью, хорошо хоть не стали мозги крючками через нос доставать, как в древнем Египте, тогда бы я точно ничего уже не смогла бы сделать.

- Не неси чушь, Тейлор, тетя Пелхам обычный консультант в офисе у мэра. Средний класс… ну возможно верхняя граница среднего класса. У них есть сбережения, но Кристал никогда не швырялась деньгами. – отвечает мне Виктория: - так что, их можно… оживить?

- Бери этих и пошли. – говорю я. Виктория смотрит на меня, я отвечаю ей взглядом.

- Взять? – колеблется она.

- Конечно. Неужели ты думаешь, что я буду делать все на коленке, в холодильнике? Смотри, все тела холодные, их нужно отогреть. Как можно работать с органикой, когда она мерзлая? Кроме того, сюда в любой момент охрана ворвется… ну и мне оборудование нужно. Бери своего дядю и брата и пошли. Я уже написала кому надо, к задним воротам машина подъедет, не бойся, не придется тебе так по городу летать. – говорю я и Виктория вздыхает. Примеривается к телам, лежащим на столе.

Мы выходим через задние двери комбината, мимо лежащего на полу и мирно спящего охранника (спецпредложение от Панацеи – восемь часов здорового сна!), Вики едва протискивается в дверной проем с тремя телами на плечах. У пандуса стоит здоровенный черный пикап с работающим двигателем и включёнными габаритными огнями. За рулем сидит Лиза в бейсболке, надвинутой на глаза. Она жует жевательную резинку и надувает пузыри.

- О! Вот и вы. – говорит она, опуская стекло и выставляя локоть на дверцу: - кладите жмуриков в кузов. Видишь, Тейлор, а я тебе говорила, что еще на твоей могиле попляшу! Ладно, поплясать не удалось, но твое тело в кузове моего грузовичка тоже считается. Плясать буду на базе.

- Когда это ты мне такое говорила? – отвечаю я: - не припомню.

- Не говорила? Ну и ладно. Все равно я выиграла. – она лопает розовый пузырь жевательной резинки и всматривается в зеркальце заднего вида, пока Виктория укладывает тела в кузов пикапа.

- В чем это ты выиграла? – я обхожу машину и сажусь на пассажирское сиденье, подвигаюсь ближе к Лизе, чтобы осталось место для Виктории.

- В твоей любимой игре. Кто первый умер – тот проиграл! – она улыбается и качает головой: - а ведь до меня все проигрывали. Лунг, Мясник, Они Ли, Крюковолк… жалкие неудачники.

- Требую матч-реванш. – говорю я: - еще посмотрим. А чего ты сама за рулем? Ты ж у нас теперь важная шишка.

- А кому доверить? Из наших только Мамасита знает, что ты теперь Панацея, а она и так уже двадцать часов на ногах, так что я сама за руль села. Больше кофеина, меньше сна. Привет Виктория! Меня зовут Лиза, я подруга твоей сестренки Эми!

- Знаю я кто ты такая. – прищуривается Виктория, садясь в автомобиль и закрывая за собой дверцу: - дала бы я тебе по голове, да боюсь лопнет. И язык твой умный вывалится.

- Никто меня не любит. – притворно вздыхает Лиза, трогаясь с места: - какой кошмар. Только ты у меня и осталась, Эми!

- Прекрати называть ее этим именем!

- Честно слово, Вики, тебе нужно слабительное принимать, ты же такая напряженная, что скоро пополам треснешь. – усмехается Лиза, выворачивая на главную дорогу: - до сих пор не поняла? Ты с нами в одной лодке, путита. Коготок завяз – всей птичке пропасть.

- Если такова цена, то я готова. – стискивает кулаки Виктория: - плевать на последствия.

- Знаешь что? – откликается Лиза, неожиданно перестав зубоскалить и серьезно взглянув на нее: - так у каждого. Каждый человек, что ступает на этот путь имеет свои причины и свои основания. И у каждого они важные, поверь.

- Тейлор, пусть твоя девчонка помолчит. – Виктория обращается ко мне: - мы с тобой договаривались, но не с ней. Если она продолжит трепать языком – я ей его оборву и …

- Прекратите. – говорю я и чувствую, что звучу крайне неубедительно. Все-таки Панацея никогда не обладала командным голосом.

- Оборвешь и что? Куда-то мне его засунешь? Да ну? Вот попробуй. Давай, страшная Слава, покажи на что ты…

- Заткнись, а то, клянусь…

- ПРЕКРАТИТЕ! – мой голос звучит совершенно по-другому и все тут же затыкаются. В машине царит тишина. Я ловлю на себе взгляд Виктории. У нее расширились глаза. Ну да, умение Пятого, он убедительный оратор.

- Обычно я за плюрализм мнений и всяческую демократию, но не сегодня. – говорю я уже обычным голосом: - Вики ты тут новенькая, потому проговариваю правила. Все очень просто – мы тут одна большая семья. Вот как у тебя дома, только у меня вот эта несносная выпендрёжница, еще один ублюдок, сравнимый с ней и сумасшедшая бомбистка. Ах, да, еще же почти сотня вооруженных головорезов. И все они – одна большая и любящая семья. Добро пожаловать.

- Это точно. – вставляет свои пять центов Лиза: - а кто не хочет любить Тей-Тей, с тем что-то происходит. Вот Лунг не захотел в свое время и что с ним стало? Я вот сразу поняла, что лучше любить ее – очень помогает выживанию. До сих пор протянула, вон уже и сама Тейлор померла, а я все еще живу.

- Так что пока ты тут новенькая – не зли Лизу и все будет хорошо. – говорю я: - потому что Лиза – это мой заместитель. Лиза! – автомобиль сворачивает в сторону переваливается через бордюр, нас подкидывает на сиденьях.

- Что?

- Аккуратнее веди, у нас в кузове люди.

- Ну допустим, что пока они все еще тела. Вот воскресишь их, тогда и поговорим. – отвечает Лиза, заворачивая в неприметный гараж. Включается свет, позади опускаются ворота, Виктория непонимающе осматривается и в этот момент пол в гараже вздрагивает и начинает опускаться вниз. Грузовой лифт.